Марки королевы Виктории - Барри Мейтланд

Брок устало потер ладонями лицо.

– Возможно. Но как бы то ни было, теперь я прямо не знаю, что и делать. Я хожу по городу с миллионом фунтов в кармане и не представляю, как его вернуть.

Наконец Кэти удалось заставить себя взглянуть в глаза Десаи. Он молча смотрел на нее с бесстрастным выражением лица. Это был прежний Леон Десаи – холодный и отстраненный.

Потом он откашлялся и переключил свое внимание на Брока.

– У меня все еще болит голова, – пробормотал он. – Да и память после падения с лестницы полностью не восстановилась. Особенно когда речь заходит о событиях, происходивших в Майетс-Гроув, когда я находился там с Сэмми. С липкой лентой на глазах я, конечно, ничего не видел, зато все слышал. Помнится, он иногда разговаривал – и со мной, и сам с собой. И у меня сложилось впечатление, что я помню, как он что-то говорил о необходимости спрятать канадский пакет.

Брок с удивлением на него посмотрел.

– Ох, Леон… – начала было Кэти, но потом, отказавшись от мысли высказать то, что у нее на душе, добавила: – Что ж, такое, знаете ли, бывает.

– Вы можете попробовать расшевелить мою память, – сказал ей Десаи. – Возможно, она ко мне вернется – особенно при условии, что вам удастся заглянуть в рапорт, в котором указано, где именно люди Макларена вели поиски.

Кэти отвела от него взгляд, почувствовав, что у нее от слез защипало глаза.

Брок снова вступил в разговор:

– Надеюсь, вы понимаете, что я не могу вас об этом просить? В случившемся виноват один только я. Уж с вами-то двоими мне с самого начала следовало быть более откровенным.

– Как всегда, все упирается в доверие. И в этом деле вам придется довериться нам, Брок, – сказал Десаи. – Это будет стоить вам еще одного шикарного обеда в ресторане «Ла Фортуна».

Он произнес это в весьма легкомысленной манере, и Брок рассмеялся, хотя и невесело. Однако Кэти уловила в голосе Десаи напряжение и поняла, что он ее не простил. Она встала и еще раз посмотрела на крохотный портрет на конверте.

– Женская головка удивительной красоты… – печально сказала она. – А ведь все так невинно начиналось. Тогда я о марках вообще никакого представления не имела.

Она повернулась и вышла из комнаты.