Знаменитые расследования Мисс Марпл в одном томе - Агата Кристи

– Карты, – сказала Гризельда, которая хоть и была матерью взрослого сына, выглядела до странности молодой и цветущей для обитательницы захудалого, старого дома приходского священника. – Что ей нужно от карт? Я хочу спросить, зачем ей понадобились карты?

– Не знаю, – ответил юный Леонард. – Кажется, она точно не сказала.

– Интересно… – протянула Гризельда. – Мне это кажется очень странным… В ее-то годы старушка должна бы уже бросить такие штуки.

Леонард спросил, какие именно, но Гризельда уклончиво ответила:

– Совать свой нос в чужие дела… Интересно, почему карты?

Вскоре мисс Марпл получила письмо от своего внучатого племянника Дэвида Уэста. Он с нежностью писал ей:

Милая тетя Джейн!

Что вы там затеяли? Я узнал то, о чем вы меня просили. Подходят только два поезда: в 4.33 и в 5 часов. Первый поезд пассажирский и останавливается в Хейлинг-Бродвей, Баруэлл-Хит, Брэкхэмптоне, а затем на станциях по пути в Маркет-Бейсинг. Пятичасовой поезд – это уэльский экспресс до Кардиффа, Ньюпорта и Суонси. Первый поезд можно было догнать около 4.50, хотя он должен прибывать в Брэкхэмптон на пять минут раньше, а второй должен находиться возле Брэкхэмптона как раз в 4.50. Неужто я чую во всем этом какой-то пикантный деревенский скандал? Может быть, возвращаясь после беготни по магазинам в городе поездом в 4.50, вы заметили в проходящем поезде жену мэра в объятиях санитарного инспектора? Но какое имеет значение, что это был за поезд? Возможно, уик-энд в Портколе? Спасибо за пуловер. Именно такой, как мне хотелось. Как поживает садик? Не очень цветет в это время года, как я себе представляю.

Всегда ваш,

Дэвид.

Мисс Марпл слегка улыбнулась, потом обдумала присланные сведения. Миссис Макгилликадди определенно говорила, что в том вагоне не было коридора. Следовательно, это был не экспресс до Суонси.

Значит, это поезд в 4.33.

И нового путешествия ей не избежать. Мисс Марпл вздохнула, но составила новый план.

Она поехала в Лондон, как и раньше, поездом в 12.15, но на этот раз добралась до Брэкхэмптона не в 4.50, а в 4.33.

Путешествие прошло без приключений, но она заметила несколько деталей. Народу в вагонах было немного – поезд в 4.33 отправлялся до вечернего часа пик. Из всех вагонов первого класса только в одном ехал пассажир – очень старый джентльмен, читающий газету «Нью стейтсмен». Мисс Марпл ехала в пустом купе, а на двух остановках, Хейлинг-Бродвей и Баруэлл-Хит, она высунулась из окна и наблюдала за пассажирами, садящимися в поезд и выходящими из него.

В Хейлинг-Бродвей в поезд село несколько пассажиров третьего класса. В Баруэлл-Хит вышло несколько пассажиров, также третьего класса. Никто не входил в вагон первого класса и не покидал его, кроме старого джентльмена с газетой.

Когда поезд на подходе к Брэкхэмптону совершал поворот по дуге рельсового пути, мисс Марпл, ради эксперимента, поднялась и встала спиной к окну, на котором предварительно опустила шторку.

Да, решила она, поворот дороги и снижение скорости действительно могли тряхнуть поезд и отбросить человека на окно, отчего шторка могла резко взлететь вверх. Она посмотрела в темноту за окном. Было светлее, чем когда миссис Макгилликадди совершала свою поездку – тогда только что стемнело, но все равно ничего нельзя было разглядеть. Для того чтобы что-то увидеть, ей придется совершить поездку в дневное время.

На следующий день мисс Марпл поехала в Лондон ранним поездом, купила четыре полотняных наволочки (прищелкнув языком при виде цены), чтобы совместить расследование с покупкой хозяйственных товаров, и вернулась поездом, который отправлялся с вокзала Паддингтон в 12.15. И опять оказалась одна в вагоне первого класса.