Пропавшая нимфа - Картер Браун

— Понимаешь, — медленно проговорил Ломакс, — примерно за четверть часа до твоего прихода позвонил какой-то парень и сказал, чтобы я не отходил от Лейлы ни на шаг, поскольку ее собирается навестить один мошенник.

— Он обманул тебя, — сообщил я. — Он обманул меня и Джулиуса.

— Минуточку! — воскликнул Джулиус. — Как это он обманул меня, Дэнни?

— Что он рассказал тебе, Джулиус? — поинтересовался я.

— Сказал, будто он единственный человек в мире, который может водить за нос Осман-бея, и будто для него это так же нетрудно, как играть в детскую игру.

— Но он должен был также сказать, что совсем не хотел встречаться с Фрэнком, который знал, у кого находится его дочь. Ведь если бы стало известно, что он в Нью-Йорке, она бы подверглась еще большему риску.

— Верно, старина, — признал Джулиус. — Давай рассказывай дальше.

— Ты часто спускался в подвал вместе с Фрэнком и запомнил шифр, а потом передал эту комбинацию Мюраду. Вы вдвоем проследили меня до клуба и, как только начались мои переговоры с официантом, сообщили обо мне Фрэнку. Позднее Джулиус вошел в раздевалку Лейлы, убедился, что мы там, и позволил, таким образом, Мюраду допросить Осман-бея. Мюрад немедленно спустился в подвал, убил своего компаньона и тут же вышел.

— А мне он сказал, что это был несчастный случай, — пробормотал Ломакс. Будто бы, когда он допрашивал его с пристрастием, нож соскользнул…

— Джулиус, — предложил я мягко, — посмотри на Фрэнка, иногда он бывает наивен, как ребенок.

— Что ты хочешь этим сказать, Бойд?

— Попытайся подумать о мотивах, которые были у Мюрада для убийства Осман-бея.

— Я все понимаю, — холодно ответил Ломакс.

— Ты помнишь, что тебе говорил Мюрад? По его словам, он случайно обнаружил незаконные махинации своего компаньона.

— Конечно, помню.

— А эта редкая книга, в переплете которой были спрятаны бриллианты? Представь-ка на минуту, что все произошло действительно так, как рассказывал Мюрад, но двумя днями раньше.

— Ты что, с ума сошел? — спросил Ломакс.

— Предположим, он застал своего служащего, который запихивал банкноты в вазы, в понедельник. И таким образом, именно тогда понял, что Осман-бей не один год занимался махинациями. В среду взял у букиниста книгу, о которой просил компаньон. Эту книгу его дочь должна была отвезти в четверг. Он внимательно просмотрел ее. И вдруг обнаружил, что в переплете спрятаны камни на сумму в двести тысяч долларов. — Я вдохнул воздух, прежде чем продолжить. — Что ему было терять? Он дал своему компаньону двадцать четыре часа, понимая, что, когда банда, которая доверила тому бриллианты для тайного ввоза, начнет действовать, Осман-бей станет первым козлом отпущения.

— Ты хочешь сказать, что все для него повернулось в худшую сторону, только когда украли дочь? — задумчиво заметил Джулиус.

— Разумеется. Потому что Мюрад был единственным человеком, который точно знал, что бриллианты никогда не покидали Парижа. Если бы Фрэнк условился с Беатрис об очной ставке, чтобы узнать, кто говорит правду, было бы больше шансов на то, что скорее поверили бы Осман-бею, чем девушке. Но Мюрад не мог себе позволить пустить это дело на самотек. Единственным выходом для него было — убить Осман-бея.

— Значит, никаких бриллиантов сюда не привозили? — тусклым голосом уточнил Джулиус.

— Вот именно.

Он посмотрел на тело Мюрада у своих ног. Шрам возле его рта начал дергаться быстрее обычного.

— Мерзавец, — горько произнес Джулиус. — Как подумаю, что отдал ему Селину…

В следующие четверть часа все потихоньку исчезли, и я остался один на один с Мэтью Корли.

— Это дело может вам принести серьезные неприятности, мистер Бойд, — произнес он вполголоса. — Я имею в виду вашу лицензию.

— Несомненно, — печально признал я. — Я не сообщил о трупе, не сказал ничего о похищении, вошел в контакт с мошенниками — все это, конечно, так просто не пройдет.

— А почему вы так поступили?

— Полагал, что, если есть хоть малейший шанс найти девчонку живой, все остальное не имеет никакого значения, — ответил я откровенно.

Он кивнул:

— Мы знаем, что Осман-бея убил Мюрад, а теперь и он мертв… Думаю, вам сейчас как раз самое время уйти, мистер Бойд.

— Нет, я останусь и подожду полицию.

— Просто смешно, — возразил Корли. — Я обо всем прекрасно знаю и смогу это сделать так же. — Его губы сжались. — И потом, я в некоторой степени сам виноват.

В его рассуждениях была логика.

— Не знаю, как вас и благодарить, мистер Корли.

— Черт возьми! Да почему… Вы уберетесь, наконец, отсюда?! — крикнул он.

Чуть за полночь я, не зажигая света, проскользнул в квартиру. На цыпочках пересек гостиную и приблизился к спальне. Потом осторожно приоткрыл дверь, чтобы просунуть туда голову, и жизнь показалась мне совсем тоскливой. Сумка стояла на месте, но хозяйки ее не было. Кровать выглядела пустой и холодной. Отвратительно.

— Вы уверены, что попали в свою квартиру? — прозвучал неожиданный вопрос. — По тому, как вы вошли, можно подумать, что у привратника скопилась куча неоплаченных счетов.

Послышался легкий щелчок, и меня ослепил свет.

Высокая прическа без единой торчащей пряди была безукоризненна. А голубые глаза внимательно смотрели на меня.

— Все закончилось?

— Да, теперь все.

— А бедняга Корли?

— Он оказался самым шикарным типом в мире.

— Счастлива это слышать.

Китти откинулась на спинку дивана.

— Я боялся, что ты потеряешь работу, — сказал я вполголоса.

— А разве я не рассказала, что сегодня утром договорилась с мистером Корли и купила у него галерею? — удивилась она.

— Ты… что?

— У меня как-то не было возможности сказать тебе раньше, что мой отец богат. Отвратительно богат, — бросила она небрежно. — Заставляет людей работать, а сам получает большие деньги.

— Он дантист?

— Нет, у него фабрика по производству жевательной резинки.

— Ты смеешься надо мной, — произнес я угрожающе.

— Я говорю правду. Ответь откровенно, ты испугался?

— Глупенькая.

— Тогда почему не подойдешь поближе? Мне сейчас кажется, что я разговариваю с человеком, который находится в соседней квартире.

— Ну конечно, — радостно откликнулся я. — Иду, бегу, лечу!

Ее глаза серьезно смотрели на меня, пока я уменьшал расстояние до дивана.

— Я приготовила коктейль, — объявила она небрежно.