Не бойся - А. Шантарский

— Совпадение, дорогой.

— Странное совпадение. К тому же за строками его писанины прослеживается тонкий намек на то, что неизвестный знаком с нашим прошлым.

— Ты думаешь, что он шантажист? — всполошилась жена.

— Не исключается такая возможность, но вряд ли. Все благоразумные сроки уже истекли. После парочки угрожающих писем он должен был выдвинуть свое требование. Автор послания больше похож на мстителя-одиночку.

— Но твои рассуждения означают, что письмами дело не ограничится. — Марина тоже встала с постели и накинула длинный домашний халат.

— Да, он должен еще что-нибудь придумать. И пока дело не зашло далеко, его нужно вычислить.

— Но если ты подозреваешь его в знании своего прошлого и считаешь мстителем, то тогда почему он не заявит в милицию? — выстраивала женщина логическую линию.

— Сдается мне, что он один из осужденных той колонии, из которой мы с Алексеем когда-то бежали. И с правоохранительными органами у него самого сложные взаимоотношения.

— Как же тогда его вычислить?

— Он должен быть сильно обижен на нас за что-то. Не волнуйся, мы его найдем, — заверил жену Диксон и чмокнул ее в щеку. Марина вышла проводить его в прихожую.

— Когда ждать? — поинтересовалась она.

— Постараюсь не задерживаться и быть к обеду. Приготовь свое фирменное блюдо, а то молодой воин изголодался на армейских харчах. — И Марат, махнув на прощание рукой, ушел.

Марина заглянула в комнату сына. Василий, лежа на животе, подогнув под себя одну ногу и раскинув руки, безмятежно спал. Мать улыбнулась, поправила одеяло и, легонько потрепав сына по стриженой голове, на цыпочках вышла из комнаты. Она готовила на кухне завтрак, а Василий продолжал отсыпаться, когда в квартиру позвонили.

— Кто это? — спросила Марина. В дверной глазок на нее смотрело чисто выбритое, худое лицо незнакомца.

— Я из военкомата по поводу службы вашего сына. — Мирошниченко не знал, что Василий в это время спит дома.

— Но он только вчера приехал и сегодня собирался отметиться в военкомате, — ответила женщина через дверь. Она по-своему поняла визит представителя военкомата, удивившись их оперативности в работе с кадрами. Новость не очень обрадовала Тараса Поликарповича. Это означало, что дело придется иметь с двумя мужчинами, и он подумал, что решающую роль должен сыграть фактор неожиданности. Он сунул руку за пояс, под пиджаком снял пистолет с предохранителя и сказал:

— Раз я уже здесь, то вашему сыну нет надобности посещать военкомат. Только я обязан проверить военный билет и предписание.

— Одну минуту. — И хозяйка распахнула дверь перед мужчиной. Ей в грудь, в область сердца, уперлось оружие. — Ох! — вскрикнула Марина одновременно с выстрелом и упала в объятия убийцы, широко распахнув изумленные, но уже незрячие глаза.

Мститель бесшумно опустил тело женщины на пол и захлопнул входную дверь.

— Мама! — Василий слышал крик матери и хлопок. Он подумал, что она что-то уронила. — Мама! — повторил он. Но, не дождавшись ответа, встал с постели и вышел.

Увидев тело в прихожей, он бросился к матери и склонился над ней. Еще до того, как Василий осознал происходящее, Тарас Поликарпович, скрывающийся за выступом прихожей, приставил к его затылку пистолет и выстрелил. Сын распластался рядом с матерью.

Мирошниченко вновь затаился за выступом, поджидая главного врага, за чьей жизнью он и пришел сюда. Но уже прошло достаточно времени, а тот не появлялся.

«Неужели его нет дома? — промелькнуло в его голове. — Но ведь сегодня выходной день и только девять часов утра».

Чтобы проверить свою догадку, ему пришлось, соблюдая меры предосторожности, осмотреть все три комнаты. Убийцу ждало разочарование. Хоть он и не выпустил вхолостую ни одной пули, те, ради кого он затеял всю эту историю, пока оставались живыми и здоровыми. В магазине оставалось всего три патрона, и Тарас Поликарпович все еще надеялся, что два из них достанутся Атаману и Диксону. Привести свой приговор в исполнение он должен сегодня, потому что после убийства жены и сына Марата время начинало работать на его противников. Люди они неглупые и вполне могут его вычислить.

Мирошниченко произвел обыск в квартире. Деньги и драгоценности ему были ни к чему. Он понимал, что воспользоваться ими уже не придется. Он искал записную книжку хозяина, в которой должны быть нужные номера телефонов. В конце концов его усилия увенчались успехом. В одном из ящиков секретера ему удалось обнаружить записную книжку Марата. Пролистав ее от корки до корки, он не нашел в ней фамилии Казакова. В отношении своих подопечных Тарас Поликарпович провел частное расследование. Что-то ему удалось узнать, но многие подробности по-прежнему оставались тайной.

«Они не могут жить под старыми фамилиями», — все же пришел он к правильному заключению. Внимательно перелистав книжку, он увидел фамилию «Кожевников», рядом с ней стояли инициалы А. Л., что могло означать — Алексей Леонидович. Он набрал телефонный номер, который был записан напротив этой фамилии.

— Слушаю, — трубку сняла Светлана.

— Доброе утро. — Убийца говорил вежливым и предупредительным голосом. — Могу я пригласить к телефону Алексея Леонидовича?

— К сожалению, его нет дома, — ответила женщина. — Передать ему что-нибудь?

— Нет, нет. Я сам перезвоню вечером. До свидания. — И он положил трубку. Мирошниченко поискал в блокноте телефон Крутояровой, которую уже знал, но тоже не нашел ее фамилии. Только при повторном, более тщательном просмотре остановился на Нине К. Ответила ему сама Нина.

— Вы не пригласите к телефону Алексея Леонидовича или Марата Рафкатовича? — вежливо попросил Тарас Поликарпович.

— Кого именно? — поинтересовалась Крутоярова.

— На ваше усмотрение.

— Минуту.

Мирошниченко не стал ждать. Он нагнулся, намотал на руку провод и с силой дернул. Дольше задерживаться в квартире Диксона не было необходимости, и он покинул ее, оттолкнув ногой трупы от входной двери.

Атаман и Диксон, сидя на кухне у Крутояровой, пили кофе, курили и обсуждали свалившуюся на их головы проблему.

— Что ты думаешь по этому поводу? — спросил Алексей друга.

— Я уже говорил, что это кто-то из колонии, из которой мы сделали ноги. Случайно столкнулся с кем-нибудь из нас, а выследить — это уже дело техники.

— Я тоже так считаю. Но кто именно? Мы второй раз парились без году неделю и врагов не успели нажить.

— А Дикарь, Леший, Лунатик? — напомнил Марат.

— Дикарь солидный мужик, расстались мы друзьями, — возразил Атаман. — А Леший и Лунатик — быки тупоголовые, они писать-то грамотно не умеют, а записки от человека образованного, умеющего преподнести нужную мысль тонким намеком.

— Тогда понятия не имею. — Марат прикурил очередную сигарету. — Может быть, какой-нибудь стукачок, о существовании которого мы и не подозревали? Мусора умеют их тщательно маскировать под порядочных.