Власть пса - Дон Уинслоу

На американской стороне, на выходе из тоннеля, целая армия: Управление по борьбе с наркотиками, СИН[122], БАТОО[123], ФБР и таможенники. Все наготове, ждут сигнала, чтобы рвануться вниз.

— У-у, вот так хреновина, — заметил Шэг Уоллес, когда они спустились. — Кто-то вгрохал сюда кучу денег.

— Кто-то огребает кучу денег, — откликается Арт. И поворачивается к Рамосу: — Точно известно, что это Мендес, а не Баррера?

— Да, это собственность Гуэро, — подтверждает Рамос.

— Это что ж, кто-то показал ему «Великий побег»? — спрашивает Шэг.

— Скажи, когда мы пересечем границу, — поворачивается Рамос к Арту.

— Могу только догадаться. Господи, насколько же тянется этот чертов тоннель?

Примерно на сто сорок футов — вот сколько они намерили, пока дошагали до второй вертикальной шахты. Железная лестница, прикрепленная к бетонным стенам, утыкается в запертый люк.

Арт связывается с поверхностью по спутниковой связи.

Отряды сейчас подойдут.

Он смотрит на засов.

— Итак, — спрашивает Арт, — кто желает выйти первым?

— Мы в твоем подчинении, — отвечает Рамос.

Арт одолевает последние ступени, Шэг неотступно следует за ним, они вдвоем наваливаются на люк.

Нелегкое, наверное, дело, думает Арт, поднимать наркотик из шахты тоннеля. Скорее всего, его передавали по цепочке рабочих, расставленных на ступенях лестницы. Может, даже планировалось соорудить тут лифт.

Крышка люка откинулась, и в шахту хлынул яркий свет.

Арт, крепко сжимая пистолет, выпрыгивает.

Хаос.

Кругом мечутся, точно тараканы при вспыхнувшем свете, люди. Парни из спецотряда в синих куртках сгоняют их в одно место, сажают на пол и связывают руки за спинами пластиковым телефонным шнуром.

Да тут настоящий консервный завод, отмечает Арт.

Три аккуратных конвейерных ленты, груды пустых консервных банок, закатывающие машины, приспособления для наклейки ярлыков. Арт читает наклейку «Чилийский перец Калиенте». Тут и вправду громоздятся высокие горы красного чилийского перца, готовые для погрузки на ленту конвейера.

И брикеты кокаина.

И Арт думает, что «кокс» они запечатывали вручную.

К нему подходит Расс Денцлер:

— Гуэро Мендес — настоящий Уилли Уонка[124]. Фанатик «конфеток» для носа.

— Кому принадлежит здание? — интересуется Арт.

— Готовься удивляться. Братьям Фуэнтес.

— Не шутишь?

— Какие уж тут шутки!

Три брата — поставщики продуктов, думает Арт, — заметные фигуры в мексикано-американском обществе. Крупные дельцы в южной Калифорнии и главные спонсоры Демократической партии. Грузовики Фуэнтес курсируют по всей стране, загружаясь на консервных заводах и складах в Сан-Диего и Лос-Анджелесе.

Готовая система распространения кокаина Гуэро Мендеса.

— Гений, правда? — высказывается Денцлер. — Кокаин доставляют через тоннель, упаковывают в консервные банки под видом чилийского перца и везут, куда им хочется. Интересно, они хоть разок лопухнулись — ну, то есть кто-нибудь в Детройте открывает банку перца, а там — двенадцать унций порошка? В таком случае дайте-ка и мне баночку такого чили. Понятно, про что я? Так что ты намерен делать с этими братьями Фуэнтес?

— Посетить их с обыском.

Что будет интересно, думает Арт. Ведь Фуэнтесы — главные спонсоры не только Демократической партии, но и предвыборной президентской кампании Луиса Доналдо Колосио.

Уже через тридцать семь секунд новость долетела до Адана.

Теперь понятно, как Мендес переправлял кокаин через Ла-Пласу, думает Адан. Провозил его под ней. Источник его власти в Мехико тоже ясен. Он купил самого многообещающего кандидата в президенты, Колосио.

Вот так вот.

Гуэро купил Лос-Пинос, то есть президента, и нам конец.

Тут зазвонил телефон.

Сол Скэки предлагает помощь.

Когда Сол объясняет, в чем заключается его предложение, Адан, не раздумывая, отвечает — нет. Твердое, непоколебимое, категорическое — нет.

Это немыслимо.

Если только не...

Адан сообщает, что хочет взамен.

Услуга за услугу.

Потребовалось несколько дней переговоров, и наконец Скэки уступает.

Однако от Адана требуется действовать быстро.

Ну и прекрасно, думает Адан.

Но нам понадобятся для этого дела люди.

Молодые ребята. Подростки.

На них Шон Кэллан сейчас и смотрит — на подростков.

Он сидит на первом этаже дома в Гвадалахаре. Местечко — ну тебе чертов настоящий арсенал. Дом напичкан оружием, и это не какие-то там обычные автоматы и винтовки. Тут и пулеметы, гранатометы, бронежилеты из кевлара[125]. Кэллан, сидя на металлическом стуле, разглядывает группку юнцов-отморозков, чиканос[126]из Сан-Диего, а те наблюдают, как Рауль Баррера прикрепляет фото на доску.

— Запомните это лицо, — наставляет их Рауль. — Это Гуэро Мендес.

Подросткам все это нравится, они просто балдеют, особенно когда Рауль медленно, эффектно вынимает пачки наличных из пакета и раскладывает их на столе.

— Тут пятьдесят тысяч американских долларов, — объясняет Рауль. — Наличными. И их получит тот из вас, кто первым... — Он выдерживает драматическую паузу, — всадит смертельную пулю в Гуэро Мендеса.

Ребята отправятся «на охоту за Гуэро», объявляет Рауль. Будут ездить группами в нескольких бронемашинах, пока не разыщут Мендеса, и тогда все стреляют разом и отправляют его в ад, куда ему и дорога.

— Есть вопросы? — спрашивает Рауль.

А как же, пара-тройка найдется, думает Кэллан. Начать с того, как, черт дери, ты намереваешься справиться с профессиональными охранниками Гуэро при помощи этого мальчишеского корпуса? У нас что, только малолетки остались? Это лучшее, что pasador Баррера со всеми своими деньгами и властью могут выставить? Кучку хулиганов из Сан-Диего?