Огненная дорога - Энн Бенсон

Когда они покончили с едой, Джейни расплатилась по чеку.

— Хочу поблагодарить вас за то, что согласились встретиться со мной, — сказала она. — Знаю, этот разговор был не таким уж приятным, но мне он очень помог. Я чувствовала себя почти так, как в тот раз, когда в последний раз была тут с мамой.

— Как хорошо вы это сказали. — Майра на миг отвернулась, а когда снова посмотрела на Джейни, в глазах у нее стояли слезы. — И вам очень повезло, что вы были с ней в таком приятном месте. Потому что я едва помню последний раз, когда ела вместе с матерью. Я была тогда совсем маленькой, и мы находились в Освенциме. — Она совладала с собой, грустно улыбнулась и промокнула губы салфеткой. — Одно я помню совершенно точно: там было совсем не так мило, как здесь.

Джейни с тревогой считала звонки: один, другой, третий… Когда Майкл наконец ответил, она обрушила на него град вопросов.

— Потише, потише! Все прошло хорошо. Детектив, который выехал по звонку, сказал, что леди вела себя очень профессионально и охотно сотрудничала с его людьми. Даже помогала. А ведь обычно с гражданскими работать — одно мучение.

— Я тщательно ее проинструктировала. — Джейни помолчала, нервно покусывая губу. — И что вы получили?

— Боюсь, скорее много, чем мало.

— Ох, отлично! Постой… почему ты сказал «боюсь»?

— Мы получили двадцать три четких человеческих отпечатка и целую кучу размытых. Эти последние могут совпадать с некоторыми из четких, но могут принадлежать и другим людям.

— Один из них наверняка оставил Алехандро.

— Согласен. Вопрос только, какой?

— Женские нужно отбросить сразу.

— Так и сделали. Остается семь мужских. Но тут новая проблема.

Как же ей было ненавистно это тошнотворное чувство!

— Моя начальница не позволяет провести генетическое исследование всех семи отпечатков.

— Почему?

— Потому что в результате этого преступления никто не пострадал. Генетические анализы вообще-то проводятся только в случаях преступлений против личности. Это обычная политика. И у нас уже большая задолженность в этом смысле. Как будто сразу на нас обрушилась масса неопознанных… ну, сама понимаешь.

«Уже? — подумала она. — Что-то слишком быстро».

— На что вы проводите анализы? Доктор Сэм?

Майкл ответил после небольшой паузы.

— Да.

Повисло молчание.

— Жертв раскидали по всем подразделениям, включая мое, — ровным тоном продолжал Майкл. — Видимо, чтобы минимизировать потрясение из-за количества.

То, что он сообщал эти сведения столь прозаически, не удивило Джейни. С чем только ему не пришлось столкнуться во времена Вспышек! Однако у нее самой внутри возникло холодное, тошнотворное ощущение — при одной мысли о том, что, возможно, надвигается. Когда это произошло в первый раз, никто не знал, чего ожидать. Теперь знали все. Она вспомнила совет Брюса; тогда его тон показался ей резким, но сейчас — вполне оправданным.

«Беги, спрячься где-нибудь».

Но куда спрячешься?

И нужно еще так много сделать, прежде чем она сможет позволить себе сбежать. Казалось, с каждой минутой ее миссия становится все более неотложной. Поэтому она затолкала поглубже все свои страхи и сосредоточилась на деле.

— Короче, что мы имеем в итоге, Майкл?

— Мало, должен с сожалением признаться. Она позволила мне сделать один-единственный полный генетический анализ, и то потому, что дневник такой ценный. И еще потому, что я сказал ей, будто один человек оставил больше генетических следов, чем другие, из чего можно сделать вывод, что он и есть злоумышленник.

— Это правда?

— В общем-то, да, и все же этих следов недостаточно, чтобы с уверенностью сказать, что он и есть твой парень. Их вполне мог оставить, скажем, тот, кто переплетал тетрадь. Он уж точно держал ее в руках неоднократно.

— Можешь передать мне информацию, которую вы извлекли? — спросила Джейни после паузы.

— Наверное, поскольку ты владелица и имеешь право ознакомиться с уликами.

— Хорошо. В таком случае пришли мне все по электронной почте.

— И что ты собираешься с этим делать?

— Пока точно не знаю. Но, может, каким-то образом мне удастся сузить пространство поиска, хотя бы ненамного.

Просить об этом по телефону не хотелось, лучше было поговорить лично.

«Он должен был оставить след и на второй, более древней книге — отпечаток пальца, слезинку… что-нибудь».

— И почему мы с вами только и встречаемся, что по этому поводу? — с улыбкой сказала Майра, приветствуя Джейни в приемной хранилища. — Надеюсь, все прошло, как вы рассчитывали. Поначалу это было даже интересно, но, признаюсь, в итоге я чувствую себя совершенно вымотанной… даже подумываю взять выходной.

— В таком случае я рада, что застала вас. Не могу передать, как я благодарна вам за то, что вы сделали. Я понимаю, что доставила вам массу беспокойства.

— На самом деле все было не так скверно, как я ожидала. Я просто достала дневник, положила его на витрину, а потом с силой ударила по ней локтем. Она взорвалась, точно в нее попала ракета, как и предполагалось. — Майра улыбнулась. — Потом я стояла в углу и смотрела, как заполнившие помещение симпатичные молодые полицейские перерывают все вокруг. Наверное, именно это меня больше всего и измотало. Однако я выдержала испытание и осталась жива и здорова.

— Рада слышать. В особенности поскольку у меня к вам еще одна просьба.

Джейни объяснила, что у нее на уме.

Однако Майра уперлась.

— Абсолютно исключено. Рукопись слишком хрупкая для подобных экспериментов.

— Мне требуется всего лишь отпечаток пальца. Слезинка. Любой физический след.

— Нет, — отрезала Майра.

— Пожалуйста, прошу вас. Я должна идентифицировать Алехандро, и если бы у меня была возможность сравнить…

Внезапно Майра сосредоточенно нахмурила брови и спросила:

— Погодите-ка… волосы подойдут?

— Волосы — это было бы замечательно, если это его волосы. Мне просто нужно найти одинаковые следы в обеих книгах. Тогда я буду знать, какие точно принадлежат ему.

— Пойдемте.

Майра привела Джейни в ту же комнату, где они впервые изучали дневник. Подошла к шкафу-холодильнику, провела рукой над датчиком. Дверь со щелчком открылась. Майра повернулась к стоящей у порога Джейни.

— Это займет совсем немного времени.

Она вошла внутрь шкафа и закрыла за собой толстую дверь, приглушающую все звуки. Однако, как и было обещано, вскоре вышла оттуда. Дверь с новым щелчком закрылась за ней.