Американский таблоид - Джеймс Эллрой

К ним подошел надзирающий офицер ЦРУ и протянул формы для заполнения касательно груза. Пит их заполнил: «спиртное, журнал «Строго секретно» и пропагандистские листовки, очерняющие Кастро».

Офицер поинтересовался:

— Сейчас поедите или подождете господ Бойда и Стэнтона?

— С вашего позволения я прогуляюсь. Никогда здесь раньше не был.

Чак остановился, чтобы отлить прямо на взлетную полосу. Пит поинтересовался:

— Слышно что-нибудь о дате начала операции?

Офицер покачал головой:

— Да этот Кеннеди все чешется. Мистер Биссел уже начал думать, что нам повезет, если это будет летом.

— Джек решится. Он скоро поймет, что такое дело нельзя откладывать в долгий ящик.

Пит слонялся по лагерю. Который оказался сущим Диснейлендом для убийц.

Три сотни кубинцев. Пятьдесят человек командования — белые англосаксы. Двенадцать казарм, поле для учений, стрельбище для ружейной стрельбы, стрельбище для стрельбы из пистолетов, взлетно-посадочная полоса, столовая, классы для обучения внедрению в лагерь противника и туннель для испытания химического оружия и имитации химических атак.

Примерно в двух километрах к югу, на берегу Мексиканского залива, были устроены три пусковые пристани.

Около пятидесяти танков-«амфибий», оборудованных пулеметами пятидесятого калибра, ждали своего часа.

Склад боеприпасов. Полевой госпиталь. Католическая часовня с капелланом, который знал английский и испанский.

Пит все бродил по территории лагеря. Бывшие новобранцы, подготовленные в Блессингтоне, приветственно махали ему. Офицеры демонстрировали ему свои достижения.

И Нестор Часко там был — устраивал маневры, изображая предполагаемое убийство Кеннеди.

И практические занятия по антикрасной пропаганде там тоже были.

И муштра в виде оскорблений — рассчитанных на выработку у солдат подчинения.

А у санитаров был приличный запас амфетамина — сотни порций для поднятия боевого духа перед началом операции.

А в загончике, огороженном колючей проволокой, балдели пеоны — им дали отведать нового снадобья под названием ЛСД.

Кто-то кричал. Другие плакали. Кто-то так сиял, будто это самое ЛСД было самым счастливым событием в его жизни. Один из офицеров пояснил, что идея принадлежала Джону Стэнтону: давайте наводним Кубу этакой вот пакостью, а потом завоевать ее будет — раз плюнуть.

В Лэнгли задумку одобрили. И даже додумали кое-что: давайте вызовем массовые галлюцинации и разыграем «Второе пришествие Христа»!!!

В Лэнгли нашли несколько актеров-камикадзе. В том же Лэнгли загримировали их так, что они стали точной копией И. X. В Лэнгли решили отправить их завоевывать Кубу одновременно с насыщением ее дурью.

Пит аж взвыл от смеха. Офицер заметил: «Смешного тут мало». Какой-то забалдевший пеон достал свой член и как следует вздрочнул.

Пит все ходил и ходил по лагерю. Все блестело и сверкало.

Там шло обучение штыковой атаке. Сям стояли отполированные до зеркального блеска джипы. А капеллан, чудаковатого вида тип, служил обедню на свежем воздухе.

Вскоре из громкоговорителей донесся приказ отправляться в столовую — ужин. Было пять часов вечера, притом темнеть пока и не собиралось — просто военные ужинают рано.

Пит отправился в комнату отдыха. Две трети коей занимали бильярдный стол и бар.

Вошли Бойд и Стэнтон. В дверном проеме показался здоровенный детина — он был просто великолепен в форме хаки, какую носят в парашютно-десантных войсках Франции.

Кемпер сказал:

— Entrez, Laurent.^[36]

Лоран был лопоух и огромен; всей своей манерой он отвечал представлениям о гордом и надменном «лягушатнике», солдате империи.

Пит поклонился:

— Salut, capitaine.

Бойд улыбнулся:

— Лоран Гери. Пит Бондюран.

Лягушатник щелкнул каблуками:

— Monsieur Bondurant. C’est ип grand plaisir defaire voti'e connaissance. On dit que vous etes un grand patriote ^[37].

Пит ответил на квебекском диалекте французского языка:

— Tout le plaisir est a moi, capitaine. Maisje suis beau-coup plus profiteur que patriote^[38].

Лягушатник рассмеялся. Стэнтон попросил:

— Переведи мне, Кемпер. А то стою тут дурак дураком.

— Ты мало что пропустил.

— Хочешь сказать, Пит просто решил быть любезным со вторым гигантским экземпляром французской породы?

Лягушатник принялся пожимать плечами:

— Quoi? Quoi? Quoi?^[39]

Пит подмигнул:

— Vous etes quoi done, capitaine? Etes-vous un ультраправый псих? Etes-vous un очередной наемник, который хочет поживиться на кубинской заварухе?^[40]

Лягушатник снова пожал плечами:

— Quoi? Quoi? Quoi?

Бойд вытащил Пита на крыльцо. Латиносы ускоренным маршем покинули поле для умений и выстроились в очередь у раздаточной.

— Аккуратней с ним, Пит. Он — контрактник Управления.

— Это в качестве кого?

— Наемного стрелка.

— Так пусть пристрелит Фиделя и выучит английский. Словом, сделает что-нибудь выдающееся, а то пока он для меня — очередной полоумный лягушатник.

Бойд рассмеялся.

— В прошлом месяце в Конго он пристрелил человека по имени Лумумба.

— И что?

— И вдобавок прикончил порядочное количество зарвавшихся алжирцев.

Пит зажег сигарету:

— Ну, так скажи Джеку — пусть отправит его в Гавану. И Нестора в придачу. И еще передай Джеку, что он — мой должник за шумиху вокруг дельца Никсона/Хьюза — а то лично мне кажется, что история движется чересчур медленно. Пусть назначит дату вторжения, а то придется мне самому приплыть на Кубу и вздрючить Фиделя.