Горькие плоды смерти - Элизабет Джордж

– Каролина… мама… – пробормотала Индия.

Та вскинула руку.

– Понимаю, я сказала лишнее. За мной такое водится. Ладно, я удаляюсь. Не хочу мешать вам в том, чем вы намерены заняться. В любом случае, мне нужно позвонить Чарли. Ему наверняка будет интересно узнать, как обстоят мои дела. – Гостья выразительно посмотрела на невестку. – Какое великодушие со стороны Индии – приютить меня! Чарли попросил ее, и она не отказала.

Сказав это, женщина удалилась из кухни, держа бокал в одной руке и бутылку вина – в другой. Индия была готова поклясться, что краснеет. Откуда-то из груди, распространяясь выше, к лицу, в ней поднимался жар.

– Я так… – пролепетала она.

– Так это они отменили? – одновременно с ней спросил Нэт.

Эллиот вопросительно посмотрела на него.

Зажав в ладонях бокал, гость тоже в упор смотрел на нее. Но, похоже, вскоре до него дошло, что он сам не понимает, почему держит бокал. Мужчина поспешил поставить его на стол, а его подруга тем временем попыталась понять, что он имел в виду.

– Кто что отменил? – уточнила она.

– Все понятно. Послушай. Мне все равно, что ты лгала мне, Индия, тем более учитывая обстоятельства. Но мне не все равно, что ты считала, что должна это сделать.

И тут до нее дошло: он имел в виду пациентов, которые, по ее словам, сегодня отменили встречи.

– Извини, – сказала она. – Я не знала, что ты подумаешь. Просто когда Чарли попросил меня, я не смогла ему отказать. Он принимает пациентов в нашей квартире. К сожалению, он не может этого делать, когда там находится его мать. Такое просто невозможно.

Нэт продолжал в упор смотреть на женщину.

– В нашей квартире, – произнес он.

– Что?

– Ты только что сказала. «Он принимает клиентов в нашей квартире».

– Просто так вырвалось. Это ничего не значит. Лишь то, что я считаю своим долгом на пару ночей приютить у себя его мать, пока та в Лондоне.

– Ты уверена в этом?

– Вряд ли она задержится дольше. По ее словам, она собирается назад в Дорсет. Там ее муж – отчим Чарли.

– Я имел в виду твой долг, а не то, сколько у тебя проживет твоя бывшая свекровь.

Индия вздохнула.

– Нэт, прекрати… – Она отвернулась от него и вновь шагнула к мойке, где оставалась недомытая посуда. Впрочем, мыть ее Эллиот не стала – она просто осталась стоять там, глядя в окно. Где-то на улице, в темноте, затаился неухоженный сад, но он не был сейчас виден.

– Ладно, ничего страшного. Всего лишь… – раздался за ее спиной голос Томпсона. Он не договорил, как будто подыскивал слова, чтобы описать, что он сейчас чувствует, и, в конце концов, сказал следующее: – Внезапно я ощутил себя оборотнем. Правда, полнолуния не было, и в любом случае, какой из меня оборотень?

Женщина отвернулась от окна.

– Ты о чем? – спросила она с улыбкой.

– Извини, я неправильно выразился. Я хотел сказать, пещерным человеком. Я должен схватить тебя за волосы и затащить к себе в логово. Оборотни вряд ли так поступают.

– А у пещерных людей имелось логово?

– Что-то такое наверняка было, иначе почему их, по-твоему, называют пещерными людьми? Странно, ты не находишь? Дикари никуда не делись, просто спрятались под тонким слоем цивилизации, всех этих наших тщательно культивируемых манер и нравов. Но любой готов заявить о своих правах, и любое такое заявление касается обладания – мой огонь, мой очаг, моя… и так далее.

– Моя женщина, – закончила за него хозяйка дома. – Только я не хочу быть ничьей женщиной.

– Понимаю. Сказать по правде, я бы тоже не хотел, чтобы тебе хотелось быть чьей-то женщиной, даже моей. Просто бывают моменты, когда мне хочется сделать определенным то, что никогда не может таковым быть. Потому что так устроен мир.

Индия повернулась и посмотрела Нэту в глаза. Внутри нее как будто поднялась волна, которая тотчас же устремилась к нему. Хотя на самом деле она даже не сдвинулась с места. Женщина даже удивилась в душе. Неужели это и есть то самое чувство, которое, по идее, полагается испытывать к мужчине? Она не знала этого, так как была вынуждена признаться самой себе, что в числе всех прочих ее чувств и желаний было и такое: чтобы Натаниэль ворвался в ее жизнь и взял бы на себя принятие всех решений.

Нэт поднялся и кивком указал на фото, которое Каролина поставила на стол.

– Кстати, вот к чему тебе нужно стремиться. Позднее я попробую соблазнить тебя рождественским меню. Это нечто, скажу я тебе! И, разумеется, во второй половине дня весь наш клан будет в сборе, чтобы выслушать речь. Та неизменно сопровождается поглощением пудинга с огромным количеством взбитых сливок.

Индия вернулась к столу и, взяв в руки фото, с нежностью посмотрела на его милое, мальчишеское лицо.

– Можно я оставлю его себе? – спросила она. – Не знаю почему, но, когда я вижу тебя подростком, даже с парой прыщиков в придачу, мне кажется, что ты… не могу подобрать нужное слово…

– Не совсем пещерный человек? – подсказал Нэт. – Хотя да, у пещерного человека должны быть космы, а не прыщи.

Эллиот оторвала взгляд от фото и посмотрела на него.

– Тебе есть чем гордиться, – сказала она. – У тебя семья, семейные традиции, любовь, чувство локтя…

– Да, несмотря на все мои грехи, – согласился он. – Хочу, краснея, признаться тебе, что я позволяю детям моих братьев и сестер буквально ползать по мне. А их теперь – страшно подумать! – уже десять. И это при том, что моя младшая сестра снова беременна.

– Но ведь это прекрасно!

– Ты имеешь в виду ее беременность?

– Я имею в виду абсолютно все.

С этими словами Индия положила фото и обняла Нэта за шею. Они поцеловались, и она тотчас же выбросила из головы все, что до этого отравляло ей жизнь, – Каролину, Чарли, любовь, верность, чувство вины и страха… И при этом вся она отдалась во власть желания, которое, как магнитом, притягивало ее к Нэту. Его руки сомкнулись у нее за спиной, и он притянул ее к себе. Эллиот тотчас ощутила, что его желание не уступает по силе ее собственному.

Звякнул дверной звонок. Они тотчас испуганно отпрянули в разные стороны, как будто их застукали за чем-то постыдным, и уставились друг на дружку. Индия не сомневалась: оба подумали одно и то же. Чарли. Не успела женщина пошевелиться, как Каролина уже сбежала вниз по лестнице. Юркнув в гостиную, она потихоньку выглянула на улицу из-за штор, после чего крикнула:

– Еще один? Ну, Индия, ты даешь, честное слово!

Камберуэлл, Южный Лондон

На этот раз Линли оставил Арло в машине. Для пса день выдался долгий и полный приключений. По крайней мере, так считал Томас – и, по-видимому, был прав, потому что в данный момент собачка мирно посапывала на заднем сиденье машины, которую полицейский поставил перед домом, где, по идее, обитала жена Чарли Голдейкера.