Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы - Эрл Стенли Гарднер

– Даже если тебе удастся доказать, что Джейн Фолкнер приходила домой раньше, обнаружила тело, вышла и подождала твоего прихода в автомобиле, чтобы выглядеть удивленной и закатить показательную истерику, это все равно ни к чему не приведет.

– Если мне предоставится возможность распять ее, я непременно так и поступлю. Ты прекрасно знаешь, что она лжет о вечере, проведенном в обществе Адель Фэрбэнкс. Ей удалось ввести в заблуждение сержанта Дорсета. Она притворилась совсем больной и расстроенной, так сильно потрясенной, что уговорила его разрешить ей пригласить домой подругу, которая подтвердит любые ее показания. И пока Дорсет ездил с Салли Мэдисон к Стонтону, Джейн Фолкнер и Адель Фэрбэнкс договаривались о том, что они провели весь вечер вместе и ходили в кино. Лейтенант Трэгг никогда не позволил бы обвести себя подобным образом.

– Не сомневаюсь в этом, – согласился Дрейк. – Здесь все шито белыми нитками.

– Но, Пол, в ванной, где лежало тело, несомненно, кто-то находился через два или три часа после убийства.

– Потому что одна рыбка была жива?

– Да, это можно утверждать на основании того факта, что одна рыбка была жива.

– Эта рыбка могла попасть в углубление на полу ванной, в котором скопилось немного воды. Немного, но вполне достаточно, чтобы снабжать одну рыбку кислородом все это время.

– Могла, – сказал Мейсон, потом добавил: – Но шансы на это я расцениваю как тысячу к одному.

– Согласен.

– Если учитывать тот факт, что в комнате кто-то был, совместно с фактом, что Джейн Фолкнер ждала нашего приезда за углом, ответ может быть только один.

– Не могу понять, какую пользу принесет тебе доказательство того, что она находилась в одном помещении с телом. В любом случае ее муж был, несомненно, мертв в то время.

– Мою клиентку обвиняют в убийстве лишь на основании некоторых неточностей в показаниях. Я хочу доказать, что лжет в этом деле не только она. Нам придется вернуться к Стонтону и к тому факту, что только он мог сообщить миссис Фолкнер, что мы выехали к ней.

– Мои сотрудники уже работают над этой проблемой, Перри. Не буду посвящать тебя во все детали, но проверить звонок Стонтона, по моему мнению, можно было только одним способом.

– Каким?

– Через его жену. Пока я занимался этим делом, мне удалось установить еще несколько второстепенных фактов.

– Что это за факты, и как ты их выяснил?

– Был только один вариант решения проблемы – поселить в дом Стонтона под видом служанки хорошенькую сотрудницу, которая смогла бы разговорить миссис Стонтон. Мне это удалось. Миссис Стонтон вне себя от счастья. Она считает, что лучшей служанки быть не может. – Дрейк усмехнулся и продолжил: – Миссис Стонтон не подозревает только, что в качестве служанки за двенадцать долларов в день в ее доме работает женщина-детектив, которая уйдет из дома мгновенно, как только получит нужную информацию, оставив миссис Стонтон с горой грязной посуды.

– Она что-либо сообщила о телефонном звонке?

– Пока – ничего.

– Продолжай в том же духе. Это очень важный аспект дела.

Дрейк взглянул на часы.

– Думаю, мне стоит позвонить ей прямо сейчас, Перри. Я выступаю в роли ее возлюбленного. Миссис Стонтон настолько довольна обслуживанием, что не возражает, когда служанке звонит дружок. Возможно, девушка ничего не сможет сказать, но, по моей информации, она сегодня осталась одна в доме. Стонтон присутствует в зале суда в качестве свидетеля, миссис Стонтон собиралась уйти из дома по своим делам.

Дрейк встал из-за стола и вышел в главный зал ресторана, где стоял телефон.

– В этом деле самую главную проблему представляет элемент времени, – пояснил Мейсон Делле Стрит. – Иначе мы бы давно его раскрыли.

– Что ты имеешь в виду?

– То, что окружной прокурор восстановил все действия Фолкнера до самого момента смерти. Все прослежено, начиная с его визита в банк в пять часов. Из банка в зоомагазин, из зоомагазина к химику-консультанту, от химика – домой. Дома у него было достаточно времени, чтобы снять пиджак и рубашку, потом раздался звонок человека с банкета, который услышал, как Фолкнер выпроваживает Салли Мэдисон. В то время он спешил побриться, одеться и отправиться на банкет. Дома был не более пяти-шести минут. Он частично разделся, включил горячую воду в ванной, намылил лицо, побрился и положил бритву на полочку. Если бы не этот отпечаток пальца на саквояже! Как бы мне хотелось доказать, что кто-то проник в дом уже после ухода Салли Мэдисон и нажал на курок.

– Ты считаешь, что Салли действительно достала ту пулю? – вдруг спросила Делла Стрит.

– Должна была, – ответил Мейсон. – Я подозревал это еще до разговора с ней в тюрьме. Был практически уверен, что именно она достала пулю из аквариума.

– Ты считаешь, что она достала ее не для Карсона?

– Нет, не для него.

– Почему?

– Потому что Карсон не знал, что кто-то уже достал из аквариума эту пулю.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что только Карсон мог предпринять последнюю отчаянную попытку достать пулю, слив воду из аквариума и перевернув его. Он мог сделать это только в день убийства Фолкнера. Подожди, Делла, давай попробуем разобраться. Давай перестанем думать о клиентке, которая лжет нам и из-за которой у нас возникли серьезные неприятности. Попытаемся не раздражаться и использовать мозг по назначению.

– В любом случае мы придем к одному и тому же выводу, – сказала Делла Стрит. – Кто бы еще ни был замешан в этом деле, именно Салли Мэдисон взяла деньги из саквояжа, бросила пустой саквояж под кровать, и именно у нее была обнаружена часть этих денег.

Мейсон неравно забарабанил пальцами по накрытому белой скатертью столу.

В кабинет вернулся Пол Дрейк.

– Есть новости, Пол? – спросил Мейсон.

– Моя сотрудница осталась одна в доме Стонтона, как я и предполагал, и не теряла времени даром.

– Обыскала дом?

– Да. Ей удалось обнаружить несколько интересных вещей, но ничего сногсшибательного.

– Что она обнаружила?

– Фолкнер, несомненно, финансировал Стонтона в каком-то деле, связанном с разработкой полезных ископаемых.

Мейсон кивнул.

– Я всегда подозревал, что Фолкнер чем-то держал Стонтона, – заметил адвокат. – В противном случае он не привез бы ему рыбок и не давал бы указания по их содержанию. Стонтон занимался страхованием сделок с недвижимостью, проводимых корпорацией, но этого явно недостаточно. Стонтон мог бы рассказать мне об их отношениях, но, видимо, решил, что это не мое дело, и упомянул только страхование.

– Один факт, установленный моей сотрудницей, просто поразил меня, – сказал Дрейк.