Дама, которой не было - Мария Жукова-Гладкова

– Я за рулем не пью вообще, – твердо сказала я.

– А Анжелку помянуть?

– На поминках. Ты хочешь, чтобы похоронами занялась редакция?

– Конечно. Но сейчас бабок выделить не могу. Если только Алка повелит адвокату мне выдать на похороны Анжелки. Или скорее прямо вам перечислит. Ты сама спроси у адвоката. Меня к деньгам не подпускают. Кредитка строго лимитирована, во всех тратах отчитываюсь.

– Но похороны…

– К Алке и адвокату. Я таких серьезных вопросов не решаю. Но вот после того, как унаследую все Анжелкино добро…

– А если есть завещание?

– У Анжелки? Бред. Она мне сама неоднократно говорила, что ей плевать, кому ее добро достанется после смерти. Она ведь жила для себя и наслаждалась каждым днем. Насколько я понял, у нее было трудное детство и мерзкая молодость. А в зрелые годы она наслаждалась тем, чего достигла. Я вообще не понимал, почему она покупает сразу по десять пар трусов, по три платья. Тут столько добра, которое она никогда в жизни не надевала! И она знала, что никогда не наденет, когда покупала. Но все равно покупала. В общем, дорвалась до того, чего была лишена в детстве и чего всегда страстно желала. И на черный день она ничего не откладывала. В отличие от меня. Я каждую сэкономленную копеечку складываю…

– Но если у тебя лимит на кредитке…

– Так то на ежедневные траты. А так у меня зарплата, которая перечисляется на счет каждый месяц. Деньги пришли к первому числу – я в полном распоряжении у бабы. Не пришли – извини, буду искать другую.

– Анжелика Львовна тебе зарплату платила?

– Нет, Анжелка мне квартиру купила и давала деньги на расходы. А до нее и теперь я работаю за фиксированную зарплату. Я давно искал бабу, которая мне квартиру купит. Считаю, что отработал сполна. С Анжелкой тяжело было. Сейчас с Алкой отдыхаю. Хотя слежку ко мне приставила, представляешь? Но ничего, я в таких делах опытный.

– Открой тайну: за сколько тебя твоя новая спонсорша купила у Анжелики Львовны? Мне просто любопытно.

– А ни за сколько. Это я над ментами стебался. Терпеть их не могу. У нас с Анжелкой контракт закончился. Мы расстались по обоюдному согласию. На мое счастье, не успели развестись. Но квартирку она на меня уже оформила. Обставила, все чин чинарем. То есть я доволен работой на Анжелку. Теперь деньжат нужно поднакопить на старость и завязывать с этим делом. Женюсь, сына рожу, дерево посажу. Квартира есть и не одна! Загородный дом мне не нужен. У меня к дачам с детства отвращение. Меня у бабушки работать заставляли. Поэтому не люблю никакую загородную недвижимость. У меня от любой клумбы нервный тик начинается. Про грядки вообще молчу.

Глеб мне подмигнул, потом резко стал серьезным.

– Кто ее пристрелил? – спросил он.

– Ну а я-то откуда знаю?! Кстати, куда она собиралась на три недели? У нас в редакции она никому ничего не сказала.

– Она куда-то собиралась?! Сейчас не сезон. И на три недели она никуда не ездила, обалдевала от безделья. На неделю, максимум на десять дней. Да ты сама знаешь. Если только морду перекраивать…

– Куда она все-таки могла поехать на три недели? – серьезно спросила я. – Подумай!

Глеб задумался. На самом деле задумался.

– Ты встречался хоть с какими-то ее родственниками? Слышал про них? – спросила я.

– Нет у нее родственников.

– Подруги?

Глеб странно посмотрел на меня и покрутил пальцем у виска.

– Но у женщины не может не быть подруг! – воскликнула я.

– Так то у женщины, а это же автомат был. Машина бесчувственная со взглядом хищницы. И если бы она одна такая была… Ведь почти все бабы, с которыми я работаю, такие! Наташка, ищи спонсора! Уходи на фиг с этой работы, пока ты не превратилась в такое чудовище! От души говорю!

Я сомневалась, что у Глеба есть душа, но это другой вопрос. И я не понимала, зачем Анжелика Львовна и неизвестная мне Алла Александровна покупают Глеба. Нет, мне понятно, что им для здоровья нужен качественный секс. Им нужен для сопровождения красивый мужчина, умеющий вести светскую беседу и обладающий светскими манерами. Все это у Глеба не отнимешь. Но неужели на самом деле нельзя найти мужчину, который хотя бы испытывает к ним симпатию? Или с Глебом проще? И искать не надо. И уже проверен знакомыми дамами.

– С кем она ходила по магазинам?

– Анжелка не ходила по магазинам. Домработница ходила. Или я.

– Но одежду-то она сама покупала!

– Зачем ей компания для покупки десяти пар трусов? – удивленно посмотрел на меня Глеб.

Вообще-то да…

– Но неужели она не сидела ни с кем из подруг в кафе, не ходила на выставки…

Глеб не дал мне закончить предложение и захохотал. Смеялся так заразительно, что у меня на губах невольно появилась улыбка. В комнату заглянул один из сотрудников, оставшихся в кабинете с красотками.

– Что тут у вас такого веселого?

Он увидел коньяк и замолчал.

– Заходи, налью, пока начальство не видит, – предложил Глеб, взял мой нетронутый бокал, плеснул туда от души, добавил себе, и двое мужчин с большим удовольствием тяпнули коллекционного коньячка. – Сейчас конфетки какие-нибудь найду, – сказал Глеб, сходил к бару и в самом деле извлек открытую коробку. – Наташка, ты хоть конфетку съешь? Помяни Анжелку хоть конфеткой.

– Я могу заварить чай? – спросила я у Глеба.

– Валяй. Еще по одной? – посмотрел Глеб на парня из органов.

Тот кивнул. Я отправилась на кухню. Николай Павлович и адвокат сидели за столом и тихо переговаривались.

– Что случилось, Наталья Борисовна? – спросил при виде меня Николай.

– Я поставлю чайник. Вы будете чай?

– Будем, – сказал адвокат, и они продолжили беседу тихими голосами.

Вначале я подала чашки Николаю и адвокату, потом налила себе, добавила сахару и отправилась назад в комнату. Туда уже переместились красотки и второй сотрудник. Все баловались коньячком и закусывали конфетами. Чокались, забыв, что Анжелика Львовна мертва. Хотя сейчас не поминки.

Внезапно одна из красоток схватилась рукой за горло, выпучила глаза, попыталась что-то сказать, покачнулась, схватилась за ближайшего мужика из органов, он попытался ее удержать – и рухнул на пол вместе с ней. Но он-то смог встать, а вот она немного подергалась, на губах выступила пена…

– Мама! – воскликнул один из парней из органов и рванул из комнаты. Как вы вскоре поняли – в туалет очищать организм от поглощенного в этой квартире.

Из кухни прибежали адвокат с Николаем Павловичем. К этому времени подружка красотки уже истошно орала, но на нее никто не обращал внимания. Глеб плюхнулся назад в кресло и тупо смотрел на прекратившую шевелиться красотку. Сотрудник органов, оставшийся с нами, пораженно молчал. Я тоже молчала, застыв на месте с чашкой чая в руке. Вернулся очистивший организм парень с внезапно осунувшимся лицом. Хотя если бы он съел отравленную конфету, то очищение организма при помощи двух пальцев в рот его, наверное, уже не спасло бы. Это был какой-то быстродействующий яд…