Властелин суда - Роберт Дугони

Пасифика, Калифорния

Темнота уступала туманному свету. Видимые очертания предметов возникали, вновь исчезали, кружили вокруг, закручиваясь спиралью. Слоун лежал на спине, уставившись в светящуюся флуоресцентным светом панель на кухонном потолке. Он инстинктивно попытался приподняться, чтобы сесть, но волна тошноты тут же закружила его вместе с комнатой — ощущение такое, будто его крутанули на чертовом колесе в парке, — и он опять рухнул на пол. На грудь ему легла чья-то рука. Покружившись, над ним застыло лицо. Мельда.

— Мистер Дэвид? — Она хлопала его по щекам, терла ему лоб чем-то влажным и, запинаясь, скороговоркой бормотала: — Ох, простите, мистер Дэвид! Мне так жаль! Я очень испугалась! Я услышала шум и подумала, что это же не можете быть вы. Вы же сказали: «Вернусь в воскресенье вечером»! — Чуть не плача, она зажала рот рукой.

Слоун сел и коснулся пальцами ушибленной макушки. На полу возле коленей Мельды он заметил черную сковороду. Воссоздать произошедшее не составило труда. Милая и мягкая, как яблочный пирог, который она так замечательно пекла, Мельда была стреляным воробьем, не забывшим свою суровую юность в деревне. И к своим обязанностям сторожа она тоже относилась крайне серьезно. Заметив в темноте мужскую спину, она вначале действовала, вопросы же задавала потом. К счастью, Мельде было за шестьдесят, а рост ее не достигал и пяти футов, что в известной мере ограничивало возможную силу ее ударов. Однако удар сковородки все же оглушил его, а рассыпанные по полу специи тоже не способствовали ясности сознания. Ему смутно помнилось, как он успел вовремя поднять руки и соскользнул на пол, упав ничком и стукнувшись лбом о кухонный стол. Он сжал ее руку.

— Все в порядке, Мельда. Вы действовали правильно — ведь я вернулся неожиданно. Простите, что так напугал вас.

Оставшись бездетной вдовой, Мельда окружила материнской заботой Слоуна. Она обихаживала его, когда он был дома, и обихаживала дом в дни его отсутствия во время его служебных командировок. Она вынимала его почту, кормила Бада, бродячего кота, которого он подобрал на помойке, и сыпала корм рыбкам в аквариум. Она обстирывала его, убирала в квартире и ставила ему в холодильник пластмассовые мисочки с едой — услуги, за которые Слоун пытался ей платить. Но разговоры об оплате лишь портили ей настроение. За восемь лет он ни разу не увеличил ей квартирной платы. Заплаченное же инвестировал в рынок ценных бумаг и на каждое Рождество вручал ей банковский чек, объясняя, что это дивиденды по акциям компьютерной фирмы, которые он для нее приобрел.

Он оглядел распахнутые дверцы шкафов и пустые полки; содержимое шкафов и полок было рассыпано и разбросано повсюду — бакалейные припасы валялись вперемешку с чашками, тарелками, столовым серебром. В помещении сильно пахло ароматизированным уксусом.

— Что здесь произошло?

Она продолжала тереть ему лоб какой-то влажной тряпкой.

— Грабители! — Она вытаращила глаза. — Здесь все было вверх дном, мистер Дэвид!

Ухватившись за край кафельного прилавка, он рывком поднялся на ноги, пол был скользким, и ноги у него разъезжались.

Мельда тоже поднялась.

— Я вызову доктора.

— Нет. Я в порядке. Только дайте мне секунду разобраться немного.

Она вытерла руки кухонным полотенцем.

— Здесь все перевернуто, мистер Дэвид.

Слегка опираясь о стол, он прошел в гостиную. Мельда оказалась права. Все было переворочено. На ковре — битое стекло. Судя по всему, лопнула трубка телевизора. В аквариуме плавала размокшая книжка. Даже решетки батарей были сорваны. За его спиной всхлипывала Мельда.

Повернувшись, Слоун обнял женщину и почувствовал, как дрожит ее хрупкое тело.

— Все хорошо, Мельда. Все будет хорошо.

Он ласково бормотал ей что-то, пока Мельда не перестала дрожать.

— Может быть, приготовите нам чайку, — предложил он.

— Я вам чаю приготовлю, — сказала она, словно идея была ее собственной, и пошла в кухню ставить чайник.

Слоун бродил по квартире, не зная, с чего начать разборку.

— Вы что-нибудь слышали, Мельда? Или видели? — Слоуну трудно было представить, чтобы столь сильные разрушения могли не привлечь ничьего внимания.

Она наполнила чайник под краном.

— Ничего я не слышала... ведь по четвергам меня не бывает... по четвергам у нас танцевальные вечера. — Мельда ходила на встречи для пожилых при католической общине. — А утром я пришла и застала вот это. Я вышла на лестницу вызвать полицию. И когда вернулась, в кухне были вы, но было темно, а я не так хорошо вижу... О, мистер Дэвид, такая жалость, что все так произошло!

Слоун стоял посреди комнаты, оглядывая разрушения и мысленно возвращая вещи на их законные места. Исполненный любопытства, он прошел из гостиной в спальню и щелкнул там выключателем. Тахта была разодрана и располосована, как и диван, из шкафа все вытряхнуто. Но все это было вторично. То, что заботило его прежде всего, лежало прямо перед ним на ночном столике.

Его часы «ролекс».