Дело смеющейся гориллы - Эрл Стенли Гарднер

Двое мужчин сняли с постамента большую каменную вазу иосторожно опустили ее на пол. Натан Фейллон посветил в глубину вазы карманнымфонариком. В то же мгновение она осветилась изнутри тысячью искр.

– О господи! – удивился Фейллон. – Да там огромный бриллиант,Бенни!

– Достаньте его, – приказал Эддикс чуть охрипшим голосом.

Фейллон полез рукой в вазу, но не смог дотянуться до дна.

– Сейчас я сниму пиджак, – сказал он, – но все равно,наверное, ничего не получится..

– Нужно перевернуть ее вверх дном, – решил Эддикс. –Возьмитесь за нее вдвоем и переверните. Посмотрим, что там такое, дьявол всехпобери!

Эрши и Фейллон схватили вазу за верхний край, опрокинули еенабок, затем медленно приподняли дно. Первым выкатилось большое кольцо сбриллиантом.

– Твое кольцо, Бенни! – воскликнул Натан Фейллон.

Вслед за кольцом по гладкой внутренней поверхности вазывыскользнули платиновые часы. Фейллон схватил их.

– Лучше всего перевернуть ее вверх дном, – посоветовалМейсон.

На пол высыпалась целая коллекция ювелирных изделий, монеты,бумажник, пудреница и флакончик с духами.

– Будь я проклят, что за чертовщина?! – воскликнул Эддикс.

– В дневнике написано, – сухо объяснил Мейсон, – что одна изобезьян, Пит, повадилась хватать некоторые предметы, особенно те, которые, поее мнению, нравились Элен Кадмус, и прятать их в эту вазу.

– Как все просто объясняется! – сказал Эддикс.

Мейсон посмотрел ему прямо в лицо.

– Послезавтра состоится судебный процесс по иску ДжозефиныКэмптон, обвиняющей вас в клевете, – напомнил адвокат.

– Ну и что? – Эддикс пожал плечами.

– Вот теперь все стало очевидным! – воскликнул Фейллон. –Теперь понятно, почему сам великий Перри Мейсон заинтересовался вдругдневниками Элен Кадмус. Вот теперь, Бенни, вся картина прояснилась до конца!

Эддикс быстро посмотрел на Фейллона и приказал:

– Замолчи! – Он повернулся к Мейсону: – Вы умны. Я уважаюумных людей. Что вы теперь собираетесь делать?

– Ничего, – ответил Мейсон.

– Бенни, а ты сам-то что теперь собираешься делать? –поинтересовался Натан Фейллон.

Эддикс подобрал платиновые часы стоимостью тысяча семьсотпятьдесят долларов и задумчиво вертел их в руке.

– А что я должен теперь делать? Сильно сомневаюсь, что тысможешь придумать что-нибудь стоящее в этой дьявольски неприятной ситуации.

– Мейсон все это спланировал заранее, – заявил Фейллон. – Онзаманил нас в хитроумную западню!

– Продолжайте, продолжайте, – усмехнулся Мейсон. – Вы даетемне прекрасную возможность подать на вас в суд за оскорбление. Так что нестесняйтесь выбирать выражения.

– Мне незачем выбирать выражения, – сердито ответил Фейллон.– Когда вы проходили через вестибюль в первый раз, вы подбросили вещи вкаменную вазу, а потом придумали историю с обезьяной, которая якобы спряталаих.

– Я не приближался к вазе, – спокойно сказал Мейсон.

– Вы проходили как раз мимо нее.

– Но вы же все это время находились рядом со мной.

– Я повернулся спиной. Я направлялся в другую комнату.

– Фейллон, – сказал Мейсон, – посмотрите мне прямо в глаза.

Фейллон повернулся лицом к адвокату.

– Я при всех заявляю, что вы бессовестный лжец, – твердосказал Мейсон.

Фейллон сжал кулаки, но, подумав, не стал затевать драку, изкоторой явно не мог выйти победителем.

– Подождите, – вмешался Эддикс, – не так быстро. Давайтеспокойно разберемся со всем этим. Эрши, вам я доверяю. С того места, где выстояли, вам было видно, как Мейсон проходил мимо вазы?

– Он не проходил рядом с ней, – сказал Эрши. – Он взглянулна нее, но близко к ней не подходил и не мог ничего в нее подбросить. Да вы исами видите, что все эти вещи покрыты толстым слоем пыли. Они лежат там ужедавно.

– Всегда с вами одни неприятности, Фейллон, – проворчалЭддикс. – Вы всегда, сложив два и два, получаете шесть, а потом пытаетесьубедить меня, что это и есть правильный ответ. Вы опять чуть не втравили меня вскверную историю. Сядьте и молчите.

В вестибюле резко зазвонил телефон.

– Это еще кто, черт возьми? – буркнул Эддикс и повернулся кФейллону: – Натан, возьми трубку.

Фейллон снял трубку:

– Алло, Натан Фейллон у телефона… Кто?.. Хм, мистер Эддиксне договаривался с ним о встрече… Подождите минутку. – Фейллон повернулся кЭддиксу: – Тут такое дело, Бенни. Приехал твой адвокат, Сидни Хардвик.

– Я не могу его принять, – отрезал Эддикс. – Я определенноне в состоянии больше подвергать свои нервы испытаниям и не собираюсь сегодняникого больше видеть. К черту его. Я с ним не договаривался о встрече.

– Он говорит, что приехал по очень важному делу, – возразилФейллон. – Мы не можем просто так прогнать его.

– Кто ты такой, чтобы указывать мне, что я могу делать, ачего не могу, а, Фейллон? – повернулся к нему Эддикс. – Я нашел тебя на помойкеи в один прекрасный день выброшу обратно. Я сказал, что не собираюсь приниматьХардвика, и не желаю повторять это дважды. Мне плевать, важное у него дело илинет. Пусть приезжает завтра.

Эддикс похромал к дверям, но на мгновение остановился иобернулся к адвокату:

– Вы дьявольски изощренно разыграли свои карты, Мейсон, –бросил он. – Спокойной ночи.

Мортимер Эрши многозначительно посмотрел на Фейллона.

– Тебе самому придется позаботиться о мистере Хардвике,Натан, – сказал он.

– Открывайте ворота, – уверенно распорядился в трубкуФейллон. – Сидни Хардвик может приезжать в любое время. – Он повесил трубку исказал: – Я попросил бы вас задержаться здесь на минутку, мистер Мейсон.Сожалею, что вел себя неподобающим образом, я пытался защитить интересы Бенни.Вы видели, какова его благодарность.

Мейсон, наклонившись над вещами, вывалившимися из вазы,попросил секретаршу:

– Делла, составь список всех предметов, находившихся в вазе.

– Ни к чему не прикасайтесь! – закричал Фейллон. – Не смейтени до чего дотрагиваться! Я вас предупредил.

– А я ничего не трогаю, – ответил Мейсон. – Только смотрю. Увас есть какие-либо возражения?

Фейллон помедлил мгновение, затем проворчал: