Любовница тени - Наталья Александрова

— Мы его помыли… Я, то есть, его помыл потом. Он весь вкрови был.

— Аккуратный ты мужик, — говорю, — чистюля. Адальше-то что было?

— Ну… Нина ее, значит, мальчиком…

— Да хватит тебе про этого мальчика! Надоел уже!

— Да-да… Лера и упала… кровь, немного, правда…

— Кровь тоже ты потом вытер?

— Ну да… Лера упала, я послушал — а сердце не бьется… —Последние его слова перешли в стон.

— Прекрати ты! Ладно, досюда более-менее понятно.Дальше что было?

— Я Нинке говорю, ты же ее убила… а она стоит столбом,а потом, пока я тряпку под Леру подкладывал, чтобы кровь не на ковер, Нинка вкоридор, вещи свои подхватила и бежать, я и моргнуть не успел.

— Ну а дальше что?

— Дальше… дальше я ее, Леру, то есть труп… в сумкузапихал и в кладовку… не знал, что мне делать.

Я представила, как он запихивает в клетчатую сумку еще неостывшее тело жены, и мне стало нехорошо.

— Потом вы пришли, сначала вы одна, а потом с этим… сшефом вашим.

— Встретил ты нас, надо сказать, довольно бодро. Аперчатку Лерину ты ведь только потом убрал?

— Да, а вы и перчатку заметили?

— А как же!

— А потом, ночью уже, я Леру на машине отвез, хотел влес куда-нибудь, а тут состав на переезде, я и подумал, что ее увезут подальше,а там никто концов не найдет…

— Это я видела. А состав-то не в ту сторону пошел! Неповезло тебе! Но ты мне лучше скажи, куда ты деньги дел?

— Деньги? — В его голосе прозвучало неподдельноеудивление.

— Да, деньги, те, которые были у Леры в сумке. Деньгинашей фирмы.

Он резко подскочил на диване, чуть не столкнув меня на пол,и от удивления совершенно перестал стонать и всхлипывать.

— В Лериной сумке?

— Ну да! Ты идиота-то не строй! — я началанервничать и разозлилась зверски. — Где деньги?

Он сорвался с места, помчался в коридор, порылся там встенном шкафу и вытащил Лерину сумку. Я вырвала сумку у него из рук ивытряхнула содержимое на диван. Косметичка, кошелек, роман АлександрыМарининой, калькулятор, еще какая-то дребедень — и больше ничего. Я огляделасумку, застежка была на месте, и сама сумка была какая-то не такая, похожа наЛерину, но не та: ремешок поуже, кармашек в другом месте… Я посмотрела на этогокозла так, что он присел на диван, ноги его не держали.

— Ты что мне подсовываешь? Это не ее сумка, и денег,как видишь, там никаких нету!

— Как — не ее? А чья же тогда? Господи! — онсхватился за голову. — Да ведь это Нинка сумки перепутала. Она вместосвоей Лерину схватила!

— Слушай, друг, но ведь врешь же все! Все у тебя Нина: ижену убила, и деньги сперла! Нинка у него, видишь ли, злодейка, а сам он —херувим святой! — я покосилась на того самого массивного ангелочка,которым уложили Леру. — Ищи, козел, деньги, где хочешь!

— А большие деньги-то?

— Для нас с тобой — очень большие, пятьдесят тысячбаксов.

— Не знаю я ни про какие деньги, может, там и не былоничего.

— Не было? А что я тогда к тебе хожу? Слушай, мне твояЛера до лампочки, отношения у нас были так себе, я по ней горевать не стану,отдай деньги — и все, расстанемся!

Нехорошо было, конечно, так говорить про покойницу, ночеловек, который способен собственную жену запихать в сумку и кинуть черт-текуда, вызывал у меня только отвращение. Ну надо же, две, в общем-то, нормальныебабы разодрались да так, что одна другую убила из-за этого урода в штанах! Иведь абсолютно ясно, что этот козел не был нужен ни жене, ни любовнице. Такчего же они тогда дрались? Нет, правильно говорят, что у народа крыша совсемпоехала.

Между тем этот тип поглядывал на меня злобно.

— Но-но, ты меня не пугай! Что там у тебя еще есть,гантели? Хочешь и меня, как жену?

Ишь, разохотился! Имей в виду, меня внизу человек ждет вмашине. И если я через двадцать минут не выйду, он сам сюда придет, так чтооставь штуки в покое, они тебе не понадобятся. Так вот, я тебе еще разповторяю: в сумке у Леры было пятьдесят тысяч баксов, твоей-то жене уже всеравно, а мне моя голова нужна на плечах, а не где-то. Эта твоя Нина кто такая,где ты ее взял?

— Ну, мы работаем вместе.

— Где работаете?

— В туристическом агентстве.

— Значит, вчера, в понедельник, вы с ней вместо работыпошли сюда, потом она слиняла с Лериной сумкой и больше ты ее не видел?

— Все так, она сегодня на работу не пришла.

— И где эта твоя Нина живет?

— Я не знаю, я у нее не был.

— Что? Сам с ней спишь, а где живет — не знаешь?

— У нее квартира новая, недавно они переехали, ятелефон только…

— Давай сюда телефон.

Я набрала номер, но никто не снимал трубку.

— Я же говорю, я ей звоню, а дома никого нет…

— Кто там еще у нее в квартире?

— Муж должен быть.

— Мужа как зовут, не знаешь?

— Не знаю, а ее фамилия Березина, Нина Березина.

— Ну ладно, сегодня уже поздно, а завтра с утра поедемтуда к Нине этой Березиной, надо ее найти. А может, она на работу выйдет, тогдаты сразу мне звони. Ты пойми, у тебя сейчас с милицией неприятностей будетдостаточно, на тебя первого подозрение упадет, так что с нашей фирмой тебе надовсе уладить.

Раздался звонок в дверь. На пороге стоял Борис. Я взглянулана часы: все точно, как договаривались, ничего не перепутал. Я посмотрела нанего почти с нежностью, против Лериного мужа Борька казался мне чистым золотом.Борька так грозно посмотрел на этого охламона, что тот вжался в спинку дивана,потом взял меня за руку и увел.

В машине мы молчали, а дома, пока он ставил машину на стоянку,я быстро умылась, почистила зубы и легла. Увидев, что у меня в комнате темно,Борька не посмел постучать, хотя, как я понимаю, вопросов ко мне у него былоогромное множество.

Среда, 24 марта

Получив очередной сигнал в «Заре», Мастер позвонил понужному номеру.

— Телемастера заказывали?

— Заказывали.

— Какой у вас телевизор?

— «Панасоник».

— Как — «Панасоник»?! — Мастер почувствовал легкоеволнение. — «Панасоник» же отремонтировали! Теперь вы должны оплатитьремонт.

— Что вы несете! Только сейчас сложилась подходящаяобстановка для «ремонта»!