Наследие Луны - Дэвид Линн Гоулмон

– Ничего страшного, – махнула рукой Сара и улыбнулась. – Мне трижды приходилось летать с Джейсоном на разных аппаратах.

– Ну, вижу, все обошлось благополучно, – с явным облегчением произнес молодой сержант.

Но Сара не могла не отпустить комментария по этому поводу – точно так же, как Джек или Карл. Они никогда не упускали возможности подтрунить над неопытными военными.

– В первый раз мы летели на «Блэк Хоке». Джейсон умудрился врезаться в скалу и потерять шасси. Второй раз мы летели на гидроплане и ухнули прямо в реку посреди безлюдных просторов Канады. А в третий раз – всего два дня спустя – на новехоньком «Сикорском» застряли среди деревьев: кверху ногами, в сорока футах над землей и объятые пламенем.

Все собравшиеся на нижней палубе воззрились на Сару в надежде, что она шутит, однако лейтенант Макинтайр выглядела предельно серьезно. Впрочем, долго терзать подчиненных она не стала.

– Я не знаю пилота лучше.

Райан, хрустнув пальцами, осторожно положил ладони на рычаги, управлявшие маневровыми двигателями, и сверился с приборами.

– Приготовиться к торможению и выравниванию дифферента.

В космосе достаточно времени и места, чтобы исправить любую ошибку, но чем ближе к поверхности, тем становится опаснее.

Джейсон аккуратно потянул за правый рычаг, одновременно выворачивая ручку. С громким хлопком заработали двигатели на кислородно-водородной смеси, и «Альтаир» опрокинулся на спину. Чтобы аппарат не завертело, Райан оттянул левую ручку. Навигационная система показывала, что до первой точки замедления, где модуль мог войти в поле гравитационного притяжения Луны, оставалось пятнадцать секунд.

– Уилл, нужно будет включить основной двигатель на десять секунд. Просто щелкни переключателем – компьютер сделает остальное.

– Понял, – ответил Менденхолл и затаил дыхание.

– Три, два, один. Пускай, – хладнокровно сообщил Райан.

Менденхолл щелкнул переключателем, и основной двигатель, издав оглушительный хлопок, ожил. По модулю пронесся гул – заработало гигантское сопло под днищем. Аппарат замедлил ход и попал в гравитационное поле Луны.

– Отключай двигатель. Два, один, ноль, – скомандовал Райан.

Стояла тишина. Все были в шлемах, так что не слышали участившегося от страха дыхания товарищей.

– Приготовиться к запуску маневровых двигателей, – произнес Райан в микрофон, удобнее упирая ноги в липкий пол. – Прошу всех перейти на собственный запас кислорода.

Экипаж отключился от встроенной системы подачи воздуха. Во время посадки – по очевидным причинам – кондиционирование и аэрация осуществлялись автономно.

– Ну, пора? – спросил Уилл.

Альтиметр быстро отматывал высоту, которую терял «Альтаир», опускаясь с высокой орбиты со скоростью почти три тысячи футов в секунду.

– Как думаешь, этот полет пойдет в счет авиамиль? – сострил Райан, внимательно следя за прибором. – Приготовься запустить основной двигатель на три четверти мощности. Я скажу когда.

– К пуску основного двигателя готов, – ответил Уилл и потянулся к нужному переключателю.

– Следи за расходом топлива. Мы можем поддерживать тягу только пять минут.

– Пять? Господи, совсем забыл…

– Должно хватить, если не придется уворачиваться от внезапных скал. Или от кратеров, которые перебрались поближе за этот час. Или изменили свое положение по сравнению со снимками с «Хаббла» месяц назад. Должно хватить.

– Поверю тебе на слово.

– Три, два, один. Пуск основного двигателя в час двадцать минут тридцать две секунды. Таймер пошел.

«Альтаир» вновь замедлил ход, дернулся и задрожал. Все это происходило в гробовой тишине: вакуум снаружи впитывал звуки, как губка.

Райан не сводил глаз с навигационной панели, аккуратно выправляя дифферент. Оказалось, что с тренажером в Хьюстоне справиться было гораздо труднее, чем с настоящим модулем.

– Смещение три градуса. Запас топлива на три с половиной минуты. Высота – тридцать пять тысяч футов, – выпалил Уилл.

Райан повернул правую ручку, накренив «Альтаир» на пять градусов влево, чтобы скорректировать курс. Теперь точка приземления была точно под ними.

– Слушай, мы что-то чересчур быстро, – удивился Менденхолл, когда на его глазах стрелка альтиметра скакнула вниз сразу на несколько делений. – Тринадцать тысяч.

– Понял тебя. Без паники. – Райан снова подправил крен и крикнул: – Поддать мощности! Пять, четыре, три, два, один. Мощность на полную. Давай, Уилл, жги!

Менденхолл повернул небольшую красную ручку, и система впрыска топлива направила в камеру сгорания большую порцию кислородно-водородной смеси.

На нижней палубе все в полной мере ощущали каждый толчок аппарата. Никто не открывал глаз – слушали только приказы Джейсона. Сара была даже рада, что все вокруг трясется: это перебивало ее собственную дрожь. Никогда в жизни ей не было так страшно.

– Скорость падает. Пятьсот футов в минуту… Сто футов в минуту! – сообщил Уилл.

– Приготовиться снизить мощность вдвое.

– Есть!

Менденхолл попробовал сглотнуть, но в горле совсем пересохло.

– Снижаем мощность! – скомандовал Райан.

Уилл снова повернул ручку; шум и дрожь прекратились практически мгновенно. Никто в экипаже не знал, хорошо это или плохо.

– Мощность – пятьдесят процентов. Топлива на две минуты. Высота – триста футов.

Райан запустил кормовой маневровый двигатель и в очередной раз выровнял аппарат. В иллюминаторе, наконец, показались очертания гигантской впадины.

– Кратер Шеклтон в трех милях, – облегченно сообщил Райан.

В это же мгновение заверещала сирена и замигали красные лампочки. Джейсон выругался сквозь зубы и замолотил по ручке управления тягой слева от кресла.

– Кормовой маневровый двигатель не отключается. Нас сейчас перевернет!

Менденхолл, расширив глаза, смотрел, как Райан борется с заклинившим рычагом.

– Чтоб тебя!.. Дело не в тяге, а в заслонке. Мало того, что нас сносит, так еще и топливо жжем почем зря… Нужно выправить дифферент.

– Топлива на одну минуту, пятьдесят футов до столкновения, – как можно будничнее сказал Уилл, не желая усугублять положение.

– Запускаю двигатели по правому борту, – сообщил Джейсон скорее себе, чем экипажу.

Аппарат под руководством Райана выпрямился, но теперь уже завопили сирены топливной системы.

– Необходимо торможение, необходимо торможение, – встрял компьютер. – Прямо по курсу препятствие. Необходимо торможение.

– Заткни ее. Терпеть не могу этот голос!

Менденхолл отключил систему звукового оповещения; ему, как и Райану, не хватало родного томного голоса суперкомпьютера по имени «Европа».