Пешка в большой игре - Данил Корецкий

– С кем, где, когда?

– Пока не знаю. Может, с чеченами? А по месту и времени – позвоню, когда прояснится.

Диканский кивнул.

Возвратившись с места встречи, он установил наблюдение за Клыком, Седым и Крестным.

Они появились неожиданно: мигающая белая и зеленая точки. Верлинов опустил руку на хронометр и, когда вертолет проходил над ними, нажал кнопку отсчета.

Огни остались позади. Сердце колотилось учащенно: время наступило и организм требовал необходимых действий, к которым был готов. Тактические затяжки его не интересовали. Верлинов закрыл глаза. В сплошной тьме он видел оставшиеся на сетчатке сигнальные огни, подтверждающие, что все идет по его плану. Йоговским дыханием успокоил нервы и привел сердцебиение к норме.

– Разворот на обратный курс, – приказал он и, когда маневр был выполнен, переключил хронометр: начался обратный отсчет.

– Следуйте до Новороссийска, при отсутствии дополнительных команд возвращайтесь на базу, – сказал он. – Спасибо.

Верлинов снял переговорное устройство, надел вещмешок и распахнул люк. Вместе с тугой струей встречного воздуха ворвался рев двигателя. Он надел ласты и шапочку. Вертолет шел по прямой. Конечно, пилот засечет момент, когда он спрыгнет. Но принятые меры предосторожности позволяют ему в том не признаваться: летели над берегом полчаса, люк был открыт – разве уследишь... Впрочем, мысли, обращенные в прошлое, становились все слабее и слабее

– генерал переключился на то, что ему предстоит. Самоспаеатель – очень ненадежная штука: один из шести не срабатывает. Ему предстояло начать дальний путь с «русской рулетки», хотя семизарядный «наган» предоставлял лихим офицерам на один шанс больше.

Выдвинувшийся из хронометра стержень уколол запястье, и в тот же миг Верлинов спиной вперед выпрыгнул за борт.

Перекрывая звезды, мелькнула тень вертолета, грохот превратился в исчезающий гул, от стремительного падения в бездну перехватило дух. С трудом удерживаясь вниз спиной, он откинул голову, нажал кнопку. С хлопком вырвалась наружу тончайшая – в несколько молекул – специальная ткань, раздуваемая газом, бьющим из химического патрона. Вначале ничего не произошло, потом подвесная система рванула тело, замедляя падение, наконец он повис в воздухе.

Продев руки между раздувшимися рукавами спасательного баллона, Верлинов занял устойчивое вертикальное положение и осмотрелся. Ми – гающий белый и ровный зеленый огни находились почти прямо под ним, ветер отсутствовал, видимость была отличной. Три семерки бортового номера вертолета принесли ему удачу.

Медленно стравливая воздух и маневрируя, Верлинов опускался к черному зеркалу моря. Когда до матово отблескивающей поверхности оставалось несколько метров, он расстегнул замок и почти без всплеска вошел в воду. Вынырнув, он собрал в комок ткань самоспасателя и поплыл к лодке. Попадающие на лицо холодные брызги показывали, что купальный сезон еще не наступил.

Через несколько минут он постучал кулаком по клепаной стали, тут же сверху опустилась веревочная лестница, и начальник одиннадцатого отдела оказался на борту дизельной подводной лодки-носителя с серийным номером «У-762». Первая цифра Верлинову бы понравилась, вторая и третья – вряд ли.

– С прибытием!

Встретивший его человек протянул мозолистую ладонь. Верлинов машинально взглянул на часы: двадцать часов двадцать пять минут. В двадцать один ноль пять подлодка «У-762» пересекла государственную границу России и вышла в нейтральные воды.