Вмешательство мисс Сильвер. Когда часы пробьют двенадцать - Патриция Вентворт

Лейн покачал головой:

— Нет, мэм. У дам свои газеты. «Таймс» приносили специально для мистера Парадайна, он не любил, чтобы кто-то другой ее брал. Но наверное, он был слишком взволнован в среду, чтобы вспомнить об этом.

— Вы видели газету, когда зашли в кабинет после ужина?

— Да, мэм. Она лежала на столе, слева.

— То есть мистер Парадайн не читал ее?

— Нет, мэм, она была сложена.

— Вы не помните, как именно она лежала на столе? Ровно?

— Нет, мэм.

— Вы уверены?

Лейн негромко, но решительно ответил, что уверен.

— Знаете, мэм, я даже задумался, отчего она не лежит ровно. Похоже, под ней что-то было, и я прикинул, что это могло быть, поскольку мистер Парадайн, мэм, все на столе держал в идеальном порядке.

— Спасибо, Лейн.

С газетой в руке мисс Сильвер поднялась по лестнице. Наверху она встретила Филиду Рэй и негромко поинтересовалась:

— Вы видели эту газету на столе в кабинете, когда разговаривали с дядей в среду вечером?

Филида на мгновение смешалась, но тут же овладела собой и забормотала:

— Да, кажется… да, видела.

Дальнейшие расспросы показали, что тогда она не обратила особого внимания, но теперь припоминала, что газета лежала так, словно ею что-то накрыли. Вечером Филида об этом даже не задумалась, но в разговоре с мисс Сильвер подтвердила, что так все и было.

Мисс Сильвер вернулась в спальню, где увидела Полли Парсонс в сиреневом платьице, с метелочкой для пыли. Закрыв дверь, она сказала:

— Можете продолжать уборку, Полли. Я лишь хочу задать вам один вопрос. — Она показала девушке «Таймс». — Лежала ли эта газета на столе в кабинете в среду вечером, когда вы зашли растопить камин? Хорошенько подумайте, прежде чем ответить.

Полли округлившимися от удивления глазами уставилась на газету.

— Нет, мисс, не лежала.

— Вы уверены, Полли?

— Да, мисс. Мистер Лейн ни за что ее бы туда не положил — есть отдельный столик для газет. Я бы сразу заметила, если бы она оказалась не на месте.

От вчерашнего смущения не осталось и следа — ни запинок, ни румянца. Розовые щечки слегка переливались, как настоящие яблоки. Синие глаза смотрели на мисс Сильвер совершенно невинно.

Та сказала:

— Спасибо, Полли. — И вышла, закрыв за собой дверь.

Мистер Рэй был у себя, в соседней комнате. Мисс Сильвер слышала шаги.

Когда она постучала, он произнес «войдите» с легкой ноткой нетерпения. Видимо, Элиот расхаживал по комнате, потому что теперь стоял у окна и смотрел на лужайку. Когда дверь закрылась, он, взглянув через плечо, казалось, удивился:

— Мисс Сильвер!

— Я хотела бы поговорить с вами, мистер Рэй. Позвольте присесть?

— Что случилось? Пожалуйста, вот кресло… а я сяду на кровать. О чем вы хотите поговорить?

Мисс Сильвер смотрела на молодого человека серьезно и внимательно, по-прежнему держа в руках «Таймс» за тридцать первое декабря. Она протянула Элиоту газету:

— Вы видели ее в среду вечером, когда зашли попрощаться к мистеру Парадайну?

— Да, она лежала на столе… видимо, он читал.

— Нет, мистер Рэй, она осталась нераскрытой.

Он нетерпеливо усмехнулся:

— Тогда, наверное, мистер Парадайн собирался ее прочитать.

— Газету так и не развернули, мистер Рэй.

Элиот поставил локти на латунную спинку кровати, положил подбородок на руки и сказал:

— Ну ладно… поехали дальше.

Мисс Сильвер кашлянула — не то чтобы с упреком, скорее затем, чтобы сосредоточиться на обсуждаемой теме. «Странный оборот речи, — подумала она, — но довольно выразительный, надо запомнить. Интересно, что сказал бы дорогой лорд Теннисон о современном жаргоне? Скорее всего что-нибудь весьма резкое».

Вспомнив о своих обязанностях, мисс Сильвер решительно произнесла:

— Мистер Парадайн привык читать «Таймс» каждый вечер после ужина. В среду он находился в кабинете с девяти до двенадцати, но даже не развернул газету. На какие мысли вас это наводит?

Элиот пристально посмотрел на нее:

— Может быть, вы скажете, на какие мысли это наводит вас?

— Хорошо. Если бы речь шла о ком-нибудь другом, причиной наверняка послужило бы волнение, но вы, исходя из наблюдений за мистером Парадайном, утверждаете, что он не был взволнован. У миссис Рэй сложилось точно такое же впечатление. И у мистера Марка Парадайна. После разговора с дядей миссис Рэй успокоилась, ощутив поддержку. С мистером Марком Парадайном обошлись сочувственно и благожелательно. «Коль сердце боль не бременит, оно открыто всем». Люди, которые находятся в состоянии сильного эмоционального напряжения, нечасто ведут себя так.

Элиот улыбнулся:

— Знаете, это не очень-то похоже на мистера Парадайна.

Мисс Сильвер кашлянула.

— Мы выражаем свои чувства по-разному, мистер Рэй. Установленный факт, что миссис Рэй и мистер Марк Парадайн задушевно побеседовали с мистером Джеймсом Парадайном.

— Марк?

— Да. Он побывал у мистера Джеймса Парадайна в среду вечером, между одиннадцатью и половиной двенадцатого. Думаю, вы разминулись с ним, когда спускались в столовую с мистером Пирсоном. У мистера Марка Парадайна имелся вполне достаточный повод для визита, хотя сейчас нет необходимости об этом говорить. Пожалуйста, давайте вернемся к «Таймс». Полагаю, есть две причины, по которым она осталась непрочитанной. Во-первых, ею воспользовались, чтобы что-то прикрыть. А во-вторых, мистер Парадайн был слишком занят.

— Чем же?

Мисс Сильвер внимательно взглянула на него.

— Судя по всему, принимал многочисленных посетителей.

— Многочисленных?

— Да. Сначала вы с мистером Пирсоном. Потом миссис Рэй между десятью и половиной одиннадцатого. Мистер Марк Парадайн вряд ли появился раньше одиннадцати, но у меня есть основания считать, что к хозяину кабинета в половине одиннадцатого заглянул еще один гость, поскольку миссис Рэй покинула помещение в спешке, через спальню покойной миссис Парадайн.

— Вы были там?

Мисс Сильвер улыбнулась и объяснила тоном учительницы, наставляющей нерадивый класс:

— Она оставила отпечатки пальцев на обеих дверях в комнате. Вряд ли миссис Рэй стала бы выходить через спальню, если бы не хотела избежать встречи с человеком, который постучал в кабинет.

— Допустим, допустим. Она из тех людей, которые не умеют лгать. Не давите на нее слишком сильно.

Мисс Сильвер кашлем выразила несогласие с подобным легкомыслием. Она сказала: