Без единого свидетеля - Элизабет Джордж

Резкий стук в дверь, и в кабинет Линли заглянул инспектор Стюарт.

— Томми, могу я зайти на пару слов? — Он приветственно кивнул Нкате, добавив: — Ну что, припудрились перед съемками? Говорят, ваши поклонницы пишут вам письма пачками.

Нката уже давно устал от поддразниваний коллег.

— Я переправляю всю почту вам, — ответил он Стюарту. — Жена от вас сбежала, так что вам не помешает. Кстати, тут пришло одно письмо — от дамочки из Лидса. Пишет, что в ней двадцать стоунов,[6]но вам такая женщина будет в самый раз.

Стюарт не улыбнулся.

— А не пошел бы ты…

— Взаимно.

Нката вскочил на ноги и вышел из кабинета. Стюарт сел на его место, на стул перед столом Линли, и принялся барабанить пальцами по бедру, как делал всегда, когда ему нечем было занять руки. Линли знал на собственном опыте, что над другими инспектор любит подшутить, но юмор в свой адрес абсолютно не воспринимает.

— Это была шуточка ниже пояса, — сказал Стюарт мрачно.

— Мы все теряем чувство юмора, Джон.

— Мне не нравится, когда моя личная жизнь…

— Это никому не нравится. Что вы хотели мне сказать?

Стюарт еще не был готов забыть обиду. Он посидел, пощипывая складку на брюках и снимая несуществующие пылинки с колена, но потом все же перешел к делу.

— У меня две новости, — сказал он. — Мы опознали тело с Квакер-стрит, и тут спасибо нужно сказать Ульрике Эллис. Она составила список ребят, бросивших занятия в «Колоссе». Звали его Деннис Батчер. Четырнадцать лет. Из Бромли.

— Он был в списке детей, находящихся в розыске?

Стюарт потряс головой.

— Родители в разводе. Папаша думал, что Деннис с матерью и ее любовником. Мамаша думала, что он с отцом, подружкой отца, двумя ее детьми и их общим ребенком. И поэтому в полицию никто не заявлял. По крайней мере, так они мне сказали.

— А на самом деле?

— На самом деле мне кажется, что они только рады были. Нам пришлось попотеть, чтобы хотя бы одного из них заставить опознать тело.

Линли отвернулся от Стюарта и посмотрел в окно, за которым горели огни вечернего Лондона.

— Я бы очень хотел, чтобы мне объяснили природу человека. Четырнадцать лет. — Он вздохнул. — За что направили в «Колосс»?

— Нападение с пружинным ножом. Поначалу им занимался отдел малолетних правонарушителей.

— Значит, еще одна душа, нуждающаяся в очищении. Как раз то, что ищет наш убийца. — Линли снова обернулся к инспектору. — А что за вторая новость?

— Мы наконец-то нашли магазин, где Киммо Торн покупал косметику.

— Неужели? И где же это? В Саутуорке?

Стюарт снова качнул головой.

— Мы пересмотрели все записи камер видеонаблюдения во всех магазинах «Бутс» вблизи его дома и потом около «Колосса». Ничего. Тогда мы еще раз перечитали досье и увидели, что он часто болтался в районе Лестер-сквер. Мы нарисовали круг радиусом в четверть мили с центром на Лестер-сквер, и тут же нашли на Джеймс-стрит то, что требовалось: магазин «Бутс». Там он был, покупал себе помаду, что ли, в компании с каким-то чудовищем. Бледная поганка, поросшая металлом.

— А, это Чарли Буров, — догадался Линли. — Хотя обычно он зовется просто Блинкер. Это приятель Киммо.

— В общем, он тоже был там. Оба видны как на ладони. Та еще парочка, Киммо и Чарли. Их трудно не заметить. Да-а… А обслуживала их девушка, кстати. И за ними стояла очередь. Четыре человека.

— Кто-нибудь из очереди подходит под фоторобот?

— Так сразу и не скажешь. Это же запись видеонаблюдения, Томми. Вы сами знаете, какое там качество картинки.

— А как насчет описания, составленного психологом?

— А что тут может быть? Оно туманно настолько, что под него попадет три четверти лондонцев до сорока лет. Как мне кажется, мы сейчас просто собираем информацию и проверяем, проверяем, проверяем. Пока не найдем того, кого ищем.

В его словах была правда: они переворачивали камни на бескрайнем галечном берегу. И нельзя пропустить ни единого камня. Потому что жизненно важная информация зачастую находится под самым неприметным камушком.

— Надо будет показать эту запись Хейверс, — сказал Линли.

— Хейверс? — нахмурился Стюарт. — Зачем?

— Она — единственный человек, который видел всех сотрудников «Колосса», интересующих нас.

— Значит, вы поддерживаете ее версию?

Стюарт задал вопрос как бы мимоходом, и это был вполне логичный вопрос, но инспектора выдал изменившийся голос и внимание, с каким он стал вдруг изучать нитку в шве брюк. Линли пригляделся к нему внимательнее.

— Сейчас я поддерживаю все версии, — ответил он. — Вам что-то не нравится?

— Да нет, все нравится, — сказал Стюарт.

— Тогда?…

Инспектор смущенно заерзал на стуле. Он, должно быть, обдумывал, как лучше сформулировать ответ, и наконец решился:

— Тут начали поговаривать насчет любимчиков, Томми. Среди наших людей. И еще… — Он замялся, и Линли даже подумал, что Стюарт собирается выдать совсем уж нелепое предположение, будто в команде поговаривают насчет его интереса к Барбаре как к женщине. Но Стюарт закончил объяснения иначе: — В общем, непонятно, почему вы ее так защищаете.

— Кому непонятно? Всем? — спросил Линли. — Или только вам? — Он не стал ждать ответа. Неприязнь инспектора к Хейверс была ему хорошо известна. Он сказал шутливо: — Джон, я козел отпущения. Я согрешил, и Барбара — мое чистилище. Если я смогу вылепить из нее копа, который сможет работать в команде, то буду спасен.

Стюарт невольно улыбнулся.

— Она, конечно, умная тетка, но как же она меня раздражает. И господи, до чего упряма.

— Все верно, — сказал Линли. — Но ее положительные качества в сумме перевешивают отрицательные.

— А ее манера одеваться! — не сдавался Стюарт. — По-моему, она берет шмотки в пунктах раздачи одежды для бедных.

— Она бы вам сейчас сказала, что в мире есть места и похуже, — заметил Линли.

В этот момент зазвонил телефон на столе, и он снял трубку. Стюарт поднялся, собираясь уходить. Как оказалось, стоило ему помянуть дьявола, и он тут как тут.

— Фургон Миншолла, — произнесла Хейверс без предварительных пояснений. — Это сладкая мечта любого эксперта, сэр.

Линли кивнул Стюарту, выходящему в коридор, и все внимание обратил на голос в телефонной трубке.

— Что вам удалось найти? — спросил он.

— Целый клад. В его фургоне столько хлама, что придется месяц разбираться. Но есть там одна вещица, которая вас особенно порадует. Нашлась под водительским сиденьем.