Гробница судьбы - Том Харпер

Элли еще крепче прижала камень к груди.

– Нет.

Бланшар кивнул.

– Понимаю.

Раздался выстрел.

Кум Бихан

На этом пляже время не идет. Здесь нет ни солнца, ни колокольного звона, только серое спокойствие и плеск волн. Похоже, прилива уже не будет никогда.

Я внимательно изучаю копье и пытаюсь понять, из чего оно изготовлено. На ощупь оно кажется каменным, хотя камень наверняка уже давно раскрошился бы. На нем выгравированы странные узоры, настолько тонкие, что я едва ощущаю бороздки подушечками пальцев. Я несу его к морю и смываю с острия кровь Лазара.

По моей руке пробегает дрожь, она дергается. Может быть, у меня мышечный спазм, но я уверен, что это из-за копья. Я кладу его обратно на дно лодки и укрываю краем попоны.

«Сила накапливается в глубоких сосудах, – говорил Гуго. – Она прирастает не только у людей, но и у предметов».

Если это копье и наделено силой, то она несет зло.

Чтобы убить время, я перепиливаю трос, которым лодка привязана к камню. Меч Гуго настолько туп, что мне приходится прилагать массу усилий, чтобы перерезать волокна. Бросив работу, я иду искать точильный камень. Я нахожу его в седельной сумке и принимаюсь за работу. С гор дует холодный восточный ветер, но лицо Гуго лоснится от пота, а лоб горяч. Я достаю флягу, но она пуста.

Чтобы мы могли отправиться в морское путешествие, нам нужна вода.

Мы находимся недалеко от устья реки, но я не решаюсь отправиться туда без оружия. Я облачаюсь в доспехи, седлаю своего коня, беру с собой валлийский щит, а также копье и меч Гуго. Волшебное копье я оставляю в лодке, рядом с Гуго. Наконец начинается прилив. Волны достигают лодки, но почти сразу отступают. Я думаю, у меня в запасе есть час, если не больше, пока лодка снимется с мели.

Я скачу по песчаным дюнам к берегу реки. Вода в ней оказывается солоноватой, но пить ее можно. Фляга слишком мала, и я пытаюсь набрать воду в свой шлем, но она протекает через заклепки. Я смотрю на отражение своего лица в реке: изможденное, окровавленное, покрытое слоем грязи. Я мечтал быть совсем не таким рыцарем. Если бы я увидел себя нынешнего, будучи восьмилетним мальчиком, то убежал бы в ужасе.

Мухи летают над моим отражением, словно над разлагающимся трупом. Я надеваю шлем и забираюсь в седло. Приливная вода прибывает все быстрее, и я не хочу, чтобы лодку унесло в море без меня. Я взбираюсь на дюны и смотрю вниз.

Лодка на месте. Но не это пугает меня. По пляжу мчится галопом черная лошадь с черным всадником в седле. Заметив меня, он останавливается.

– Питер.

Ветер относит то, что он кричит. Хотя рыцарь и обладает гигантским ростом, ему явно приходится напрягать голосовые связки. Видно, что он провел в седле достаточно много времени и сражался не меньше меня.

Я спускаюсь с дюн, скачу в сторону пляжа и на расстоянии выстрела из лука от него останавливаюсь. Волны обрушиваются на берег, ветер треплет конскую гриву. Такое впечатление, будто мы единственные люди на земле. Мы опускаем копья.

Малегант пришпоривает коня. У меня нет шпор, но мой конь знает, что делать. Мы мчимся навстречу друг другу. В ушах свистит ветер. Я кладу копье поперек шеи коня, пригибаюсь в стременах, подогнув колени, и наклоняю голову вперед, как меня учил Горнемант.

Столкновение. Щит лучника не способен противостоять копью Малеганта. Оно пробивает его и проходит сквозь кольчугу, вспарывая кожу моей руки и чудом не затрагивая мышцу. Напор Малеганта настолько силен, что он не только выбивает щит из моей руки, но и чуть не выбрасывает меня из седла.

Мое тело сотрясает дрожь. Я едва удерживаю копье. Но мне нужно развернуться раньше Малеганта. Я натягиваю поводья. Это похоже на турнир, только сейчас на кону стоит не выкуп или слава.

Я проворен, но Малегант не уступает мне, и у меня больше нет щита. Мы снова сближаемся, но кони скачут медленнее. Кажется, до столкновения проходит целая вечность. Я уклоняюсь от копья Малеганта, но в результате и мое копье едва касается его.

Мы вновь разворачиваемся. Теперь мы находимся настолько близко друг к другу, что нам нет нужды идти в атаку. Мы обмениваемся ударами, но они недостаточно сильны, чтобы пробить доспехи. Моя нога вылетает из стремени, а седло начинает соскальзывать с крупа коня. Я чувствую, как рвется подпруга. Но мои удары тоже начинают достигать цели: Малегант с трудом удерживается в седле. Он скользит назад, его копье устремляется вверх. Я пользуюсь возможностью и наношу ему удар в плечо. Он валится назад и с глухим стуком падает в песок.

Но и я после этого удара теряю равновесие и лечу вниз, стараясь не попасть под ноги коня.

Мы вскакиваем на ноги и вынимаем из ножен мечи. Чтобы выиграть время и перевести дух, я кричу ему:

– Кем я был для тебя?

Губы Малеганта растягиваются в ухмылке.

– Никем.

– Зачем ты взял меня с собой на Иль-де-Пеш?

– Чтобы убить тебя.

– Зачем?

– Незавершенное дело, – Малегант смеется. – Всех остальных членов твоей семьи я уже убил.

Намного позже я часто буду думать, была ли это правда, или он просто хотел спровоцировать меня. Сейчас же, в пылу сражения, я, ошеломленный и оглушенный полученными ударами, не подвергаю его слова сомнению. Мне снова десять лет, и я стою перед горящим замком моего отца. Единственное, что дает мне силы и цель в жизни – это месть.

Любой поединок некрасив сам по себе, но этот уродливее большинства других. Мы оба изнурены ночным сражением. После ударов, которыми мы с ним уже обменялись, я бреду по песку в его сторону, с трудом переставляя ноги. Я бросаюсь на врага, он отступает в сторону и опускает меч на мой шлем. В последний момент мне удается увернуться, но недостаточно быстро. Удар приходится по верхушке шлема – его лямки рвутся, и он сваливается с моей головы. Я чувствую, как в ней начинают бить колокола. Малегант поднимает меч, чтобы раскроить мне голову. Я инстинктивно поднимаю руку со щитом.

Но у меня нет щита. Я подставляю под удар предплечье. Трещит кость, рука безвольно повисает и выворачивается. Сквозь кольца кольчуги сочится кровь, орошая песок. Я чувствую, что кость прорвала кожу и торчит наружу. Когда я пытаюсь повернуть руку, кость застревает в кольце кольчуги, и я едва не теряю сознание от боли. Малегант смеется.

И все же я еще не потерял руку. Его меч разрубил кольчугу и сломал кость. Удар был достаточно сильным.

Его меч затупился и утратил кончик во время ночной битвы. Лезвие моего меча хорошо заточено.

Боль приносит ясность в мое сознание. Пошатываясь, я отступаю назад. Меч болтается в моей здоровой руке, создавая впечатление, будто я с большим трудом удерживаю его. Видя это, Малегант наступает. Он утомлен не меньше меня и жаждет как можно быстрее покончить со мной. Ускоряя шаг, он поднимает меч, намереваясь нанести мне удар по голове.