Зоопарк доктора Менгеле - Герт Нюгордсхауг

– Настоящая первая свадебная ночь, Ховина. Но без желтых липких печений и розовых цветов, которыми осыпают невесту на нашей родине. И в нашей постели мы вряд ли найдем свиное ушко.

Она села. Взяла в руки бокал, вытирая слезы.

– Я хочу петь, – сказала она. – Если ты пообещаешь не рассказывать об этом остальным, перед сном я спою тебе старую индейскую колыбельную. У меня была няня-полукровка, каждый вечер она пела мне, это самое прекрасное мое воспоминание детства.

– Жду не дождусь, – сказал Мино.

И они снова наполнили бокалы, чокнулись и осыпали друг друга лукавыми комментариями о судьбе делегации «Kasamura». Тапочки для мечети со стеклянными осколками! Они согнулись от смеха, представив себе, как члены делегации один за другим падают на пол и остаются лежать, пораженные смертельным ядом асколсиной. Как им вообще пришла в голову такая гениальная мысль!

Мино сидел спиной к двери и смотрел на балконную дверь. Она все еще была приоткрыта. Благодаря тому, что она была повернута, в ней отражалось окно соседнего номера. Мино заметил в нем какое-то движение. Может быть, еще одна пара молодоженов.

Внезапно он уронил на пол вилку и привстал на стуле. Он застыл и почувствовал, как в его теле остановилась кровь.

Ховина смотрела на него с ужасом.

– Что случилось, Мино?

Она не решалась обернуться. Мино не сводил взгляда с какой-то точки у нее за спиной.

– Я… Я… Не могу в это поверить, – наконец сказал он, медленно вставая.

Он был напряжен, словно кошка, готовая к прыжку. Затем он медленно, шаг за шагом подошел к балконной двери. Он внимательно смотрел на то, что видел в темном стекле.

В номере находились три человека. Двое из них смотрели на экраны, похожие на телевизоры. Там было очень много таких экранов. Третий стоял у окна и смотрел на город. Мино хорошо было видно его лицо. Это лицо он не спутал бы ни с каким другим.

Зульк.

– Зульк, – прошептал он. – Эксперт по бабочкам из университета. Смотри, Ховина.

Она медленно подошла к Мино и встала рядом. Отражение в балконной двери было очень четким. Казалось, они слышали его шмыганье. Тот, другой, не мог их видеть.

– О, Господи! – прошептала она.

– Они знают, что мы в городе, – Мино зажмурился.

Он побледнел и почувствовал, как напрягаются все мышцы его тела.

– Как? Как??? Значит, Зульк. Значит, это он выяснил, что я Мино Ахиллес Португеза. Но я не понимаю, почему он здесь. Могут ли они…

Он не продолжил.

– Мино! – вдруг твердо сказала Ховина. – Забудь обо всех почему и как. Он здесь. Они здесь. Они следуют за нами по пятам! Эти двое, наверное, мозг расследования. Посмотри на их оборудование. Разве ты не понимаешь, что это значит? Мы можем взять их! Прямо здесь и сейчас!

Они отошли от балконной двери. Ховина крепко взяла Мино за руку. Он посмотрел на нее. Его губы почти не двигались, когда он произнес:

– Возьмем их. Но очень быстро. Мы не знаем, что они затеяли. Может быть, они знают, что мы в отеле. Нам нужно бежать, прочь из этого отеля, прочь из города. Японцы все равно обречены, если только это не…

– Готово!

Ховина действовала твердо. Она быстро разобрала две ручки. Оружие готово, стрелы на месте.

Мино копался со своими. Он приготовил три трубки, на всякий случай. Мысли проносились в его голове, как бурлящая пена грохочущего водопада.

Они быстро собрали вещи. Ховина позвонила администратору и попросила приготовить счет. Оставалась лишь одна возможность: как можно тише и быстрее убраться отсюда, покончив с тем, с чем было необходимо покончить, и надеяться, что они не наделают впопыхах ошибок и что отель не окружен.

Они вышли в коридор. Он был пуст. Мино встал у двери, ведущей в соседний номер. Ховина кивнула. Мино громко постучал в дверь.

Они слышали внутри возбужденные голоса. Казалось, что там никого не ждут.

– Если они откроют, – прошептал Мино, – станет понятно. Значит, они не знают, что мы тоже в этом отеле. Если они подозревают, что мы здесь, то ни за что не откроют. Согласна?

Ховина слабо улыбнулась и кивнула.

Они слышали шаги. Слышали, как повернулся замок. Мино бросился к двери и ворвался внутрь.

Он успел выстрелить всеми тремя трубками. Без сомнения, они ворвались туда совершенно неожиданно. Ховина почти одновременно отправила две стрелы, одна из них попала в грудь Уркварту, а вторая – в лицо Гаскуаню.

Зульк скатился с дивана, на котором до этого лежал, и безжизненно рухнул под стол, стрела Мино торчала у него из бедра. Гаскуань опустился на пол перед мониторами и телексами, целых две стрелы торчали у него из тела. Уркварт успел схватиться за рукоять пистолета, торчавшего у него под мышкой, но стрелы настигли его, и он рухнул на пол, словно пустой мешок.

Наступила тишина. Очень неприятная тишина.

Перешагнув через тело Уркварта, Мино вошел в комнату. Ховина собирала стрелы. Они огляделись. Никаких сомнений: это штаб по поиску группировки «Марипоса».

– Свинья! – прорычал Мино.

Он остановился перед экраном монитора, читая напечатанный на нем текст. Зеленые буквы понять было совсем не сложно. Он позвал к себе Ховину.

– Теперь все понятно!

В тексте говорилось о женщине по имени Мерседес Паленкес. Она была мертва, но сначала ей пришлось пережить такое, о чем не стоило знать общественности. Она была мертва, но из нее все-таки вытащили сведения, которые должны были помочь поймать группировку «Марипоса».

– Бедный Орландо, – прошептала Ховина.

Мино ничего не сказал, но принялся систематически отключать все аппараты. Все искрилось, трещало. Закончив, он унес все в ванную и засунул в ванну. Затем включил воду. Ховина собрала все бумаги, которые только смогла найти, от счета за обслуживание до распечатки телекса. Все это она положила в свою сумку.

– Надо найти Орландо, – сказал Мино. – Сегодня ночью. Нам нужно срочно вернуться в Олюдениз. Поодиночке. Послание отправим по дороге.

– В Олюдениз? Прямо сейчас?

– Да. Чем быстрее, тем лучше. Мы не знаем, что происходит в этом городе.

Мино говорил очень твердо.

Они вышли из комнаты.

Крутясь всем телом, Зульк заполз под стол. Он издавал ужасные фыркающие звуки. С огромным трудом ему удалось дышать тихо, когда они были здесь. На всякий случай, прежде чем встать, он достал бутылку. Маленькая, но такая важная бутылочка. Ему было не так уж и сложно уговорить руководство фармацевтического факультета произвести антидот к асколсине. Рецепт совсем простой. Сложность лишь в том, что антидот работал только в том случае, если его принимали до того, как яд поступал в организм. В последние сутки Зульк постоянно прикладывался к бутылочке. На всякий случай, для пущей уверенности, он отпил из нее и сейчас. Агент Херобан З. Моралес на случайности не полагался. Он, и только он один знал, как ловить бабочек. Эти двое надменных европейцев получили по заслугам.