Жестокая жара - Ричард Касл

Хит открыла глаза. Она находилась в туалете полицейского участка. И одновременно на том ледяном склоне.

— У меня для тебя кое-какая информация об отравленной еде, — начал детектив Феллер, когда она вернулась на рабочее место. — К мальчишке-курьеру, который доставляет еду из кафе — там охранники заказывают обеды заключенным, — около стойки для велосипедов подошел человек, сунул ему двадцатку и сказал, что отвезет этот заказ.

— Великолепно. Курьер дал какое-то описание? — спросила Никки.

— Да, и когда я его услышал, показал ему вот это фото, — Феллер продемонстрировал портрет Салины Кэй на своем мобильном. — Это была она.

— А у меня есть кое-что покруче, — объявил Таррелл, появляясь в дверях с распечаткой в руке. — Это кадр с видеозаписи, сделанной одной из камер в офисе судмедэкспертизы. Только посмотрите, кто выгружает баллоны с негодным газом. — Он поднял фото, чтобы все смогли рассмотреть Салину Кэй в форме водителя и бейсболке.

Рук поднялся из-за своего стола, подошел к ним и воскликнул:

— Ничего себе игривая медсестра!

— Ага, — усмехнулся Таррелл. — Очень жаль, что диск с этой записью провалялся у них без дела несколько дней. Если бы только мы увидели это позавчера, то успели бы добраться до нее прежде, чем она смылась.

— И она не отравила бы Петара, — добавил Феллер.

— Напомните мне одну вещь, — заговорил Рук. — Кто же это сказал, что лично займется газовыми баллонами? А потом поручил это дело своим «скрытым ресурсам»?

Никки выхватила у Таррелла фото, направилась к офису Айронса и, войдя, закрыла за собой дверь. Прошло меньше трех минут, и капитан, должно быть, все-таки передумал приглашать прессу. Он схватил свое пальто и поспешно покинул участок.

Хит была обессилена, но не хотела возвращаться домой, когда события начали разворачиваться так стремительно. Она решила провести ночь в участке. На рассвете пришел Рук и принес ей латте и смену одежды.

— Поспать удалось? — спросил он.

— Нет, — ответила она. — Пыталась вздремнуть в комнате для допросов, но ты же понимаешь. — Она отпила кофе. — Папа рано встает, и я недавно позвонила ему, сообщила новости, чтобы он услышал их от меня, а не по телевизору.

— И как он это воспринял?

— Как обычно, молчал. Но, по крайней мере, взял трубку, хотя и знал, что звоню я, а это уже кое-что.

Рук вспомнил неприятное расставание с ее отцом после того, как она попросила у него банковские документы.

— Либо ты сильнее, чем я представлял, либо ты любительница самобичевания.

— Знаешь, что получится, если отбросить всякую дрянь — личные переживания и тому подобное? Я действительно решила, что раскрыла это дело. — Она повела его к Доскам Убийств. На обеих не осталось свободного места, они были испещрены последними заметками, сделанными Никки перед рассветом. — Думала, что, когда найду убийцу, дело будет закончено. Но Петар оказался… в общем, оказался всего лишь утешительным призом.

— Знаешь, Никки, в этом-то и состоит вся трагедия. Я чувствовал, что между мной и твоим бывшим бойфрендом уже начинает формироваться некая связь. — Он с невинным видом посмотрел на нее. — Что, я поторопился?

— Немного, — ответила Хит, но улыбнулась, оценив его попытку развеселить ее, несмотря ни на что. — Пока это больная мозоль, но ты не сдавайся, хорошо?

— Договорились.

Она взглянула на одну из досок и уныло вздохнула.

— Этот человек… — Никки постучала по имени Тайлера Уинна, написанному крупными буквами. — Он отдавал приказы. Он настоящий убийца моей матери, Николь и Дона.

— А также Картера Деймона.

— Точно. Но зачем? — Она покачала головой. — Черт, а я действительно думала, что разгадка рядом.

Большинство сотрудников появились в участке ни свет ни заря. Очевидно, сейчас им было не до сна. Тараканы приехали позже остальных, но лишь потому, что по дороге заглянули в штаб-квартиру МТА и попросили разрешения просмотреть видео с камер, установленных на станции «96-я улица».

— Сейчас они делают для нас копии, — сообщил детектив Таррелл. — Однако мы уже успели увидеть Николь Бернарден: она спрыгнула с платформы и направилась в сторону Призрачной станции с кожаным мешком, затем вернулась без него — в ту ночь, когда ее убили.

— Есть идеи насчет того, что было в этом мешке? — спросил Раймер.

— Понятия не имею. Я даже не притрагивалась к нему.

К ним присоединился детектив Феллер.

— А кому Николь могла бы оставить его?

Хит покачала головой.

— Мы можем только гадать.

Но на самом деле у нее возникла одна мысль, которую она предпочла держать при себе.

Детективы Малькольм и Рейнольдс появились в отделе со свежими новостями от криминалистов. Кровь в фургоне Картера Деймона принадлежала к той же группе, что и кровь Николь Бернарден.

— Эксперты сейчас проверяют ДНК на соответствие, — сказал Рейнольдс. — Но я уверен, что там лежал ее труп.

Малькольм добавил:

— На рабочих ботинках Деймона найден ворс с ее ковра. И еще, несмотря на то что в этом фургоне больше отпечатков, чем на ляжках стриптизерши в баре у аэропорта, им удалось выделить три набора: Деймон, Салина и Петар.

Позади них раздались громкие голоса, хлопнула дверь. Обернувшись, они увидели в стеклянном кабинете капитана Айронса, который беззвучно орал на детектива Гинсбург; по щекам женщины текла тушь.

— Ссора в диораме, — прокомментировал Феллер.

— А что, ребята, вы не видели утренний выпуск «Ledger»? — спросил Рейнольдс. — На странице городских новостей много шума из-за того, что заключенный скончался в камере.

— Да об этом трубят во всех газетах, — сказал Каньеро.

— Ага, но источник Там Швайда утверждает, что один из детективов безответственно отнесся к записям с видеокамер, из-за чего не удалось вовремя идентифицировать Салину Кэй.

— И мы все знаем, кто этот безответственный коп, — хмыкнул Феллер.

Каньеро согласился:

— Если Уолли готов наступить на ребенка, чтобы успеть попасть в объектив, он вполне способен прикрыть свою задницу, столкнув Шерон Гинсбург под автобус.

— Или, в нашем случае, под грузовик с баллонами, — добавил Рук.

Хит откашлялась.

— Вы все знаете, что я просто обожаю сплетни, но, может быть, не будем отвлекаться и вернемся к работе?

Но, когда все разошлись по местам, Никки невольно взглянула в сторону кабинета капитана с тайной надеждой на то, что если Гинсбург не переведут в другой отдел, то хотя бы отправят в хороший длительный отпуск.

Рук пошел за ней.