Проклятие Моцарта - Нина Дитинич

— А может быть, то, что Виолетту Генриховну задушили струной от музыкального инструмента, говорит о том, что ее смерть имеет отношение к консерватории, в которой она проработала почти всю свою жизнь? — осторожно предположила Диана. — И то, что двери служебного выхода оказались открытыми, говорит о том, что кто-то покинул кинотеатр и это наверняка был убийца, так что к нашим сотрудникам это не относится…

— Допустим, — не глядя на нее, буркнул Суржиков. — Но ведь преступник как-то попал в кинотеатр, значит, его должны были видеть.

— Купил билет и прошел, как все зрители.

— Задушил старушку и спокойно ушел?

— Выхватил старый ридикюль у Виолетты Генриховны, в котором наверняка лежали ключи от ее квартиры, — подхватила Диана, — и сразу бросился туда рыться в ее вещах, наверняка что-то ценное искал.

— Скорее всего, да, — согласился Егор Суржиков. — А сумочку он мог выкинуть в ближайшую помойку…

— Тогда нужно опросить дворников в ближайших дворах, — хмыкнула Диана.

Суржикова это разозлило.

«Нахальная девица лезет не в свои дела», — раздраженно подумал он и сердито сказал:

— Мы решим этот вопрос сами.

Но Диана продолжала:

— Я одно не могу понять, как Виолетта Генриховна дала себя спокойно задушить, не крикнула, не позвала на помощь…

— Удавку из струны ей накинули сзади, скорее всего, к ней подошли незаметно со спины и мгновенно задушили, поэтому она даже пикнуть не успела.

— А может, она и кричала, но шум из фойе в зале не слышен, потому что оно отгорожено туалетами и буфетом, — добавила Диана.

— Может, и так, — согласился Суржиков.

— Мне кажется, убийство произошло сразу же после третьего звонка, как только началось выступление Вербицкого.

Следователь мрачно кивнул.

Они подошли к кинотеатру и вошли внутрь. В вестибюле около рояля было уже пусто, тело забрали и увезли в морг, а эксперты, завершив свою работу, уехали.

Суржиков поднялся к киномеханикам. В аппаратной остался только один сотрудник, Степан Максимович Золотников. Он поморщился, поглаживая седые усы, и недовольно спросил:

— Что, еще вопросы появились?

— Появились, — нахмурился Суржиков. — Оказывается, вы проживаете в одном доме с убитой.

— Да, в соседнем подъезде. — Золотников снял с бобины перемотанную кинопленку и стал укладывать в металлическую коробку.

— Что можете сказать о Вебер?

Золотников пожал плечами.

— Я с ней знаком не был, здоровался при встрече, не более.

И этот допрос ничего не дал, Суржиков в еще более мрачном настроении покинул аппаратную и внизу вновь столкнулся с Дианой.

— Ой, вы уже уходите, — с сожалением протянула она. — А я у вас хотела спросить…

— Спрашивайте, — вздохнул он.

— У Виолетты Генриховны нет родственников, значит, мы ее хоронить будем? Ведь она работала у нас в кинотеатре…

— Если никого нет, видимо, придется вам, — опять вздохнул Суржиков.

— Может быть, тогда вы дадите телефоны, которые записаны у Виолетты Генриховны в записной книжке, чтобы мы смогли пригласить ее знакомых на похороны?

Суржиков задумался и наконец ответил:

— Сейчас это невозможно, я должен сначала изучить записную книжку, тогда поговорим на эту тему.

Диана кротко улыбнулась.

— Спасибо.

Проводив следователя до дверей, она поспешила в свой кабинет и взялась за телефонный справочник.

Пролистав его, Диана набрала нужный номер и, услышав женский голос, любезно заворковала:

— Мне нужен директор консерватории, не подскажете имя, отчество и контакты?

На другом конце провода раздалось сопение, и недовольный голос отчеканил:

— Валентина Александровна Лурье. — Затем голос произнес номер телефона секретаря и строго добавил: — Звонить лучше после трех.

Диана взглянула на часы. Было без четверти пять. Она набрала телефон директрисы консерватории. Ей повезло, секретарша соединила с Лурье сразу, и Диана услышала настороженный низкий голос:

— Лурье слушает.

Представившись, Диана сообщила о смерти Вебер Виолетты Генриховны и тут же услышала возглас:

— Не может быть! Я только на прошлой неделе разговаривала с ней, она приходила на конкурс юных пианистов. Выглядела прекрасно, веселая была. Рассказала, что работает в кинотеатре, очень довольна, приглашала на творческую встречу с известным режиссером… Боже мой, как же его?..

— Иван Вербицкий, — услужливо подсказала Диана.

— Ну да, — согласилась Лурье. — С Иваном Вербицким. Так что произошло с Виолеттой Генриховной? От чего она умерла?

Диана замялась, не зная, что сказать, но решилась:

— Ее убили.

— Убили? — ахнула директриса. — Кто? Почему? Она же никому зла ни на йоту не сделала! Как это произошло?

— К сожалению, я сама толком ничего не знаю, — проговорила Диана. — Я, собственно говоря, хотела решить вопрос о похоронах.

— Да, да, — холодно и сухо произнесла Лурье. — Мы, конечно, разделим с вами расходы.

— Я могу к вам подъехать по этому поводу?

— Хорошо, подъезжайте завтра с утра, если меня не будет, зайдете к моему заместителю Игорю Алексеевичу Фарятьеву, записывайте адрес…