Дело об отложенном убийстве - Эрл Стенли Гарднер

Перри Мейсон слегка откинулся назад и сел таким образом,чтобы смотреть прямо в лицо молодой женщине, расположившейся в большом кожаномкресле для посетителей. Делла Стрит, доверенная секретарша Мейсона, вручила емулист бумаги, на котором на пишущей машинке было напечатано следующее:

«Фамилия, имя: Сильвия Фарр.

Возраст: двадцать шесть.

Адрес: Северная Меза, Калифорния, Честнат-стрит, шестьсотдевяносто четыре.

Временно проживает в доме с меблированными комнатами„Палмкрест“.

Телефон: Хиллвью шестьсот девяносто три девяносто.

Цель визита: о сестре.

Комментарии: когда она открыла сумочку, чтобы достатьпудреницу, я заметила пачку сложенных купюр и несколько залоговых квитанций –Д.С.».

Мейсон положил лист чистой стороной вверх на письменный столи обратился к посетительнице:

– Вы хотели проконсультироваться у меня насчет вашей сестры,мисс Фарр?

– Да.

– Сигарету? – предложил Мейсон, открывая портсигар.

– Спасибо, но я курю только один сорт.

Она достала нераспечатанную пачку из сумочки, надорвалакрай, вынула сигарету и склонилась к протянутой им спичке.

– Итак, что же случилось с вашей сестрой? – спросил Мейсон.

– Она исчезла.

– А раньше с ней такое случалось?

– Нет.

– Как ее зовут?

– Мэй.

– Она замужем?

– Нет.

– Каким образом она исчезла?

Сильвия Фарр нервно засмеялась и сказала:

– Мне тяжело говорить, когда вы засыпаете меня вопросами. Ямогу сама обо всем рассказать?

– Конечно.

– Мы живем в Северной Мезе и…

– А где находится Северная Меза? – прервал Мейсон. – Ячто-то не могу вспомнить.

– И не вспомните, – улыбнулась посетительница. – Это всеверной части штата, вдали от главных магистралей. Сельскохозяйственный район.Уже много лет там не ведется никакого строительства. Новое здание почты –последнее достижение, но оно, в общем-то, не играет роли.

– С Северной Мезой я все понял. Теперь давайте вернемся кМэй.

– Мэй уехала из Северной Мезы чуть больше года назад. Несовсем традиционный рассказ о девушке из провинции. Она у нас дома считаласьрабочей лошадкой, а я… Ну, понимаете, я симпатичнее, правда, в Северной Мезеэто не играет роли, – грустно сообщила девушка. – Вы, конечно, знаететрадиционную схему. Мне следовало почувствовать нехватку воздуха в маленькомгородке и убежать оттуда, попробовать получить роль в кино, оказатьсяофицианткой в дешевом ресторанчике и в конце концов выйти замуж за принца – илипотратить все деньги и вернуться домой с утраченными иллюзиями, озлобленной ициничной, узнать, что моя невзрачная сестра вышла замуж за местного гробовщика,родила троих детей и известна всей округе благодаря прекрасному характеру изамечательным яблочным пирогам.

В глазах Мейсона сверкнул огонек.

– Но Мэй повела себя не так, как следовало ожидать? –спросил он.

– Она поняла, что сыта по горло Северной Мезой, и решилапосмотреть мир.

– А где она сейчас?

Смех потух в глазах Сильвии Фарр.

– Не знаю, – ответила девушка.

– Где она находилась, когда вы последний раз получали от нееизвестия?

– Здесь.

– Она работала?

– У нее было несколько мест работы, – осторожно ответилаСильвия Фарр. – Мне кажется, она пыталась наверстать то, что недополучила вСеверной Мезе. Она завела новых друзей и наслаждалась их обществом. Сталапрожигательницей жизни.

– Старше или младше вас?

– Старше на полтора года. Поймите меня правильно, мистерМейсон. Она знала, что делает… Я хочу сказать, что изменилось ее мироощущение.В Северной Мезе она оставалась пассивной, редко смеялась. Она считала, чтожизнь, как песок, проскальзывает у нее сквозь пальцы, а дни следуютоднообразной чередой. После того как она переехала в большой город, ее взглядысделали крутой поворот. Ее письма стали оживленными и остроумными. По ним сразуже было понятно… В общем, я даже не осмеливалась показать их маме. Я помню, чтоМэй один раз написала, что в большом городе девушке надо научиться играть согнем, а для того, чтобы не обжечь пальцы, нужно контролировать не пламя, асами пальцы.

– Когда вы получали от нее известия в последний раз?

– Чуть больше двух месяцев назад.

– Чем она тогда занималась?

– Работала секретарем у производителя канцелярских принадлежностей,но адреса фирмы у меня нет. Она снимала комнату в многоквартирном доме наПикслей-Корт и, похоже, наслаждалась жизнью.

– Последнее письмо у вас с собой?

– Нет. Я разорвала все ее письма, вернее, почти все. Она посекрету сообщила мне о том, чем занимается. Иногда она специально писала такиеписьма, чтобы я могла дать их прочитать маме, но это, в общем-то, были простокороткие записки.

– А она приезжала хоть раз в Северную Мезу после того, какуехала? – поинтересовался Мейсон.

– Да, месяцев шесть назад. Я была просто ошеломлена. Я ниразу в жизни не видела, чтобы кто-то так изменился. Вы даже не представляете,что она с собой сделала! Она никогда не отличалась хорошим цветом лица, у неебыли сухие, жесткие волосы, ее ни в коей мере нельзя было назвать красивой. Нотут… Модная одежда, блеск в глазах, ухоженные волосы и руки, прекрасная кожа.Она постоянно острила. Мы, девушки Северной Мезы, почувствовали себя полностьюотставшими от жизни. Понимаете, мистер Мейсон, я не отношусь к тем, кто легковпадает в уныние. Я принимаю жизнь такой, как она есть, но мне никогда не былотак тошно, как после отъезда Мэй, когда наша жизнь в маленьком городкевозвратилась в обычную колею. Пока она оставалась с нами, все вроде бы казалосьнормальным. Рядом с ней девушки чувствовали себя городскими и непринужденными,но после отъезда Мэй весь пар вышел из котла, и мы просто не могли продолжать…

– Я думаю, что понимаю вас, – сказал Мейсон. – Мне кажется,мисс Фарр, что мы уже оговорили предварительные моменты.

– Примерно месяц назад я отправила сестре письмо, – быстропродолжала Сильвия Фарр, – но ответа не получила. Где-то недели две назад япослала еще одно. Оно вернулось с пометкой, что адресат выбыл, не оставивнового адреса для пересылки корреспонденции.