Капкан для Бешеной - Александр Бушков

– Кармическое расположение планет вам благоприятствует…простите, не вполне перестроился. Хотя это выражение как нельзя лучше отражаетситуации. Вы оказались совершенно правы. Именно известный вам деятель ездил навстречу с известным вам субъектом. Желаете полюбопытствовать?

– Конечно, – сказала Даша.

Астролог подал ей толстый черный конверт, украшенныйзолотыми загадочными символами, и, благостно глядя поверх ее плеча добрымиглазами звездочета из детского мультфильма, сообщил:

– Можете спокойно полюбопытствовать, у вас за спинойникого нет…

Она принялась перебирать цветные фотографии – быстро, но несуетливо, тренированным взглядом схватывая главное. Отличная была работа –полное впечатление, обоих беседующих снимали с разных ракурсов практически вупор. Хотя, дураку ясно, они не позволили бы к себе приблизиться и на километр,аппаратура, должно быть, задействована фантастическая, о которой нищие операмогут только мечтать…

– А запись? – спросила она, тщательно собравфотографии в конверт. – Удалось сделать?

– Обижаете, Дарья Андреевна…

Благообразный старичок положил перед ней самый обычныйплеер, любезно воткнул штекер в крохотное гнездышко, расправил тонкое полудужьенаушников. Она откинула волосы назад, прижала к ушам маленькие черныеподушечки.

Не прошло и минуты, как она поняла, что в который уж разоказалась права. Угадала все точно – вернее, вычислила. Угадать – это,скорее, от случая, слепой фортуны, здесь все наоборот, скорее уж математика…

Еще через пару минут решительно сняла наушники, вернуластаричку плеер. Он с видом полнейшей невозмутимости прибрал все в небольшой«дипломат», поднял глаза:

– Вы уверены, что этого достаточно?

– Абсолютно, – кивнула она. – Последнийштрих, тут нет нужды разводить долгие церемонии…

– И что теперь? – глаза у него были умные иколючие.

– А ничего, – сказала она. – Есть полнаякартина. Мелкие детали уже не играют…

– Мне так и сообщить?

– Конечно, – сказала Даша.

– Но ведь понадобится что-то предпринять?

– Конечно, – повторила она. – Вы предприметеочень немудрящую штуку. Мне нужно нечто совсем несложное…

Выслушав, он склонил голову, словно вышколенный дворецкий,но изумления все же скрыть не смог:

– Простите, и это – все?

– Не совсем. Мне нужен микромагнитофон. К сегодняшнемувечеру. Часам, скажем, к восьми. Только по-настоящему миниатюрный, габаритовтаблетки аспирина.

– Никаких проблем. Куда доставить?

– Положите в конверт и бросьте ко мне в почтовый ящик.

– Будет сделано. Еще?

– Все, – сказала она устало.

– Позвольте, вы хотите сказать, что к десятому числусможете уладить…

– Вы вот что еще передайте, – сказала она. –Это все липа – насчет пресловутого десятого числа. Голимая липа. И никак иначе.Я за свои слова отвечаю – вот и все, что господину Гордееву следует знать. Лишьбы вы выполнили все в точности… Народу не нужны нездоровые сенсации, народунужны здоровые сенсации. Именно такую я и гарантирую. Знаете, что такоездоровая сенсация? То, что разыгрывается в узком кругу, не будоража постороннююпублику… Всего наилучшего.

Встала, подхватила тощенькую папку, с которой пришла.Широкоплечий страж ловко посторонился, глядя словно бы сквозь нее. Из-заприлавка в букинистическом отделе беспокойно поглядывал Санчо Панса.

– Ну вот, а ты боялся, – сказала Даша, взяв егопод руку и направляясь к выходу. – Какие тут, к черту, патроны?

– Куда теперь?

– Домой. Ко мне, естественно.

– Ты не думаешь, что там могут…

– Не думаю, – сказала Даша. – Не могут. Тычто, еще не убедился, что я все просчитываю наперед? Вот и помалкивай.

– Значит, все дела переделала?

– Ага. Все на сегодня.

Он помялся и, глядя в сторону, предложил:

– Может, пройдемся немного? Погода отличная. Машинаникуда не денется…

Мальчик еще не вышел из того возраста, когда душа требуетромантики, поняла Даша. Хочется погулять, держась за ручки, косясь на прохожихякобы невзначай: «Видали? Моя, собственная!» может и в подъезде поцеловать. Инет сил над ним смеяться – скорее уж завидовать надо. Стерва ты, Дашка, вотчто, взрослая, опытная стерва…

– Ладно, – сказала она. – Дисциплинированномусолдату всегда полагается поощрение. Можешь нежно обнять за талию, и пойдемпогуляем…

…«Волгу» она поставила на платную стоянку неподалеку отсвоего дома. Папку взяла с собой, держа двумя пальцами, небрежно помахивая.

– Патроны отдай, – сказал Федя, когда они вышли состоянки и двинулись к дому.

– Да зачем они тебе? Дома-то?

Он огляделся в подступавших сумерках:

– До дома еще идти…

– Да ладно тебе, – сказала она увещевающе. –Идти-то триста метров. А пушка у меня у самой есть. И стреляю я, пардон,получше. И вообще, если во-он на том чердаке сидит снайпер, какой от твоейпушки будет толк?

Он встрепенулся, зашагал быстрее, таща за собой Дашу.

– Фу ты, шуток не понимаешь? – фыркнула она.

– Слушай, ну нельзя же так наплевательски относиться…Ты что, про Воловикова забыла? И про Славку…

Даша мгновенно помрачнела:

– Вот про них-то я помню…

Ситуация, конечно, дурацкая – откровенничать с ним нельзя, идело не в недоверии, просто это ее игра, маленькая персональная вендетта, и нестоит выплескивать на парня лавину дерьма, успеет еще нахлебаться его вдосыт,тут следует приучать юнцов постепенно, малыми дозами, брать пример с анатомички…

– Не хвост?

– Глупости, – сказала Даша. – Человек бежит спузырем до хаты, догоняться…

Гипотетический хвост обогнал их, зажав в кулаке горлышколитровой бутылки водки, скрылся в сумерках.

– Ну вот, а ты боялся, – хмыкнула Даша.

И отметила мимоходом, что ни один душевно относящийся кспиртному человек не станет нести бутылку так безразлично, словно бы даже сотвращением, как будто он сам по себе, а сосуд сам по себе. Можно рассмотреть,что он остановился, извел целых три спички, чтобы раскурить сигарету – а ведьни ветерочка, и движения совершенно трезвые.