Хочешь выжить - убей! - Борис Бабкин

— Все именно так, как вам сообщили.

— Что с Себостьяновым? — недовольно спросила она.

— Все будет как надо.

— Надеюсь, — сухо сказала Роза и отключила телефон. В это время проиграла мелодия дверного звонка. Она услышала, как находившийся в квартире телохранитель, подойдя к двери, спросил:

— Кто и зачем? — Через некоторое время в кабинет заглянул мускулистый молодой мужчина в безрукавке. — К Якову Юрьевичу.

— Пусти, — думая о своем, кивнула она.

— Ну что? — спросил Викинг.

— Потерял я такси, — с досадой сказал Колобок. — Водитель на желтый проскочил, а я не успел.

— Куда же он поехал? — задумался Викинг.

— Может, к какому-нибудь приятелю завалил? — предположил Олег. — Он выскочил, как пробка из бутылки. Я заглянул в комнату, Элеонора на меня зарычала. Я побежал за ним. Видел, как Игорек на своем самоваре за ним рванул.

— Сам три дня не умывался, — обиделся Колобок.

— Кто оскорбил лошадь, — усмехнулся Викинг, — тот оскорбил всадника. Но дуэль откладывается на неопределенное время, — серьезно сказал он. — Семен ушел злой. В этом состоянии люди могут совершить подвиг или преступление, поэтому его нужно найти.

— Где? — буркнул Олег. — Я не знаю никого, к кому бы он мог пойти.

— Я тоже, — кивнул Колобок. — Семен все время как-то один держался.

Даже когда с Элеонорой разошелся, пил и то один.

— Где же он? — нахмурился Викинг. — Вот что. Ты, — он посмотрел на Колобка, — кати в гараж. Может, он решил с Гобиным переговорить. Тогда из этого разговора ничего хорошего не выйдет.

— Нет, — возразил Олег, — Семен к Якову не пойдет. Робок он для такого разговора. Да и о чем он может с этой сволочью базарить?

— Ну, поговорить они найдут о чем, — сказал Колобок. — Гобин ведь наезжал на Семена.

— Значит, вы к гаражу, — решил Викинг. — Я переговорю с Элеонорой.

Может, она знает, — вспомнив ее короткий звонок, добавил он.

— Поехали, маэстро, — шагнув к «Москвичу», позвал Игоря Олег.

— Папа! — услышали они голос Аленки. Повернувшись, увидели идущего к подъезду Семена. Подхватив дочь на руки, он остановился.

— Где ты был? — подошел к нему Олег.

— За куревом ходил. — Достав из кармана шоколадку, Семен отдал ее дочери.

Себостьянов открыл глаза и увидел стоявшую перед кроватью молодую женщину в белом халате.

— Здравствуйте, — поздоровалась женщина.

— Добрый день. Чем порадуете, доктор? — улыбнувшись, спросил он.

— Я принесла вам записку. — Она достала из кармана листок бумаги. Взяв его, Василий прочитал: «Я в девятнадцатой. Можешь — приди. Ты был прав. Но ее они не застали. Леха». Василий взволнованно спросил:

— Что с ним?

— Огнестрельное ранение. Пуля вошла в левый бок, между четвертым и...

— Он будет жить? — перебил ее Себостьянов.

— Обязательно, — улыбаясь, кивнула она. — А вот насчет вас, — женщина засмеялась, — не уверена. У Гриднева в палате жена, и настроена она против вас весьма решительно. Так что опасайтесь.

— Тамара, — Василий улыбнулся, — она может. Но охранять раненого от посягательства чужих жен, по-моему, ваша святая обязанность.

— Наша обязанность, — окончательно развеселилась женщина, — вылечить вас. И нам в случае с вами это удается.

— Нормально получается, — сказал Себостьянов, — пулю вытащили, а умирать мне придется от завернутого в полотенце утюга.

— Все нормально. — Алексей погладил по волосам уткнувшуюся в ладони плачущую жену. — Просто я не среагировал на...

— Ты перестанешь говорить со мной воинскими терминами? — рассердилась она. Подняв мокрое лицо, вздохнула:

— Я когда узнала, что ты ранен, думала, не выживу, так плохо стало. А твоего дружка, — угрожающе добавила она, — когда он выйдет, я встречу!.. — многозначительно пообещала Тамара.

— Томка, — улыбнулся Гриднев, — тебя за Ваську в тюрьму посадят. Я тебе что, передачи должен носить? Меня из органов вышибут. Жена-террористка.

— Ты? — увидев вошедшую в кабинет Светлану, удивленно проговорил молодой плотный мужчина в белом халате.

— Слава Богу, узнал, — насмешливо улыбнулась она. — Что случилось?

— Ничего существенного. — Он пожал плечами.

— Не лги мне, Григорий. Я видела Раису, и она мне все рассказала. Как ты мог допустить такое?

— А тебе Райка не сказала, — закричал он, — из-за чего все началось?

Почему она положила к нам в клинику изнасилованную бабенку? Не сказала, — увидев удивленное лицо Светланы, усмехнулся он. — И конечно, не оповестила, что двое наших парней задержаны. Ни много ни мало, а за попытку убийства милиционера. Вернее, омоновца. Перед этим троих взяли в перестрелке. Там есть убитый милиционер и раненый следователь.

— Подожди, — остановила его Светлана, — давай все по порядку.

«Семерка», сбавляя ход, остановилась почти на краю небольшого оврага.

— Господи, — крестясь, шептала мать Резковой, — спаси и помилуй! Отче наш, иже еси на небеси...

Сидевшая рядом с ней побледневшая Лена облегченно вздохнула. Валя, уткнувшись головой в колени потерявшего сознание Георгия, левой рукой держала тормозную педаль. Рукоятка ручного тормоза тоже была поднята. Осторожно отпуская педаль, Валентина приподняла голову.

— Не катимся? — сипло спросила она.

— Нет, — ответила Лена.

Георгий, удерживаемый пристегнутыми ремнями безопасности, откинувшись на спинку сиденья, был неподвижен. Валя вышла из машины и выпустила мать.

— Господи! — продолжала причитать старая женщина. — Как же это...

— Все нормально, мама, — успокоила ее дочь. — Сейчас очнется — дальше поедем.

— Нет, — отступив от машины, энергично замотала головой мать. — Я лучше пешком пойду. Тут уж рядом. Я, бывало, в молодости выйду...

— Мама, — виновато проговорила Валя, — извини. Вон машина едет. — Она махнула приближающемуся «рафику». — Я остановлю. Может, довезет тебя.

— Как же я тебя одну оставлю? — замахала руками мать. — И не думай!

«Рафик» остановился.

— Что случилось? — высунулся в окно пожилой водитель.

— Вы не возьмете нас на буксир? — неожиданно для своих спутников спросила Валентина.

— Валька, — всплеснула руками мать, — да ты что... — Что случилось-то?

— Водитель вышел из машины. — Бензин, что ли, кончился?

— Водитель заболел, — глухо проговорил Георгий.

— Вон оно что, — кивнул шофер «рафика». — Так это дело поправимое. Вам куда ехать-то? Если недалече, то мой сын довезет. У него такая же, — кивнул он на «семерку».