Под личиной - Виталий Гладкий

– Умный ход…

– Примитив, – отрезал Кончак. – Все не так просто, как кому-то кажется из-за рубежа. Но все равно колесо закрутилось. А чтобы не тратить большие деньги из своей кассы на предвыборные расходы, Синдикат и те, кто за ним стоит, решили через подставных лиц прибрать за бесценок к рукам как можно больше солидных (и не очень) фирм, действующих в вашем регионе. И создать несколько новых. Ты знаешь, какими методами они действовали… Вот такая петрушка.

– Понятно, – сказал я задумчиво. – Решили на чужом горбу в рай въехать. А деньги потом можно вернуть, благо губернатор будет своим в доску. Получается, что и волки сыты, и овцы целы.

– Точно. В городе и области все будет схвачено, "ящик" начнет работать налево, и кто сунется разбираться во всем этом бардаке? Никто. Президент не ясновидящий, всех амбразур своей грудью не закроет. А губернатора не так просто сместить, даже если он изменник родины и вор.

Кончак умолк, и я поспешил наполнить рюмки. Он выпил и спросил:

– Так все-таки, Анубиса ты шлепнул?

– А кто же еще мог это спроворить? – Я ухмыльнулся. – Что-то у вас народ пошел жидковатый…

Я не мог, не имел права светить Ерша. С него и так достаточно приключений. Пусть оттает душой в семье. У него отличный сын и верная жена, что в наше время большая редкость.

– Это Анубис убил наших людей? – сумрачно поинтересовался Кончак.

– Да… – И я рассказал ему, как погибли его сотрудники.

– Молодые, неопытные… черт! – Он с силой стукнул кулаком по столу. – Слушай, Максим, а не пора ли тебе вернуться в лоно службы? Хватит изображать из себя крутого бизнесмена. Получишь еще одну большую звезду на погоны, сделаю тебя своим замом…

– Виктор Егорович, что я вам плохого сделал!? Дайте мне пожить, как человеку, хотя бы в старости.

– А кто будет молодежь учить, как родину защищать? Почтальон Печкин? У тебя огромный опыт и голова на месте. Что скажешь?

– Нет!

– Ты подумай, подумай, не спеши с ответом. Я подожду…

Мы просидели почти до обеда, вспоминая былое. Виктор Егорович слегка поплыл и размяк, что мне было на руку – он уже не заводил разговор о моем возвращении в "контору".

Проводив его, я сел в свое кресло и крепко задумался. А потому не услышал, как возвратилась из своей "ссылки" Марья.

– Вам чай или кофе, Максим Семенович?

Ее голос пролился на мою душу как елей. Я ласково улыбнулся Марье и ответил:

– Мне все равно. – И добавил словами из песни: – Лишь бы день начинался и кончался тобой…

Она посмотрела на меня загадочным взглядом средневековой Мадонны – и мы весело расхохотались.