Маханакхон - Александр В. Великанов

Даже когда Савил звонил сегодня утром, требовал отчета, предлагал любую помощь, Грищ, уже набравшийся силы и уверенности, осадил его:

– Вы дали мне задание, – сказал он тайцу, – я его выполню. Не мешайте. Завтра к утру все будет сделано, в лучшем виде.

И даже могучий Лангдуан уступил, не стал требовать объяснений. Только сказал:

– Вы понимаете, что стоит на кону, кхун Гэ-лис? – Так смешно он выговаривал имя Грища. – Ваша и моя жизни.

– Конечно знаю, – ответил Грищ и положил трубку, сам поражаясь своей дерзости.

К тому же как мог Грищ, сидя на Филиппинах, чем-то помочь Дженни? Вся последняя фаза проходила в офлайне, где он был бессилен.

А главное, как представишь целую ночь, полную жгучей тревоги, и ощущение бессилия перед событиями, происходящими где-то там, вне твоей власти… Не, лучше попытаться уснуть.

– Есть что-нибудь выпить на ночь? – спросил он у Хайди, уже лежавшей в постели. У них так и не дошло до «этого», но спали они вместе, иногда даже обнявшись.

– Еще бы, – улыбнулась девушка. – Загляни в мой рюкзак. – Сюрприз!

Грищ достал бутылку янтарного напитка с надписью Hidalgo [«Идальго». – исп.].

– Местный ром, – сказала Хайди. – Все хвалят.

Грищ, чтобы избавиться от тревоги, накатил почти полный стакан. Хайди отказалась:

– И так уже сплю почти…

– Завтра все будет готово! – сказал ей Грищ, ложась рядом.

Какое-то время тревога еще не давала уснуть, но постепенно он начал проваливаться в забытье. На границе между сном и явью плыли смутные образы, слышались непонятные звуки, какое-то шелестение, похожее на стук пальцев по клавиатуре. Хороший, уютный звук… Наконец Грищ уснул.

Спал очень мирно и крепко, впервые за много месяцев. Обычно по ночам Грищу было тревожно, иногда просыпался от кошмаров, с криком… А сейчас храпелось так хорошо, так не хотелось вставать утром, хотя на часах уже было десять, звенел будильник. Хайди тоже еще дремала, а обычно вставала раньше него.

Перекусив, Грищ сел за ноутбук, стал проверять чат. На душе было сладкое предвкушение – акция уже должна быть готова.

Новых сообщений от Дженни не было.

Последний раз она писала вчера вечером, что выдвигается с Рачавади в Бангкок. Ехать будут ночью, не спеша, с остановками и частой сменой маршрута, чтобы не привлекать внимания на случай слежки. Она сама так предложила, ведь полиция знает, что 21 мая – последний день, и будет на ушах.

После этого каждые два часа присылала «пинг» – просто знак «+» в чат, как было условлено. Это уже Грищ придумал, чтобы все время быть в курсе происходящего. Система была такая: если все идет по плану, агент раз в два часа присылает плюсик. Если сложности, описывает проблему. Если ничего не присылает – провал. Грищ помнил шок, который испытал, когда пинги перестали приходить от Игоря. И вот теперь…

Последний плюсик от Дженни был в пять утра. Дальше – ничего.

Грищ принялся открывать сайты с новостями: везде сюжеты о благополучном открытии статуи Пхрома… Ни малейшего намека на скандал…

Стал связываться с осведомителем в спецотделе полиции. Его контакт предоставил Савил – похоже, кто-то из старых друзей бывшего министра.

«Какой статус по делу Интханона?» – написал Грищ.

«Заложники освобождены, боевики арестованы, – ответил тот. – Я прекращаю сотрудничество, это слишком опасно».

И больше на сообщения не отвечал.

Такого ужаса Грищ не испытывал никогда. Из последних сил написал Танаке:

«План Савила провален. Теперь полиция и спецслужбы бросятся искать меня. Нужна помощь, нужно срочное политическое убежище!»

Танака не ответил.

Следующие несколько часов Грищ лежал в постели, закрыв лицо руками и подвывая. Хайди пыталась что-то сделать, расшевелить его, привести в чувство, но бесполезно. Он не отвечал, не реагировал, поглощенный ужасом ситуации.

Погибло все: деньги, труд, но главное – надежда. Вера в то, что он может противостоять ледяному колоссу. Колосс победил.

Хайди наконец оставила попытки его расшевелить, накинула на сутулые плечи куртку и вышла. Снаружи начинался тропический ливень.

В последний момент из-под края одеяла он увидел ее лицо – в нем была такая громадная грусть, такая жалость к нему…

Потом Грищ уснул от изнеможения, а проснулся уже в другой реальности.

– Вставайте, Грищенко, – сказал по-русски мужской голос, с резким кавказским акцентом.

И вот уже сильные руки вытащили его из постели. В комнате ярко горел свет, на Грища смотрели три мужика со злыми русскими лицами, точнее русских было двое, а третий – какой-то кавказец.

Черное, беспросветное отчаяние охватило душу, оно поглотило даже страх. Грищ вспомнил, как тогда, при первой встрече с Савилом, представил себе тюрьму, – и вот, тюрьма пришла.

«Интересно, – подумал он равнодушно, уже не чувствуя страха, – совки утащат меня в Магадан? Или сдадут тайцам? Впрочем, всё один хрен…»

Но тут он взглянул на свой ноутбук – крышка была закрыта!

«Да, сволочи, – мелькнуло в голове, – я вам не дебил Икс, я всегда закрываю крышку, даже отходя на минутку!»

– У вас ничего нет на меня! – закричал он. – Уберите лапы! Требую встречи с представителем филиппинского правительства!

Кавказец взял компьютер в руки, откинул крышку. Грищ увидел свой рабочий стол – компьютер был разблокирован, словно его и не закрывали.

Мужик снял что-то с ноутбука в том месте, где крышка примыкала к корпусу, – тонкую черную скобу. Показал Грищу.

– Блокиратор блокировки, – буркнул мужик с усмешкой.

– К-ка-а-ак?! – заорал Грищ, стал биться в руках шпиков.

И тут он понял.

Только один человек был с ним в этой комнате, куда Грищ даже уборщицу не пускал. Только один человек часто бодрствовал, пока он спит. Как странно крепко он спал этой ночью – пока она была наедине с его компьютером. На котором, возможно, уже не первый день стоит антиблокиратор…

Нет, нет, почему?! Не-е-е-ет!

Грищу сковали руки, запихнули в кузов фургона. Внутри было темно, по крыше барабанил дождь. Машина тронулась, стала трястись на филиппинских ухабах.

Грищ сидел как неживой. Даже отчаяние ушло – осталась просто пустота. Кроме нее, в темном гудящем кузове фургона, до которого сузилось мироздание, не было ничего.

Хотя… Нет, кое-что еще на свете оставалось. Скованными руками Грищ вынул из-за пазухи амулет, висевший на тонкой, но очень крепкой цепочке, на каких дураки носят изображения богов или медальоны с любимой лживой женщиной.

Амулет выглядел как маленький цилиндр: по виду золотой, а на самом деле из прочного пластика. На первый взгляд, просто побрякушка. Но внутри – чистый, качественный цианид.