По закону войны - Александр Тамоников

Подполковник не согласился:

– Для чего Садыку применять подставу?

Рудаков задал контрвопрос, не лишенный логики:

– А для чего ему внезапно понадобился срочно вызванный отряд прикрытия, участие которого в акции наркоторговцев изначально не планировалось?

– Черт его знает, Боря!

– Вот и то-то! Сейчас какой смысл гадать? Придет время, все узнаем! Надо ребят из оцепления предупредить о возможном скором прибытии гостей.

Подполковник спросил:

– Сейчас кто на постах? Твои «барсы» или резерв Глеба?

– Мои стоят, – ответил Рудаков.

– Вот и предупреждай их, хотя гости скорее всего начнут прибывать в лучшем случае завтра!

– А вот это зависит от того, находятся ли боевики с Велли в ауле Гемли или еще где. Так что, могут появиться и сегодня под вечер!

– Ладно, работай!

Рудаков вызвал свою группу:

– Ландыши-2,3,4, я – Ландыш-1! Подтвердите слышимость!

– Я Ландыш-2, слышимость отличная!

– Я Ландыш-3, слышу тебя, Ландыш-1!

– Я Ландыш-4, связь устойчивая, чистая!

Майор продолжил:

– Внимание всем!

И кратко, но содержательно довел до подчиненных суть меняющейся тактической обстановки, закончив стандартным вопросом:

– Как поняли меня, Ландыши?

Командиры боевых двоек ответили, что все прекрасно уяснили, и при смене передадут резерву сообщение о скором прибытии «гостей».

Рудаков предупредил:

– Особое внимание смене 1-го числа! Не пропустить прибытие одиночного субъекта в халупу на окраине Шаруса. Учитывая, что тот будет стараться проникнуть туда скрытно. Пока все. Всем отбой связи!

Майор отключил специальную рацию, положил ее рядом с собой. Взглянул на Железнова. Подполковник молча кивнул головой, достав свою пачку сигарет «Тройка». Рудаков вытащил «Яву»:

– Давай, Вань, мои добьем!

Офицеры закурили.

Наступал еще один день вынужденного безделья и ожидания.

Здесь-то, возле селения, в тени кустарника, ждать было еще терпимо, а вот каково ребятам в ущелье? Им не позавидуешь! Но ничего. Они «профи», адаптируются быстро. И все же насколько прав был тот, кто впервые высказал мысль, ставшую аксиомой: нет ничего хуже, чем ждать и догонять!

И если со вторым утверждением еще можно было поспорить, то первое было очевидным и абсолютно бесспорным! Особенно в условиях ожидания неминуемого и непредсказуемого боевого столкновения с подготовленным и превосходящим тебя по численности противником.

1 мая пришло сообщение от полковника Чекалина.

В нем доводилось до сведения командования отряда спецназа «Кавказ», что от вьючного каравана границу перешла разведка в составе десяти боевиков. Направление на Большое ущелье. Как и было договорено, скрытые посты пограничников и десантников противника пропустили.

Для Железнова данная информация новостью не стала. Так и должно было быть. Противник не мог двинуть караван без разведки.

Подполковник связался с майорами Гогидзе и Петрушиным:

– Акация! Вереск! На связи Терек!

– Акация слушает Терек!

– Вереск на связи!

Железнов продолжил:

– К вам, ребята, с юга от границы двинулась разведка каравана в составе десяти боевиков. Принять все меры маскировки и предосторожности! Подобное скорое соседство в течение нескольких суток, понимаю, вам не в кайф, но ничего не поделаешь. Трогать бандитов нельзя. Как нельзя и дать им обнаружить себя.

– Терек, информацию приняли.

Рудаков посоветовал:

– Ты, командир, прикажи им сняться с позиций и выдвинуться навстречу разведке и временно укрыться где-нибудь километрах в двух южнее. Как авангард наркокаравана пройдет – через сутки вернуться обратно. Пусть «духи» спокойно прочешут место предстоящей встречи, успокоятся!

Железнов согласился с предложением командира «Барса» и передал в ущелье соответствующее распоряжение. Вызвал на связь сводную группу Капитанова:

– Тыл! Я Терек! Как слышишь меня?

– Терек, я Тыл, слышу нормально!

Подполковник сбросил информацию о разведке противника и группе тылового прикрытия с приказом беспрепятственно пропустить разведку, а в дальнейшем и сам караван. После прохода арьергарда наркоторговцев организовать преследование противника, не сближаясь с ним до расстояния визуального контроля!

На следующий день оцепление аула сообщило, что в крайний, ближний к ущелью дом в десять утра прибыл одинокий субъект. Далее в течение дня поступили данные о прибытии на территорию винного завода Бая еще шестерых «гостей»!

Железнов прокомментировал ситуацию:

– Собираются шакалы в стаю. Ничего, прием им готов знатный, лишь бы не произошел сбой в ущелье!

Рудаков удивился:

– Ты, командир, говоришь так, будто не знаешь своих ребят. Да они растворятся среди камней, исчезнут, как фантомы, чтобы в нужный момент воскреснуть вновь. Не первую же подобную операцию проводим? Были случаи, когда обстановка складывалась намного сложнее, прорывались, прорвемся и здесь, какие дела?

Железнов закурил, поучительно проговорив:

– В жизни, Боря, всякое бывает!

В 10.15 Велли, командир одного из трех подчиненных Садыку отрядов боевиков, прибыв в Шарус на рейсовом автобусе из Астан-Кале, задами прошел во двор старого дома старика-инвалида, где его встретил Ваха:

– Салам, Велли!

– Салам, Ваха! Где Хозяин?

– В доме, ждет тебя!

– Хоп, – проговорил полевой командир, пройдя через низкую дверь в комнату, где на топчане возлежал его босс.

Велли по субординации и традиции приветствовал начальника первым:

– Ассолом аллейкюм, уважаемый Садык!

– Ва аллейкюм, Велли, проходи, устраивайся на топчане.

Полевой командир повиновался, а узбек вызвал помощника:

– Ваха, позаботься об обеде, часов на двенадцать, а сейчас приготовь нам чай, хороший, с ханкой!

Чеченец, получив приказ, молча удалился.

Садык обратился к гостю, и его слова стали для того полной неожиданностью:

– Велли! Я решил освободить тебя от командования отрядом!

Удивлению чеченца не было предела:

– Но… за что, Хозяин?

Узбек улыбнулся.

– За что, спрашиваешь? Отвечу на твой вопрос! За то, что ты службой своей верной заслужил более высокую должность и, соответственно, более высокое вознаграждение за труды твои!