Главное доказательство - Павел Орлов

– Скоро уже приступаю.

А еще позже – на следующий день после ареста Бердника – я стою на Арсенальной набережной, возле проходной «Крестов». Людмила могла бы встретить Сергея и без меня, но она уж очень просила меня прийти.

– Пашенька, ведь если бы не ты.

– Работа у меня такая, – отделываюсь я дежурной фразой, стараясь придать голосу будничные интонации. Но довольная улыбка все же вылезает. – Кстати, скажи-ка мне одну вещь. Почему ты, когда мы первый раз встретились, мне про ключи ничего не сказала?

– Какие ключи?

– От квартиры Глебова, которые в машине Сергея нашли.

– Честно?

– Честно.

– Знаешь, забыла про них. Хм. Без комментариев.

Выйдя из дверей, Сергей на миг замер в нерешительности. Его будто оглушило непривычное ощущение простора и воздуха. Затем увидел нас.

Нет, они не бросились друг другу навстречу и не замерли, обнявшись и не обращая внимания на спешивших по своим делам редких прохожих. Они просто стояли и молча смотрели друг на друга. Но, если меня когда-либо кто-либо спросит, знаю ли я, что такое счастье, я вспомню Людкины глаза и молча кивну.

А сейчас… Сейчас я почувствовал себя лишним. Какого черта Людмила меня сюда притащила?

И тут, словно почувствовав, женщина повернулась ко мне.

– Пашенька. Спасибо тебе!

– Не за что – работа такая, – повторил я. На, кстати, возьми!

– Что это?

– Банковская карточка. Она мне больше не нужна – я гордый.

С Сергеем мы прощаемся молча. Просто крепко, по-мужски, пожимаем друг другу руки. А потом я, категорически отказавшись от Людмилиного предложения подвезти, ухожу. Зачем им сейчас компания?…

Медленно бреду по набережной с ощущением какого-то внутреннего умиротворения, сопричастности к чему-то очень нужному, очень важному и очень доброму. Нет, я не столь наивен, чтобы пытаться переделать мир. Вполне достаточно, что я сделал добро просто одному конкретному человеку. Но ведь после этого мир стал пусть на самую малую долю, но все же лучше – не так ли?

Делайте добро. И – удачи вам!