Штопор - Иван Черных

Да, жизнь есть жизнь. Деньги стали быстро иссякать — их было немного, ни Николай, ни она особенно экономить не умели, вперед не заглядывали, — и надо было подумать о хлебе насущном.

Марина через две недели уехала, пришлось за все браться самой. Постепенно Наталья стала отходить. Правда, временами наваливалась такая тоска, что руки опускались. Хорошо, что у Николая было много друзей. Они словно чувствовали, когда ей тяжело, и приходили, рассказывали о делах в полку — летчики вернулись в Тарбоган, — о том, что делается для увековечения памяти Николая.

Однажды Марусин принес ей окружную газету, где был напечатан очерк о подвиге Николая, с портретом и отзывами о нем сослуживцев. Наталью до слез тронула забота однополчан. Но окончательно к жизни ее вернул приезд Тамары Воронцовой, с которой она познакомилась, когда они отдыхали с Николаем на юге. В Ташкенте после смерти Николая они виделись мельком и почти не разговаривали — было не до разговоров, — а теперь подруга приехала сюда по настоянию мужа Анатолия и с предложением перебраться в Ташкент и поступить на работу в госпиталь.

Наталья заколебалась.

— Анатолий уже и место тебе зарезервировал, — убеждала Тамара. — И Ташкент, согласись, не Тарбоган — столица Узбекистана. Николай одобрил бы такое решение.

«Одобрил ли бы?..» Ему после окончания академии дано было право выбора места службы, а он выбрал… Афганистан… «Считай это профессиональным долгом»… А ее долг? И ее озарило.

— Я хочу попроситься в Афганистан.

— Ты с ума сошла! — воскликнула Тамара. — Зачем?

— Медицинские сестры там очень нужны.

— У нас они тоже нужны. И не забывай — у тебя дочь.

— Я была плохой матерью и… женой.

— Не мели чепухи. Поедем к нам. Анатолий поможет с квартирой.

— Нет, я решила.

— Там — война! Кому нужно твое самопожертвование?!

— Людям… Считай это профессиональным долгом, — повторила она слова Николая.