Золото инков - Клайв Касслер

– Когда ты познакомишься с ним получше, он тебе понравится, – заверил его Джордино без особой убежденности в голосе.

– Это единственная посудина, способная принять на борт вертолет, которую я смог найти в столь короткие сроки, – объяснил Ганн. – Кроме того, я осчастливил старика, сэкономив деньги НУМА.

– Наконец-то нашелся раритет, который ты не сможешь добавить к своей коллекции, – усмехнулась Лорен.

– Трудно поверить, что его котлы все еще работают на угле.

– Они и были переделаны под нефть еще пятьдесят лет назад. Кстати, машина в отличном состоянии. Средняя скорость двадцать миль в час.

– Ты имеешь в виду морские или сухопутные? – переспросила Лорен.

– Скорость паромов всегда измерялась в морских, – объяснил Ганн с видом знатока.

– Мне кажется, он вообще не двинется с места, пока ты не откопаешь его киль из ила.

– Он будет плавать как пробка еще до полуночи, – заверил Ганн. – Приливы в этой части залива высотой от четырех до пяти метров.

Хотя по поведению Питта и нельзя было этого сказать, но старый паром понравился ему с первого взгляда. Старые автомобили, паровозы, самолеты, суда всегда притягивали его к себе. Когда на него нападали приступы меланхолии, он недовольно ворчал, что родился слишком поздно.

– Какая у нас команда?

– Инженер с помощником и двое матросов для работы на палубе. Я буду командовать судном, – добавил Ганн с детской улыбкой, – пока ты и Ал станете летать над заливом.

– А куда вы спрятали вертолет?

– Он на автомобильной палубе, – объяснил Ганн, – там его удобнее обслуживать, да и о погоде можно не беспокоиться.

– Ты уже продумал план полетов? – спросил Питт у Джордино.

– Я занимался машиной, – ответил тот, – и предпочел оставить его на твое усмотрение.

– Сколько времени нам потребуется для облета территории?

– Думаю, дня три, не больше.

– Пока не забыл, – вновь вступил в разговор Ганн, – адмирал просил тебя позвонить ему в течение утра. Спутниковый телефон в передней рубке.

– Почему бы не позвонить ему прямо сейчас? – удивился Питт.

– Ты забыл о разнице во времени. Три часа не шутка. Сейчас старик уже сидит в Центре Кеннеди и наблюдает за игрой.

– Прошу прощения, – прервала их Лорен, – но я хочу задать несколько вопросов.

Мужчины замолчали и посмотрели на нее. Питт поклонился:

– Прошу на трибуну, уважаемый член Конгресса.

– Первое, куда мы поставим автомобиль и трейлер? Мне кажется неблагоразумным оставлять машину стоимостью в сто тысяч долларов в рыбацком доке.

– Разве Дирк не сказал тебе? Машину и трейлер погрузим на паром. Слава богу, места больше чем достаточно.

– Здесь есть душ и ванна?

– Ванны нет, но на борту имеются четыре дамские комнаты, все на верхней пассажирской палубе, и душ в помещении команды.

– Тем лучше, не придется стоять в очереди в туалет.

– Что поможет тебе вообразить, будто ты находишься на борту шикарного океанского лайнера, – пошутил Джордино.

– Какой последний вопро? – поинтересовался Ганн.

– Я голодна, – величественно произнесла она. – Когда будем есть?

* * *

Берега моря Кортеса особенно хороши осенью Ласковое солнце светит по-прежнему ярко, но уже не обжигает кожу Небо безоблачно Один из самых засушливых регионов Земли, полуостров Баха, надежно прикрывает побережье от ветров, дующих с Тихого океана.

Если летом в заливе и случаются редкие штормы, то осенью их практически нет.

Еще вечером все подготовительные работы были завершены. Машина и трейлер надежно закреплены на автомобильной палубе. Рано утром следующего дня “Аламбра” под командой Ганна покинула стоянку и, сделав широкий разворот, направилась на юг. Старый паром представлял собой внушительное зрелище: из трубы валил черный дым, колеса мерно взбивали морскую воду. Лорен в бикини загорала на пассажирской палубе.

Пока Джордино готовил вертолет к вылету, Питт по спутниковому телефону переговорил с Вашингтоном. Через час он спустился на нижнюю палубу, где была подготовлена взлетно-посадочная площадка. Как только он застегнул страховочные ремни, Джордино поднял машину в воздух.

– Что сказал тебе старик? – спросил Джордино, подняв вертолет до высоты восьмисот метров. Что-то у тебя больно озабоченный вид. Есть новости от Йегера?

Питт сидел в кресле пилота, исполняя обязанности штурмана:

– Единственная дополнительная информация, полученная от Йегера, сводится к тому, что статуя демона расположена прямо напротив входа в туннель, ведущий в пещеру с сокровищами.

– Что он говорит о подземной реке?

– Похоже, он по-прежнему блуждает в потемках.

– А что тебе сказал сам Сэндекер?

– Вот тут-то и начинаются главные сложности. Агенты ФБР и таможни обрушились на нас как гром с ясного неба. Они информировали старика, что одновременно с нами поисками сокровищ Уаскара занимается банда преступников, специализирующаяся на кражах произведений искусства. Судя по словам агентов, они могут быть опасны.

– Значит, у нас появились конкуренты?

– Выходит, что так. Во главе операции стоит семейка, контролирующая мировую подпольную торговлю произведениями искусства.

– И как называется эта милая организация?

– Международная компания Золара. Джордино посмотрел на приятеля и непроизвольно рассмеялся.

– Что тут смешного?

– Когда я учился в восьмом классе, у нас был один придурок, развлекавший нас фокусами на школьных вечеринках. Он называл себя “Великий Золар”.

– Судя по тому, что мне рассказал о нем Сэндекер, нашего Золара никак придурком не назовешь. Правительственные агенты приблизительно оценивают средний годовой доход его организации в восемьдесят миллионов долларов. Неплохая сумма, если учесть, что он не платит налогов.

– О’кей, очевидно, он не имеет отношения к тому парню, с которым я учился в школе. Что думают федералы о том, как близко он подобрался к сокровищам?

– Они полагают, что он наверняка идет впереди нас.

– Все равно. Я готов держать с тобой пари на индейку в День благодарения, что мы найдем сокровища первыми.

– В любом случае мы останемся в проигрыше. Джордино повернулся и недоуменно посмотрел на друга.

– Кажется, я перестал понимать тебя.

– Если мы первыми доберемся до сокровищ, нам приказано сделать все от нас зависящее, чтобы и они все-таки его нашли, а самим незаметно раствориться в осеннем воздухе.

– Бросить миллиард долларов? – спросил Джордино недоверчиво.