Логово «ВЕПРЯ» - Василий Веденеев

— Она умерла, — желая предварить все расспросы, глухо сказал Бахарев.

— А вы не врете?

— Такими вещами не шутят.

— Если не секрет, что же с ней случилось?

— Ее убили, — не стал скрывать Юрий. — И если вы мне сейчас не поможете, меня тоже могут подстеречь и убить.

— Господи! Какой ужас. Значит, этот?..

— Да, — с полуслова поняв, о ком она, подтвердил Бахарев. — Этот мужчина во дворе стрелял в меня.

— Блеск! — Она нервно рассмеялась. — Всю жизнь мечтала вляпаться в подобное приключение. Скажите, вы мафиози?

Юрий отметил, как лихо Ольга проскочила мимо домика пикета, около которого дежурили два мента с автоматами. Кажется, его усилия должны увенчаться успехом? Дал бы Бог!

— Подобно доктору Ватсону вы ставите не тот знак.

— Не поняла? — она удивленно подняла брови.

— Он тоже сначала считал Шерлока Холмса преступником, но оказалось, что тот профессиональный сыщик.

— Значит, вы как Шерлок Холмс: частный детектив?

— Нет, я работаю на государство.

— Чего же оно тогда не защищает вас?

— Резонный вопрос, но случаются разные обстоятельства, — уклонился от прямого ответа майор и добавил: — Не волнуйтесь, я не обманываю, могу удостоверение показать. А вот вы насчет мужа обманули, сознайтесь.

— Ну, обманула, ну и что? — Ольга без тени смущения рассмеялась, и он невольно отметил, как она еще больше хорошеет, когда улыбается или смеется. — Да, я не замужем, но у меня есть постоянный друг. Он живет со мной.

— На здоровье, — буркнул Юрий. — Так как насчет помощи?

— Считайте, вам повезло!

— В чем, что я попал под колеса именно вашего автомобильчика?

— Не обижайте мою машину!

— Хорошо, не буду. Так в чем мне повезло?

— Я вас вспомнила и сама окажу помощь.

— Вы врач?

— Да. Вот, возьмите, — она стянула с шеи шелковую косынку и протянула ему. — Перетяните руку выше раны, чтобы уменьшить кровотечение. Надо полагать, в больницу вы тоже не хотите ехать?

— Это и для вас не самый лучший вариант, поверьте, — усмехнулся он, затягивая узел зубами. В руке сразу начала толчками пульсировать острая боль, и, чтобы отвлечься, он пошутил: — Теперь я словно рыцарь раненный на турнире в честь прекрасной дамы.

— Не обольщайтесь! Лучше почаще вспоминайте пословицу: хороша Маша, да не наша!

— А вы, оказывается, знаток фольклора?

Ольга не ответила, и он устало прикрыл глаза, чувствуя, как его потихоньку начинает бросать то в жар, то в холод. Неужели прилично зацепило? Что же делать, если милый доктор сама не сумеет справиться? Ехать в госпиталь и плести там разные небылицы? Моторин туг же назначит служебное расследование, дабы докопаться, где майора сумели подстрелить во время отпуска и при каких обстоятельствах это произошло. В обычную городскую больницу тоже обращаться не имело смысла — медики обязаны о подобных ранбольных немедленно ставить в известность ментов, а те сообщат в контору, и результат окажется тот же, как в госпитале, а никаких подпольных докторов он не знал. Оставалось лишь надеяться на случайно встреченную малознакомую девушку и ее познания в медицине.

— Вставайте! Ну же, открывайте глаза! Вы можете самостоятельно передвигаться?

Юрий с трудом поднял казавшиеся налитыми свинцом веки; кажется, он отключился и даже не заметил, как они добрались до места? «Ока» стояла в обычном грязном московском дворе, буквально в трех шагах от подъезда, но эти шаги ему еще нужно суметь сделать.

— Ну, соберитесь, — жалобно попросила Ольга. — Я же не могу тащить вас на себе! Просто не донесу. Да и соседи. Давайте, Юра, вылезайте!

— Да, сейчас.

Левая рука занемела, и казалось, в том месте, где рана, ее безжалостно жгли каленым железом. Однако пришлось крепко стиснуть зубы и заставить себя вылезти из малолитражки. Свежий воздух немного взбодрил, да и девушка заботливо обхватила его за талию и помогла дойти сначала до подъезда, потом до лифта. Когда поднимались в кабине, она приложила к его лбу прохладную мягкую руку:

— У вас жар!

— Ничего, — он попытался улыбнуться, но почувствовал, что улыбка получилась жалкой. — Сдюжим.

Она молча открыла высокую дверь квартиры на пятом этаже и включила свет в прихожей. Под высоким потолком загорелся матовый фонарь, расписанный китайскими красно-золотыми драконами — символ процветания, счастья и долголетия. И Бахарев счел их хорошим предзнаменованием.

Как ни отвратительно он себя чувствовал, все же внимательно осмотрелся, настойчиво отыскивая следы пребывания здесь мужчины — почему-то мысль о том, что Ольга может кому-то принадлежать, была ему крайне неприятна. Впрочем, что он ей: случайное, к тому же не слишком приятное приключение, возобновившее мимолетное знакомство с человеком, чью профессию можно отнести к категории повышенного риска. Женщины обычно не слишком любят рисковать, им куда важнее иметь достаток и покой в доме, но изредка находятся и желающие пощекотать себе нервы.

Ольга сняла сапоги, и он отметил, что ноги у нее выше всяких похвал, но тут же укорил себя — после гибели Марго не прошло и сорока дней, а ты?

Хозяйка полезла в шкаф искать для него тапочки, и он лукаво улыбнулся: нет у нее никакого приятеля! Однако, желая закрепить догадку, он попросился в ванную вымыть руки и умыться. На полочке стояли лишь дамские баночки, флакончики и одна зубная щетка, наверняка принадлежавшая Ольге. Итак, вешалка без мужских вещей, отсутствие тапочек, бритвы и зубной щетки говорили о многом. Единственно, если только кто-то к ней наведывался? Но это так сразу не выяснишь.

— Снимайте куртку, — она развязала косынку, посмотрела на подплывший кровяным пятном рукав и покачала головой. — Придется разрезать. Садитесь ближе к свету!

Бахарев сел в жесткое кресло с прямой спинкой. Ольга принесла большие ножницы, бинт, какие-то пузырьки с лекарствами и решительно разрезала рукав. Увидев рану, она побледнела и отшатнулась.

— Что вы, доктор? — Юрий подхватил ее здоровой рукой и помог сесть на диван. — Это же царапина! Можно считать, я счастливо отделался. Как же вы лечите больных?

— У меня другая специализация, — слабым голосом ответила она. — Я врач-косметолог.

— Понятно, — хмыкнул майор. — Значит, есть надежда, что шрам получится красивым?

— Не паясничайте, — она поднялась и приступила к перевязке, довольно ловко и умело обрабатывая рану. Руки у нее оказались легкие и ласковые. — Сейчас главное избежать воспаления.

Наложив повязку, она ненадолго вышла и вернулась со шприцем. Вздохнув, Бахарев стал стягивать остатки свитера и рубашки: уколы дело знакомое, все медики боятся столбняка и прочей гадости, особенно при ранениях, не говоря уже о разных травмах.