Пиранья. Звезда на волнах - Александр Бушков

Чжао вдруг заговорил громко, истерично. Он жаловался, что изджунглей приходят кабаны, что обезьяны портят посевы, что хорошей колючейпроволоки не достанешь, а этих л е н т о ч е к дикое зверье пока что боитсяпанически, особенно когда они так вот трещат под ветром...

Кто-то влепил ему подзатыльник, и он умолк.

– И что дальше? – спросил Морской Змей, ни к комувроде бы не обращаясь персонально. – Уходим?

– Как это уходим? – прямо-таки взвизгнулБезымянный Товарищ. – Вы что, с ума сошли?

Он выхватил нож, бросился к ограде и одним взмахом распоролсразу три или четыре рядочка пленки. Принялся сматывать их, лихорадочно,суетливо, крича:

– Да помогите вы, что стоите! Ребята, соберите все, выпоняли, все, до последнего миллиметра! Нужно же отчитаться! Что вы стоите, этоприказ!

– Помогите ему, – распорядился Морской Змей безвсякого выражения.

Мазур первым шагнул к ограде, доставая кинжал.

* * *

...Они так и не получили Героев, конечно. Оказалось, не зачто – и это, пожалуй что, было справедливо. Впрочем, всем все-таки навесили «Забоевые заслуги», и живым, и посмертно, и благосклонность начальства простерласьдо того, что Мазура особенно и не мучили особисты скрупулезным исследованиемего одиссеи. Обошлось подробнейшим рапортом и парой часов задушевной беседы –считайте, отделался легко...

Да и очки остались на память – шикарные солнцезащитные очкив тяжелой никелированной оправе, с дымчатыми стеклами, настоящая фирма, некакой-то там Гонконг. Щеголять в них было одно удовольствие, вот тольконадоедали знакомые время от времени – где купил да где купил...

Какое-то время он еще вспоминал с в о й островок – райскоеместо, где мужчины дни напролет лежат в тенечке, покуривая, болтая инаворачивая фрукты, пока смиренные женщины безропотно исполняют не только вседомашние работы, но и любые мужские прихоти, какие только взбредут в головугосподину и повелителю. Однако очень быстро эти воспоминания стали не то чтобытускнеть – становиться чем-то зыбко-нереальным, наподобие сна. Сырой питерскойзимой как-то не особенно уже и верилось, что все это произошло однажды вреальности, что его соседи-односельчане по-прежнему валяются в прохладной тенипальм, лениво глядя на море, что существует еще в голубой дали этот остров, чтопо песчаному берегу грациозной походкой идет очаровательная Лейла, о которой,понятное дело, так никогда и не узнала законная супруга.

Он понимал, что никогда больше не увидит этого острова. Ивсякий раз было жаль...

* * *

Красноярск, апрель 2002