Капкан для Бешеной - Александр Бушков

Вообще-то, на месте тех, кто начал массированную атаку нашантарских «черных баронов», она организовала бы подобную мясорубку, даже недожидаясь, когда Бек кинется в бой. Согласно неписаной табели о рангах, Бек былсамой крупной фигурой после Фрола. Поторопился Бек. Подставился. В городе, вокружении охраны, могли и не достать. Вот и гадай теперь: то ли Женю убралиоттого, что много знала, то ли исключительно для того, чтобы привести его всостояние амока и подловить? А может, все сразу?

– Ну что, Дарья Андреевна? – сказалЧегодаев. – Начинается веселая жизнь, а? Пошли переделы… Можно вам задатьнескромный вопрос?

– Попробуйте, – равнодушно сказала она.

– Ваши ребятки прессовали Камышана?

– Ни капельки, – сказала Даша. – Можетеверить или не верить, мне, откровенно говоря, наплевать. Я вам одно скажу: мнеэто его скоропостижное признание было совершенно не нужно. Даже наоборот:только-только кончиками ногтей ухватила ниточку, как этот сукин кот преподнессюрприз…

– Значит, его признанию вы не верите?

– Нисколечко. Чистейшей воды самооговор. Кто-то был вквартире Монро, запрограммировал видак, а возможно, и шкатулочку перевернул,чтобы мы, не дай бог, не приняли происшедшее за несчастный случай… Можно,теперь я задам вам нескромный вопрос? На вас не пытались давить из Большогодома? После того, как все материалы на Камышана вкупе с признанием перешли квам?

– Не пытались, – сказал Чегодаев. – Это-то иесть самое удивительное, вам не кажется? Господин губернатор и пальцем нешевельнул, чтобы выручить верного помощника, – а ведь он к Камышануотносился весьма даже неплохо.

– Есть ведь еще одно признание… – сказалаДаша. – Того же Камышана… Насчет крайне любопытных взаимоотношений межпокойной певицей и губернатором…

– Вы мне факты найдите, – сказал Чегодаевзло. – Не о том, что они трахались, а о том, что возможно иное решениезагадки… Есть у вас факты? То-то… Вам бы и сосредоточиться на этом, а вы вместотого задираетесь с военными…

– Помилуйте, как мне с ними не задираться, если они уменя украли сначала свидетеля, а потом и курсанта. Ксану Белякову мы до сих порне нашли, словно в воздухе растаяла девка…

– Опять-таки, где факты? Вон какое роскошное алиби онивам предоставили…

– У вас есть установка на то, чтобы меня сожрать? –спросила Даша.

– Вот за что я вас люблю, Дарья Андреевна, так это заваш язычок… Нет у меня установки. Пока что. Однако могу вас обрадовать –поступила на вас любопытная бумажка. О том, что вы в Шантарске организовалиэтакий «эскадрон смерти» по образу и подобию латиноамериканских, что этот вашэскадрон ментов летучих имеет прямое отношение и к кончине Тяпы, и к кончинеФрола… Да вы, никак, улыбаетесь?

– От радости, – сказала Даша. – Очень долго яждала, когда на меня начнут катать телеги в связи с известными нам обоимобстоятельствами, вот и сподобилась наконец, как же тут не улыбаться…

– Вы к этому посерьезнее отнеситесь. Бумага пока чтосостоит из общих словес, но есть недвусмысленные намеки на то, что последуетдокументированное продолжение…

– Кто? – спросила Даша в лоб.

Чегодаев, глядя на нее без улыбки, поднял руку, двумярастопыренными пальцами провел по плечу, то сводя пальцы, то разводя. Средикриминалитета этот жест означает «погон» – предупреждение о том, что в полевидимости объявился мент…

– Волхович старается?

– Дарья Андреевна, я вам не враг, потому ипредупреждаю… Постарайтесь опередить их до того, как сделают попытку сожратьвас.

– Хорошенький совет, – сказала Даша. –Думаете, мне не хочется? А вот поможете вы мне вытащить на легонький допросикего превосходительство губернатора?

– Боюсь, что нет.

– Вот то-то, – сказала Даша. – А междупрочим, под ногтями у Маргариты Монро были микрочастицы того самого ковра, чтолежит на одной из дач в «Золотой пади», где его превосходительство иногдаизволит отдыхать душой и телом…

– Почему это не отражено в деле?

– Потому что волоконца для сравнительного анализа мнептичка на хвосте принесла, а в серьезную бумагу такое не впишешь, вот и нетбумаги…

– Опять ваши нетрадиционные методы?

– Да что вы, – сказала Даша. – Совпадениетакое вышло, долго объяснять.

– В конце концов, что это доказывает? Что она была натой даче, и не более того. Мы с вами это и так знаем. Вы мне фактыдайте. – Он покосился в сторону изрешеченных пулями машин. – Пока васне… опередили…

– Я бы рада, – уныло сказала Даша. – Так гдеж их взять-то…

…Майор Шевчук – тот, что мужского рода – обожал, возникнувпосле долгого исчезновения, гордо выложить некий нестандартный гостинец.Каковому обыкновению не изменил и на сей раз, плюхнув на стол домашним образомзакопченную сохатину и сопроводив комментарием:

– Чтобы пожрала как следует, а то осунулась тут безменя… В майорах нелегко, меня самого из майоров выперли, так что учен жизнью.

– Не переживай, – сказала она рассеянно. –Меня, может, тоже скоро выпрут, вот и будем квиты. Только не надо трагическихгримас, я тебя умоляю, пошутила просто… Не ожидается пока громов с молниями.

– А почему тогда тебя пасут? – серьезно спросилотец.

– Ты что городишь, майор?

– Да ничего. Двое многообещающих мальчиков торчали вподъезде, и пока я поднимался, один пошел следом, с понтом звонить в квартируповыше – только я в прихожей послушал, как он потом на цыпочках назадвозвращается…

«Волхович? – подумала Даша. – А может, иФрол – в целях бережения». Правда, будь это Фрол, выдумал бы что-нибудьнестандартное, вроде выездного заседания клуба филателистов аккурат возле ееплощадки…

– Мальчики на криминальных не похожи, – уточнилмайор.

– Глупости, – сказала она. – Показалось.

– Ни хрена подобного.

– Ну ладно, поделюсь служебными секретами, – лихосолгала она. – Охрана это, родитель. Ничего страшного, не переживай,просто пару деньков следует поберечься…

Подумала: не вызвать ли Пашу Горбенко с соответствующимсопровождением? Не мог майор ошибиться, по пустякам панику не поднимает. Нет,не пойдет. Возьмешь их, а потом окажется, что это благонамереннейшие – подокументам – обыватели… Не будут мочить – никакого чувства опасности нет, такчто пусть себе топчут подъезд…