Архив клана - Лев Пучков

— К левой! — хором ответили мы с Евой.

— Ух ты… — удивился Стёпа. — Хорошая семья получится, дружная.

— Какая, на хрен, семья! — с интонацией завзятой склочницы завопила Ева, зачем-то щипая меня за ягодицу. — Да я вас всех поубиваю, гады!!!

— Ева, не дури! — возмутился я.

— Не трогай его, ему настроиться надо, — заступился за меня Стёпа. — И не кричи пока, рано ещё. Ближе к выходу подойдём, тогда…

— До выхода уже недалеко, — тихо ответила Ева. — Так что можно начинать.

Ну смотри, тебе виднее.

— Не трогайте меня, козлы!!! — отвязно заорала Ева. — Вас всех поубивают к ё… матери!!! Чтоб вы все сдохли, м…ки х…вы!!!

— Неплохо, — одобрил Стёпа. — Очень натурально.

— А-а-а, пи…асы!!!

— А нельзя в сторону кричать? — попросил я, морщась от высоких частот. — А то, пока дойдём, я оглохну и не услышу команды.

— Да ты вообще заткнись, дебил!!! — Ева послушно стала вещать чуть в сторону. — П…ц вам всем, уроды!!! Мутанты х…!!! А-а-аа!!!

Очень скоро впереди показался проём.

Дверь была открыта.

— Свет, — напомнил Стёпа, ловко попав в паузу Евиного вещания.

Я включил налобник, направил его в сторону дверного проёма и отвернулся в сторону, наблюдая за входом боковым зрением.

Всё получилось так, как и предполагал Стёпа при доведении расчёта.

С той стороны стояли двое и заглядывали в ходок.

Замечательно. Как вариант у двери мог оказаться один, тогда на выходе было бы больше работы.

Оба силуэта отчетливо вырисовывались на фоне дверного проёма, и это тоже было здорово. Это было очень хорошо!

От волнения у меня дрожали руки, так что даже и не знаю, как бы я справился, если бы они встали по-боевому, укрывшись за габариты, и целились бы в нашу сторону, выставив в проход всего лишь ствол и пол-лица.

Ева — вот она, наша палочка-выручалочка, узнаваемый брэнд и прочее и прочее. Всю ситуацию вытащила именно она, без неё мы бы наверняка погибли.

Когда мы были в полусотне метров от входа, в проёме возник третий силуэт и раздался начальственный крик:

— Девку не трогать, ясно?!

— Так точно! — браво ответил Стёпа.

— Ну вот и молодцы! — и третий силуэт исчез.

А зря, мог бы немного подождать. Тогда на выходе работы было бы ещё меньше.

— Приготовились, — тихо сказал Стёпа.

До выхода осталось метров двадцать, и тут один из тех, что стояли у проёма, приложил ладонь козырьком к бровям и с недоумением пробормотал:

— Не понял?

— Работай, — разрешил Стёпа.

Я бросил каску с налобником и влупил от пояса по силуэтам, мгновенно выстрачивая весь магазин.

И тотчас же прилип спиной к левой стене.

Ева синхронно повторила моё движение.

Двое в проёме, изрешеченные моей очередью, не успели ещё осесть на пол, а коллеги уже пушечными ядрами просвистели мимо нас, вываливаясь из ходка вправо-влево, по расчету, и сразу же открывая огонь.

Я поменял магазин и осторожно последовал за ними.

Увы, моя помощь уже не требовалась.

На путях стоял целый состав, как и было сказано, три мотовоза с грузовыми платформами, накрытыми брезентом. У среднего мотовоза лежал один человек, перед передним мотовозом, прямо под постом связи — другой.

Я узнал того, что лежал под постом связи. Помнится, мы как-то пересекались с этим типом по работе, и в тот раз для него это кончилось не очень хорошо.

В этот раз, стало быть, такое пересечение для него кончилось совсем нехорошо.

Наш старый знакомец был ещё жив. Он судорожно тянулся к валявшемуся рядом пистолету, надсадно хрипя и булькая кровью.

До пистолета было больше метра, но шанс дотянуться присутствовал.

Стёпа, державший упорного врага на мушке, с сожалением покачал головой и одним выстрелом прекратил эту попытку.

— Вот незадача… Даже не поговорили…

В это же время с другой стороны состава происходило не менее интересное и драматичное действо. От хвоста состава в тоннель стремительно удалялся до боли знакомый мелкий силуэт, выписывая замысловатые виражи от стенки к стенке.

Юра и Спартак, десантировавшиеся на правую сторону, с азартом долбили вслед силуэту короткими очередями, подбадривая друг друга:

— Правее! Ещё правее! Давай перекрестным!..

Я хотел было присоединиться к ним, но не успел. Пока выбирал удобную позицию, силуэт благополучно домчался до поворота и исчез.

— Хорош палить! — запоздало прикрикнул Стёпа. — Патроны экономьте, у нас ещё куча работы.

Юра быстро обежал весь состав, произвел выстрел милосердия во втором мотовозе, из первого приволок перепуганного пожилого дядьку и доложил:

— Чисто.

— Это был ОН? — спросил я, ткнув стволом в сторону поворота.

— В смысле, Мастер? Да, это был он.

— Ну вы и стрелки, блин!

— Стрелки тут ни при чём, — покачал головой Юра. — Это Мастер. Ты видел, как он маятник[12]качает? Тут нужен как минимум заградительный огонь взвода.

— Жаль, — резюмировал Стёпа. — Интересный тип, неплохо было бы пообщаться за чашечкой крови… Чует мое сердце, что нам еще предстоит с ним встретиться…

* * *

Вы не поверите: все три платформы были битком забиты деньгами.

Думаю, не каждому доводилось наблюдать такое воочию, так что расскажу об этом подробнее.

Пачки стодолларовых купюр в банковских обертках были упакованы в блоки примерно пятьдесят на пятьдесят сантиметров и затянуты в толстую целлофановую пленку.

Эти блоки в свою очередь были упакованы в блоки побольше, примерно метр в ширину и полтора метра в высоту и в длину, и также затянуты в прочную целлофановую пленку. На каждой платформе находилось примерно по два десятка вот таких полутораметровых блоков, и всё это богатство было небрежно прикрыто армейскими плащ-палатками, а кое-где и просто кусками неровно обрезанного брезента.

— О-хре-неть… — произнес Юра по складам, но без эмоций и как-то даже подавленно.

В самом деле, вспомните, когда в кино кто-то находит чемодан с миллионом долларов, за этим следует такой взрыв эмоций, что в телевизоре динамики трещат.

А теперь представьте, сколько надо эмоций на такую кучу денег. Да мы, по логике, должны были мгновенно умереть на месте от эмоциональной передозировки.