Захват с прикрытием - Максим Шахов

В этот момент мимо них по проходу как раз продефилировала стюардесса, и Виктор окинул ее обтянутую короткой юбкой попку выразительным взглядом.

– Извините, – наклонилась к Виктору соседка, понизив тон, – а разве в сельхозавиации есть бортпроводницы?

– Бортпроводниц нет, – покачал головой Виктор. – Зато вокруг сельских аэродромов всегда уйма доярок. А они при виде летной формы прямо-таки теряют рассудок…

– Ну и что такое «error № 0017»? – спросил Мамонт.

Возбужденный Фокин вскочил, чтобы освободить полковнику место.

– Да сиди ты!

– Да нет, вы садитесь, почитайте!

Мамонт присел и проговорил:

– Так, так… Ага…

– Уже? – спросил Фокин и тут же щелкнул мышкой. – А вот что написано в ссылке!

Пробежав глазами несколько строк, Мамонт удивился уже по-настоящему. И быстро сказал:

– А ну-ка вернись в основное меню! Кто это к нам такой прибыл?

– Сейчас! – торопливо защелкал мышкой Фокин. – Только он еще не прибыл, товарищ полковник. Если я правильно понял, он прибудет только через полчаса. Я же говорю, этот терминал погранцов – полный отстой, все данные в куче!

– В смысле? – спросил было Мамонт, но Фокин уже вернулся в основное меню, и Мамонт все понял сам.

Если данные пограничников были верными, то человек, напротив паспорта которого база написала «error № 0017», находился еще в воздухе. На борту самолета, направлявшегося рейсом Москва – Одесса, лирически воспетом Владимиром Семеновичем Высоцким в знаменитой песне.

– Так! – быстро сказал Мамонт, покосившись на часы. – Это становится уже интересно! Ты, Фокин, просто молодец! Билл Гейтс тебе в подметки не годится. В общем, ордена не обещаю, но отгул как-нибудь дам…

– А я что говорил… – даже слегка зарделся польщенный Фокин.

Впрочем, Мамонт на него уже не смотрел. До посадки оставалось совсем мало времени. Поэтому Мамонт выдернул мобильник и подошел к окну.

– Алло! Слушаю, шеф! – ответил Петров.

– Ты где находишься?

– На Фонтане.

– На Большом или на Фонтанской дороге? – быстро уточнил Мамонт.

– На Большом. Пасем нашего мента-полковника. А он, скотина, шашлыком тут обжирается. Мы уже слюной все изошли…

– Уговорил, освобождаю вас от мучений! Сворачивайтесь и дуйте в темпе в аэропорт! Понял?

– Понял. А что случилось-то?

– Сворачивайтесь, я чуть позже перезвоню, объясню…

– Понял, шеф!

– Занимайся дальше, Фокин, – сказал Мамонт, отключив телефон и направившись к двери. – Может, еще какой «error» найдешь. Надеюсь, о том, что об этом не должна знать ни одна живая душа, напоминать не надо?

– Обижаете, товарищ полковник!

– Да я так, на всякий случай! А то еще не утерпишь, решишь похвастаться перед коллегами своими успехами.

– У нас это не принято. Фирма не та.

Вернувшись к себе, Мамонт быстро перезвонил в милицию. В отдел виз и регистраций. И под благовидным предлогом уточнил у его начальника один не совсем понятный момент. Опустив трубку, Мамонт задумчиво посмотрел на селектор.

Вообще говоря, по правилам он должен был немедленно доложить обо всем генералу. Во-первых, потому что информация была очень перспективной, во-вторых, потому что дело было не совсем по профилю управления «зет».

Только вот звонить начальнику Мамонт не стал. Он прекрасно понимал, что в этом случае и Фокина с компьютером, и дело с лаврами наверняка передадут управлению «ка». И тогда о вожделенном кабинете коллег можно позабыть. Да и орденами с Мамонтом никто делиться не станет, это к гадалке не ходи…

И Мамонт позвонил не генералу, а Петрову.

– Ты где?

– Так на Фонтане, шеф. На шестой на перекрестке торчим, пробка, как всегда, жуткая…

– Какая, блин, пробка! – рявкнул Мамонт. – Я же сказал – быстро в аэропорт! Мигалку, что ли, пропили?

– Нет! Вы ж не сказали, что с мигалкой!.. Выставляй дуру на крышу! Сдавай назад и по тротуару! – дурным голосом заорал Петров. – В сторону! В сторону, блин, а то я счас выйду, помогу!.. С этими революциями вообще, блин, страх потеряли! Жми в лоб на трамвай, не объедет, так назад сдаст! Вот так!.. Алло, шеф! Мы уже почти на Адмиралтейский проспект прорвались…

– Да слышу я, слышу.

– Так что там, в аэропорту, за тема такая срочная?

– Тема, Петров, очень перспективная… Ты звук сделай потише, твоим орлам это пока лучше не знать.

– Да все нормально! Я сам еле вас слышу!

Машина с воем понеслась по Адмиралтейскому проспекту, Мамонт ввел майора в курс дела:

– Наш вундеркинд Фокин накопал такое, что если мы это раскрутим, то ты, Петров, точно сразу полковником станешь…

– Вы это и в прошлый раз обещали, а я че-то все еще майор.

– Представление уже в Киеве, так что не рыдай.

– Да я и не рыдаю… И что конкретно?

– Конкретно, Петров, через полчаса, вернее, уже через двадцать шесть минут в аэропорту приземлится самолет из Москвы. На его борту находится один пассажир. Некто Виктор Петрович Гомельский, гражданин Украины, 1970 года рождения. Номер паспорта тебе не нужен, но дело как раз в нем.

– В чем?

– В номере паспорта.

– А конкретнее?

– Согласно данным базы, этот самый паспорт был комиссионно уничтожен МВД как испорченный. Интересно, да?

– Фальшивый, что ли? – предположил Петров.

– Навряд ли. С фальшивым никакой дурак летать на самолетах не будет. Я думаю, Петров, паспорт самый настоящий. И в этом вся фишка. Скорее всего старое руководство МВД таким образом подготовило себе почву для ухода в подполье. Об этом свидетельствует то, что данные об уничтоженных паспортах попали в базу…

– Не понял?..

– А что тут понимать? Если бы эти паспорта изъяли просто высокопоставленные спецы из ОВИРа, они, будь уверен, замели бы все следы, поскольку знают кухню изнутри. А вот министру и его первым замам вникать в детали некогда. У них для этого физически нет времени. Вот они и лопухнулись… Конечно, это только догадка, но в любом случае за этим стоит грандиозный служебный подлог. Так что если мы его раскрутим, а потом преподнесем начальству на тарелочке с голубой каемочкой, то внакладе не останемся. Главное – не слить информацию раньше времени, иначе у нас это дело с руками оторвут. Сейчас желающих отличиться на разоблачении бывших министров пруд пруди…

– Это понятно, шеф!

– Ну а если понятно, то встретишь этого Виктора Петровича Гомельского и очень аккуратно сядешь ему на хвост. Брать нам его нельзя, управление «ка» сразу себе зацапает… Ну а потом, когда мы выясним, где он остановится, будем думать, что делать дальше.