Джокер - Александр Шувалов

— Как ведет себя клиент? — Специалист отхлебнул кофе из кружки и поставил ее на стол.

— Сейчас уже прилично — прозвучал голос его собеседника по громкой связи.

— Это хорошо. А платить он собирается?

— Плачется, просит об отсрочке. Склад у него, видите ли, в Мытищах опечатали, не может реализовать продукцию.

— Что творится… Знаешь что, Володя, дай-ка ему трубку.

— Сейчас.

— Алло, я вас слушаю, — собеседник Специалиста дышал так натужно, как будто он только что осилил марафонскую дистанцию, а не преодолел пешком десяток-другой метров.

— Это Алексей Юрьевич Подопригора? — Специалист затянулся и выпустил клуб дыма в потолок.

— Да, а это кто? — голос собеседника звучал сквозь одышку одновременно трусливо и нагло.

— А это человек, которому очень интересно, когда же вы сподобитесь, наконец, расплатиться с фирмой «Айс Тренд» за поставленный ею товар.

— Поймите меня правильно, я — честный и порядочный человек, но обстоятельства — в голосе собеседника послышались плаксивые нотки. — У меня неприятности.

— Вы имеете в виду опечатанный склад в Подмосковье?

— Совершенно верно.

— Это нельзя назвать неприятностями. Оплатите долг, и ваш склад немедленно распечатают.

— Хотите сказать, что, ваша работа?

— Ну, что вы, я не тружусь в санитарной инспекции, просто всегда могу прийти на помощь.

— Бога ради, помогите, тогда я смогу собрать деньги за неделю.

— Какая неделя? Заплатить надо сегодня.

— Может, подскажите, с каких средств?

— Отчего же не подсказать хорошему человеку. — Специалист взял лежащий на столе перед ним лист бумаги. — Значит так, по состоянию на десять утра сегодняшнего дня на счетах Вашей фирмы «Байкал плюс» в общей сложности находится пять тысяч восемьсот девятнадцать рублей. Негусто.

— Вот, видите!

— Вижу, вижу. Кстати, вам ничего не говорит название «Рострейд»?

— А., вы… никогда о такой не слышал.

— Странно, Вы ведь открыли ее в апреле этого года, и регулярно закачиваете туда деньги.

— Какие деньги?

— Российские деньги и очень немалые, — он положил на стол лист, который все это время держал в руке, и взял другой. — На настоящий момент на текущем счету этого самого «Рострейда» находится всего-то пятьдесят три миллиона триста двадцать пять тысяч рублей. Заплатите тридцать два миллиона и живите дальше в мире и радости.

Собеседник Специалиста икнул и часто-часто задышал.

— Теперь, что касается неприятностей. Поверьте мне, опечатанный склад в Мытищах это сущие пустяки по сравнению с Днем ВДВ, который только что начался в вашем торговом доме в Южном Бутово. Вот это уже — неприятность, причем немалая.

— День ВДВ?

— Это образное название комплексного десанта: налоговая инспекция, ОБЭП, санитарная инспекция, куда же без нее, и пожарная охрана. ФМС тоже уже там.

— Я ничего об этом не слышал.

— Бога ради, не волнуйтесь, сейчас вам все сообщат. Мне почему-то кажется, что с получением кредита в банке «Фаворит» тоже возникнут определенные сложности. Вы ведь рассчитывали получить двести восемьдесят миллионов рублей, не так ли?

— Да. Что ты говоришь? У, бль… Извините, это не вам, — видимо, собеседнику только что отзвонились из Южного Бутова.

— Алло, Алексей Юрьевич, вы куда-то пропали.

— Что я должен сделать, чтобы все это закончилось? — голос достопочтенного господина Подопригоры звучал на удивление спокойно и деловито. Как любому кристально честному, только немного забывчивому человеку ему уже явно доводилось попадать в подобного рода ситуации. И не один раз.

— Заплатить. Даю вам на это полтора часа.

— Я могу не успеть.

— Постарайтесь, это в ваших интересах. А теперь передайте трубку моему сотруднику.

— Слушаю.

— Он писал наш разговор?

— Конечно.

— Попроси его включить аппаратуру на воспроизведение и объясни, что меня можно записать, только когда я сам этого захочу. Работай.

— Есть, шеф.

— Тогда, до связи, — и откинулся в кресле, заложив руки за голову.

Тихо (он не любил лишнего шума) замурлыкал стоящий на столе телефон.

— Да.

— Николай Валерьяныч, вас, — секретарь не стала говорить, кто тревожит ее шефа. Посторонние по этому номеру не звонили.

— Соединяй.

— Здорово, Валерьяныч.

— И тебе не хворать.

— Надо бы пересечься.

— Я не против, называй место и время.