Архив клана - Лев Пучков

— А откуда она знает, что ты сейчас здесь?

Это ещё один хороший вопрос. О том, где я сейчас нахожусь, пожалуй, не знает никто в мире, кроме…

Тут на ум приходит совершенно абсурдное объяснение, но других вариантов я просто не вижу. Ева сейчас не по своей воле находится вместе с теми самыми диверсантами, которые чуть не убили нас при посадке на поезд. Они, очевидно, прекрасно знают, кто мы такие. И они в курсе моих отношений с Евой.

Почему я так думаю?

Я далек от мысли, что после того, как мы укатили на заминированном поезде, кто-то из диверсантов в присутствии Евы провозгласил: «Мы отправили на верную смерть команду „Бункер“ в составе…» — и поименно назвал членов команды, возможно, перечислив до кучи и заслуги перед Родиной. Вы ведь тоже так не думаете, верно? Это ведь только в плохом кино вещают с таким пафосом.

А скорее всего, всё было значительно проще, на житейском уровне. Наверное, кто-то злорадно заметил: «Ну всё, кранздец твоему дружку!», подразумевая, что ей самой тоже вскоре настанет вышепоименованный кранздец.

В любом случае всё это не более чем домыслы. На данный момент мы имеем только один безусловный факт: совсем недавно Ева была здесь и нарисовала крест.

— Значит, ей кто-то об этом сказал.

— Кто сказал?!

— Да бог его знает… Но, полагаю, тут одно из двух. Или она просит помощи, или просто показывает нам дорогу.

— Понятно, — кивнул Стёпа. — А сам что думаешь? У тебя есть аргументы, почему нам нужно идти в этот тоннель?

— Да какие тут аргументы! Всё так неожиданно… Но факт: Ева была здесь и нарисовала крест. Это, типа, наш с ней тайный знак. Ну и она ведь его нарисовала не просто так, верно?

Коллеги опять помолчали, напряжённо обдумывая ситуацию.

Я их прекрасно понимал. Двигаться вслед за людьми, которые совсем недавно едва нас не убили, это по меньшей мере неблагоразумно. Тем более теперь у нас четверо раненых и нет патронов.

В то же время вполне могло быть так, что Ева показывала нам наиболее правильный и безопасный маршрут.

То есть расклад по вариантам был равновероятный, как говорится, пятьдесят на пятьдесят: Ева либо подставляет нас, либо спасает. И сейчас нужно было очень быстро определиться, какой из этих вариантов на самом деле имеет место.

Правильное решение могло нас спасти.

Неверное решение с такой же вероятностью могло нас убить.

В момент самого напряжённого раздумья прибежал Комиссаров, следивший за обстановкой, и встревоженно сообщил, что от станции в нашу сторону по магистрали движется толпа людей.

— Едут? — быстро переспросил Стёпа.

— Нет, пешком идут.

— Хорошо, уже полегче. Они тебя видели?

— Нет, они пока за поворотом, но слышно, что много народу, в голос разговаривают. В общем, скоро будут здесь.

— Ясно… Где старые бинты Петровича?

— Да там же, на дрезине.

— Понял. Слушай задачу…

Постановка задач заняла семь секунд, после чего мы разбежались по «рабочим местам».

Юра метнулся в дальний боковой тоннель и разбросал там по ходу движения окровавленные бинты Петровича.

Спартак перевел стрелку, мы загнали дрезину с Петровичем в зарешеченный тоннель и укатили её за поворот.

Спустя несколько секунд прибежали Юра и Спартак, аккуратно закрыли ворота, вставив спиленные петли, как и было, между створками.

Затем мы укрылись за поворотом, выставили Юру в качестве наблюдателя и стали ждать. Вернее, мы его выложили: он лежал, прижавшись к стенке, и одним глазком выглядывал из-за поворота, чтобы вовремя подать сигнал, если всё получится очень плохо.

Через некоторое время в магистральном тоннеле послышались голоса.

Мы замерли и обратились в слух.

Людей было много, они о чём-то спорили; судя по отрывочным возгласам, можно было догадаться, что решается вопрос, куда идти.

Вот это был момент, я вам скажу. В буквальном смысле слова животрепещущий и судьбоносный!

Если сейчас они вломятся сюда, нам конец. И тогда получится, что я с этим дурацким Евиным крестом подставил всю команду.

Юра еле слышным шёпотом доложил:

— Идут к решетке… Тихо, замерли все!

Мы и так сидели как мыши, а в тот момент вообще дышать перестали.

У меня в ушах застыл негромкий лязг, который получился, когда Стёпа толкнул решетку…

Я зажмурился и с ужасом ждал, что сейчас услышу этот лязг наяву…

Прошло много томительных секунд, затем Юра сообщил, чуть возвысив голос:

— Всё, пошли по дальнему тоннелю…

То есть по тому, где Юра разбросал окровавленные бинты. Вообще, очень незамысловатая приманка, не думал даже, что на неё клюнут.

Ещё через минуту Юра в голос доложил:

— Чисто. Все ушли.

Господи, спасибо! Нет, я атеист, но… Всё равно, спасибо за всё!

— Ну всё, орлы, в путь, — скомандовал Стёпа, вставая и направляясь к дрезине. — Посмотрим, куда нас приведет крест твой подружки…