Под грифом "Любой ценой" - Альберт Байкалов

Сэм Кейро взял стоящий у кровати чемодан и посмотрел на Глеба Васильевича:

– Ну, что, как у вас говорят, с богом!

– Надо присесть на дорожку. – Глеб Васильевич опустился на край кресла и достал из кармана пиджака платок. Руки предательски тряслись. Он с опаской посмотрел на американца и провел платком по лбу.

«Неужели они что-то перепутали? – подумал он и снова посмотрел на часы. – До отлета час с небольшим. Я позвонил вчера вечером… Нет, этого не может быть».

– Что вы так волнуетесь, Глеб Васильевич? – Курочкин встал и подошел к двери. – Через два часа у вас начнется новая жизнь.

Он вышел в коридор. На красной, с зеленым узором вдоль кромки, дорожке стояли двое мужчин. Один, рослый, с мощной грудью и умным лицом, второй, чуть ниже ростом, что-то оживленно ему рассказывал. Они одновременно посмотрели на появившегося в дверях Кейро и медленно пошли в его сторону.

– Я тебе говорю, там только деньги плати, все есть, не пожалеешь, что согласился, – размахивая руками, говорил тот, что пониже.

Кейро отступил обратно в номер, намереваясь пропустить их. Сзади уже стоял Глеб Васильевич. Неожиданно Сэм заметил, как конструктор переменился в лице. Глядя на мужчин, он буквально сиял от счастья.

– Это ваши знакомые? – удивился такой реакции Сэм.

– Коллеги мы, – услышав вопрос, сказал тот, что пониже, и неожиданно толкнул Кейро в грудь ладонью: – Что, хотели просто так улететь?

Опешив от такой наглости, Кейро растерялся.

Между тем рослый поднял на уровень лица пакет и тряхнул им. Внутри что-то звякнуло.

– А обмыть это дело не надо?

– Нам лететь два часа, – залепетал вконец растерявшийся Кейро. У него в голове не укладывалось, где эти дружки Тихонова могли договориться с ним о встрече. В следующий момент он вдруг понял, что не могут они быть в дружеских отношениях с его подопечным. Менталитет не тот, да и возраст…

– Не два часа тебе лететь, – прикрывая за собой двери, сказал рослый.

– Если не обменяют, то полет продлится лет двадцать. – Тот, что пониже, посмотрел на рослого. – Я правильно говорю, Антон Владимирович?

– Ты же, Вася, у нас ясновидящий…