Миротворец - Иван Стрельцов

— Ну, ну, посмотрим, кто окажется прав, — неопределенно проговорил командир «Дельты» — географические названия, которыми с легкостью оперировал русский, для него были темным лесом.

Каролина Флетчер сидела неподвижно, подперев двумя руками подбородок. На ее лице читалось смятение от информации, полученной от Объединенного штаба разведок США, и от уверенных заявлений Родиона. Все это противоречило друг другу, и неправильный выбор мог стоить слишком дорого всему западному миру, где карьеры и даже жизни отдельных людей ничего не значили.

Наконец вернулся Джеймс Гучас, а следом вошел представитель Израиля.

— Руководство моей страны, — прикрыв дверь, заговорил Кацц, — приняло решение поднять по тревоге 13-ю флотилию боевых пловцов, и если ливийская подлодка сможет вывезти из Европы ракеты, израильское правительство отдаст приказ атаковать ее на входе в базу.

— До применения боевых пловцов дело не дойдет, — устало махнул рукой резидент ЦРУ. — За субмариной сейчас наблюдают две дюжины радаров ударной авианосной группы во главе с авианосцем «Америка». И если ливийцы только попытаются войти в нейтральные воды, их лодку тотчас разнесут на молекулы. — Гучас сделал короткую паузу, потом продолжил, глядя в упор на сидящего напротив Крутова. — Главный вопрос для группы, чем мы должны заниматься в данный момент?

— Я остаюсь при своем мнении, — бросив на стол зажигалку, твердо ответил Родион. — Срываться с места сейчас глупо, придется собирать аппаратуру и разворачивать ее на новом месте, а это потерянное время. Причем, как я недавно услышал, счет идет на минуты.

— Что вы конкретно предлагаете, мистер Всезнайка? — Лицо Гучаса приобрело цвет мороженой говядины, резидент в очередной раз заподозрил коллегу в двойной игре.

— Я по-прежнему настаиваю на отслеживании информации, потому что, зная профессиональный потенциал Джафара, твердо уверен, все происходящее — не более чем акция прикрытия. Он всеми силами пытается отвлечь нас от основной операции.

В ожидании поддержки Гучас выразительно посмотрел на Флетчер, но лицо молодой женщины, попавшей в сложнейшее переплетение интеллектуального противостояния, уже ничего не выражало. Тогда резидент перевел взгляд на израильтянина. Моше Кацц пока что держал логическую нить крепко в своем мозгу.

— Если лодка будет нейтрализована, то террористам вряд ли удастся вывезти ракеты, если, конечно, у них нет другого способа транспортировки. Значит, нужно искать запасной канал, — медленно проговорил израильтянин. — Но нельзя сбрасывать со счетов и версию мистера Крутова.

«Итак, Каролина в отбое, — весьма довольный собой, размышлял резидент. — И все равно остаются двое против одного. А с учетом железного довода еврея, это внушительно».

— Значит, продолжаем изучать приходящую информацию.

Работа затянулась до позднего вечера, и только ближе к ужину Гучас собрал группу на очередное совещание. Войдя в комнату, Родион обратил внимание на лицо резидента: к бурому цвету примешался синеватый оттенок, видимо, артериальное давление подскочило до, максимума.

— Подлодка все время курсирует вдоль водной границы. Мое руководство в Лэнгли, — не дожидаясь, пока вошедшие рассядутся по своим местам, торопливо заговорил резидент, — связалось с коллегами из МИ-6, у англичан лучше налажена агентура в Ливии. Те через свои каналы установили, что командование ВМФ Ливии проводит маневры своих подводных сил и частей противолодочной обороны…

— Значит, они нам просто одной рукой демонстрировали блестящую бумажку, а другой у нас из-под носа вытаскивали бумажник, — совершенно неожиданно и очень красочно выразился командир группы «Дельта».

— Это еще не все, — продолжил Гучас. — В Черногории не обнаружили никаких следов груза, который якобы привезли прорвавшиеся через границу автомобили. — Это сообщение никто не стал комментировать, и так было все ясно. — Это, так сказать, в позитиве, но и в активе тоже кое-что имеется. Только что у меня был комиссар полиции, его люди сняли в доме отпечатки пальцев и составили фотороботы проживавших там людей. Потом пропустили эти данные через компьютер Интерпола, оказалась очень интересная компания. Кроме гражданина США Мустафы Хаджи (Джафара), опознаны еще двое международных террористов — суданец Ибрагим Фарук и турок Карим Мусалдин. Оба отличились не в одной террористической акции.

— И что это нам дает? — подал голос чернокожий верзила из «Дельты», сжимая до хруста огромные кулаки.

— Очень многое, — опередил Гучаса с ответом Крутов и пояснил свою мысль: — Теперь мы имеем полный портрет не только главаря, но и двух его подручных. К тому же, учитывая почерк наших оппонентов, могу с уверенностью сказать, если нас все время направляли назад в сторону бывшей Югославии, то, думаю, есть смысл обратить наши взоры в противоположную сторону, на границу Греции.

— Они что, пойдут через контрольно-пропускной пункт? — с недоверием спросила Каролина.

— Трудно пробираться по горным контрабандистским тропам, когда каждому из троих приходится тащить на своих плечах крылатую ракету весом свыше тонны. Поэтому они обязательно повезут «томагавки» по трассе и соответственно будут проходить пограничный КПП, где им подготовлено «окно». То есть ни документы, ни груз у них проверять не будут. Это беспроигрышный вариант, но, насколько мне известно, последний год в Греции пограничные КПП оснащены цифровыми камерами слежения, и за их контроль отвечает госбезопасность. То есть продажные пограничники не имеют доступа к электронике. Если информацию за последние сутки пропустить через компьютер, в который заложены физические параметры наших противников, то, думаю, вскоре мы узнаем, через какой пункт они прошли, под какими именами и на какой машине едут.

— Во дает, — удивленно присвистнул командир «Дельты», лицо огромного афроамериканца напоминало лицо деревенского дурачка, рожденного от союза кровных родственников.

Реакция Джеймса Гучаса была совершенно иной: вскочив со своего места, он в очередной раз бегом бросился из комнаты совещаний в который раз за день налаживать международные контакты…

Просеивание информации через сверхскоростной компьютер затянулось до самого утра, и лишь когда за окнами стало светать, в комнату, где дремали члены группы, умостившись в не очень удобных креслах, вошел сияющий резидент и рявкнул, не скрывая радости:

— Есть, — и уже потише добавил: — Мы их обнаружили, все трое на тягаче «Рено» с прицепленной к нему рефрижераторной камерой направляются в сторону города Лариса. Как мне сообщил высокопоставленный чин из греческой госбезопасности, там на бывшем военном аэродроме открыли большой аэропорт внутренних авиалиний. Так что, думаю, их там ждет средство воздушной транспортировки.

— Отлично, — широко улыбнулся Крутов. — Сообщите греческим спецслужбам, кого нужно задержать. И можно считать — дело в шляпе, с тремя-то боевиками, зажатыми в тесной кабине тягача, справиться не составит большого труда.

— Ну уж нет, — поджав губы, Джеймс резко замотал головой. — Террористам до Ларисы добираться больше часа, и нашим «Блэк Хок» лететь примерно столько же. Так что это наша дичь, и мы ее загарпуним.