Девушка с пистолетом «ТТ» - Роман Каретников

- Не, он сказал, ещё дня три пробудет у матери. Так что, если надумаешь уезжать, то получится, зря ты меня гонял к ним эти дни. Так ты её и не застанешь.

- Да ладно, - махнул рукой Женя. – Уже надобность отпала.

- Чудак ты, Жёлтый, - удивился Витька. – То срачку порол: «Узнай, где Светка, узнай, где Светка», а теперь и надобность отпала.

- Так говорю же, уезжаю я. Передавай ей привет, когда вернётся.

- Ладно, передам. Но, ты меня с мысли не сбивай! Я тебе что хочу рассказать? Забегаю я, значит, сегодня к Нурику, узнать насчёт Светки, так он, поверишь, впервые на человека стал похож.

- Да ну? – с непритворным изумлением воскликнул Женя. Его очень интересовало то, что сейчас происходит со Светкиным мужем, Нурсултаном Ахмедовым.

- Бля буду, - клятвенно заверил Витька. – За стол усадил, выпили мы с ним, причём как следует. Виски. «Чивас Регал», между прочим …

- Ничего себе, - поддакнул Женя.

- Вот. Дозу взяли немалую. Султанчик говорил, ему нужно стресс снять. Наверное, на работе опять с налоговой поцапался. Сняли хорошо. Он там у себя прямо под стол и свалился. Я его потом на диван перетащил.

- Вот это да! – протянул Женя, знавший по Витькиным рассказам, что Ахмедов почти не употребляет алкоголя. Он испытывал угрызения совести, что причинил Светкиному мужу столько волнений.

- То-то и оно. Ну, так когда мы там базарили с ним, в ходе процесса, то Нурик обмолвился, что у Матвея начинаются серьёзные неприятности. Понял?

Витька выразительно посмотрел на Женю.

- Так что, ему будет не до тебя. Может, как-то замнётся это дело?

- Может, - сказал Желток. – А может, и не замнётся. Так что, я, всё-таки, уеду.

- Надолго? – спросил Витька.

- Не знаю. Как получится, - ответил Женя, покривив душой. Возвращаться сюда он не собирался. Когда речь идёт о собственной жизни, нет такого понятия, как излишняя осторожность.

- Эх, - сокрушённо сказал Витька, - хорошие люди разъезжаются, а кто остаётся? Ну что за жизнь, а?

- Дерьмо, - сказал Женя.

- Это точно, - подтвердил Витька.

Женя протянул ему ключ от своей квартиры:

- Возьми. Мало ли что. Пусть будет у тебя.

- Ладно, - сказал Зыков, пряча ключ в карман.

- И ещё. Зайди завтра к нам в отдел, найди Палыча, скажи, что я рассчитываюсь. Вот, отдашь ему …

Женя протянул листок с заявлением об уходе.

- Ну, это ты зря, - сказал Витька. – Сейчас с работой туго. Какие-никакие, а деньги там платят. Или думаешь на фирму где-то устроиться? Ты учти, сейчас левых фирм много, кинуть могут.

- Так, как родное государство, никто не кинет. Что-нибудь придумаю, - ответил Женя.

- Тоже правда, - Витька в очередной раз качнулся влево. – Оп-па, что-то меня водит. Пойду я, наверное, прилягу, больно заморский продукт меня расслабил.

Он встал с табурета и подошёл к Жене.

- Ну, давай, Жека. Надолго не исчезай.

Он протянул Желтку широкую ладонь.

- Ещё увидимся. Обязательно когда-нибудь увидимся, - сказал Женя и крепко сжал его руку.

Зыков махнул на прощание и ушёл неуверенной походкой сапёра на минном поле.

Женя осмотрелся по сторонам. До прихода Витьки он успел переодеться и выбросить одежду и обувь в стоящий во дворе мусорный бак. Из вещей он решил ничего не брать, только документы и имеющиеся деньги. Если уходить, решил Женя, то налегке, и сразу.

Он подошёл к зеркалу и в который уже раз за сегодня осмотрел своё отражение. Зрелище было, честно говоря, не очень. Редкие прохожие, встретившиеся ему сегодня утром по дороге, на миг сбивались с шага, увидев его лицо. Женя покачал головой и взял пудреницу, оставшуюся от жены и пролежавшую все эти годы, почему-то, на кухне. Морщась, он начал припудривать места, утратившие первоначальный телесный цвет. Затем полез в кладовку и вернулся назад со старой тёмно-синей бейсболкой. Надев её на голову, он опустил козырёк пониже, закрывая лицо. Затем нацепил тёмные очки и осмотрел себя в зеркале ещё раз. Не идеал, но уже намного лучше. По крайней мере, внимания он привлекать не будет.

Женя ещё раз медленно прошёлся по квартире, проверяя, не оставил где чего-нибудь нужного. Застегнул доверху куртку, похлопал себя по карманам, всё ли на месте, и открыл дверь.

Язычок английского замка звонко щёлкнул за его спиной. Внезапно появилось чувство, будто вся его жизнь остаётся сейчас здесь за закрытой дверью. А то, что будет дальше, произойдёт уже не с ним, а с другим человеком, несмотря на то, что его тоже будут звать Евгением Викторовичем Желтицким.

Женя грустно вздохнул. Встряхнул головой.

И начал спускаться вниз по лестнице.