«...И ад следовал за ним» - Стивен Хантер

Третий нападавший снова сделал выпад, на этот раз пробив блок, который поставил Эрл. Лезвие глубоко вспороло руку. Хлынула кровь, однако боли Эрл не почувствовал, ибо его организм был до отказа насыщен адреналином. Коротким ударом коряги в лицо он вынудил нападавшего отскочить назад, но в этот момент второй негр, придя в себя, набросился на него сзади и стиснул в медвежьих объятиях. Они повалились на койку, скинув с нее на пол двух ошалевших спросонья заключенных.

Где-то зажегся светильник, разрывая кромешный мрак, и только теперь Эрл увидел, что его придавил к койке не кто иной, как сам верзила Полумесяц, а еще один негр уже подобрал с пола нож и готов снова напасть на него. Поэтому Эрлу пришлось импровизировать. Он с силой обрушил каблук тяжелого башмака на ногу Полумесяцу. Верзила, завопив, ослабил хватку, и Эрл ударил его затылком в лицо, раскровенив нос. Развернувшись, он увидел, что его оглушенный противник еще не пришел в себя, и пригвоздил его мощным тычком в подбородок. Эрл почувствовал, как хрустнула и сместилась сломанная челюсть. Схватив выведенного из игры тяжеловеса, он толкнул его на нападавшего с ножом, заставляя того отпрыгнуть в сторону.

Однако нападавший тотчас же опомнился. Молодой негр знал свое дело. Ловко увернувшись от Полумесяца, он спокойно удержал равновесие и перехватил нож поудобнее. У него в глазах не было ни тени эмоций, в движениях чувствовалось мастерство. Пританцовывая, негр быстро надвигался на Эрла и вдруг так быстро выбросил нож вперед, целясь в лицо, что даже такой проворный боец, как Эрл, не успел полностью увернуться. Лезвие скользнуло Эрлу по голове, оставив глубокую, кровоточащую рану. И все же острие не попало в глаза, к чему стремился нападавший. Эрл не поддался панике, что на его месте произошло бы со многими. Он бросился вперед быстрее, чем его противник успел отступить назад, понимая, что чем больше он сократит расстояние, тем меньше преимуществ останется у нападавшего с ножом. Прежде чем негр успел снова вернуть лезвие в игру, Эрл выдал ему в грудь молниеносную комбинацию прямых ударов левой, затем правой, снова левой и опять правой, с удовлетворением почувствовав, что каждый из них достиг цели. Негр пошатнулся, отступил назад и с затуманенным взором снова сделал выпад ножом. Без труда уклонившись от лезвия, Эрл нанес завершающий удар в подбородок. Лишившийся чувств негр, как подкошенный, рухнул на пол.

Теперь светильники зажглись уже повсюду. Полумесяц сидел на полу с вывернутой челюстью. Его широкая черная грудь была покрыта алой пеной, вытекающей из многочисленных ран, которые Эрл успел нанести острием коряги.

— Ну же, верзила, иди сюда, давай закончим! — в ярости выкрикнул Эрл, обливаясь потом и кровью.

Его полностью обуяло безумие смертельной схватки. Он думал только о том, как сокрушить, уничтожить своего противника, но Полумесяц вместо того, чтобы идти на него, отступил назад, поднимая руку. Великан-негр попятился, пытаясь остановить кровотечение из рваных ран. На эту ночь с него было достаточно.

Эрл стоял, слегка покачиваясь, так как постепенно начинала давать знать о себе боль, временно притуплённая адреналином. Сильнее всего болели руки; костяшки пальцев были украшены кровью. Эрл несколько раз разжал и стиснул кулаки, ощущая обжигающую боль. Однако все кости, похоже, были целы. Обернувшись, он увидел на лицах негров, залитых светом светильников, неприкрытый ужас. Заключенные таращились на него, словно на жестокого, кровожадного зверя, только что родившегося среди них. До Эрла лишь сейчас дошло, что он весь забрызган кровью.

Он нащупал длинный порез на голове, и его пальцы окрасились алым. Эрл осмотрел левую руку, вспоротую ножом. Обе раны кровоточили. Раскрыв мешок, украденный из прачечной, Эрл достал чистую нательную рубаху, зубами разорвал ее по швам и быстро соорудил импровизированные повязки, останавливая кровотечение. Он понимал, что ни одна из ран не смертельна, однако чем меньше крови он потеряет, тем быстрее восстановит силы. Плохо, что у него нет рыболовной лески: в некоторых местах можно было бы наложить швы.

Вдруг Эрл услышал причитания:

— Мама! Мама! Я не хочу отправиться в «дом криков»! Мама, сделай так, чтобы меня не забрали в «дом криков»! Господи, только не «дом криков»!

Негр, нападавший на Эрла с ножом, пришел в себя и обнаружил, что умирает. Сбитый с ног ударом Эрла, он ухитрился напороться на собственный нож. Лезвие глубоко вошло в бедро. Рана кровоточила настолько сильно, что не вызывало сомнений: несчастный умрет от потери крови. Вокруг раненого стояли заключенные, завороженно глядя на мучения своего товарища.

— О Господь! — вопил молодой негр, беспомощно размахивая руками. — Избавь меня от такой смерти. Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы меня не забрали в «дом криков»!

Похоже, никто не знал, как ему помочь. У Эрла перед глазами промелькнули военные воспоминания: молодые парни, кровь, горечь потери, нежелание поверить в то, что все произошло так быстро, оцепенение и растерянность оставшихся в живых. Все это было знакомо ему слишком хорошо.

Поднявшись на ноги, Эрл подошел к парню и опустился перед ним на корточки.

— Сильно ты порезался, сынок, — сказал он.

— Босс, не отдавайте меня им. Пожалуйста, умоляю вас именем Господа, не отдавайте меня.

— Успокойся. Чем меньше ты будешь кричать и дергаться, тем меньше крови потеряешь.

Эрл склонился над раной. Из нее торчал нож мясника со старой, отполированной руками рукояткой.

— Сынок, сейчас я вытащу нож из раны. Тебе будет больно, очень больно.

— Босс, помогите мне!

— Эй вы, ребята, — окликнул Эрл, — кто-нибудь, подойдите сюда. Дайте этому парню что-нибудь, во что можно вцепиться. Еще кто-нибудь пусть принесет тряпку, смоченную в холодной воде, и протрет ему лоб. Если он не успокоится, ему не выжить.

Заключенные суетливо бросились исполнять его распоряжения.

Как только раненого надежно ухватили, Эрл положил одну руку на мускулистое бедро, другой ухватился за рукоятку ножа, глубоко погруженного в рану, пенящуюся кровью, подмигнул парню — как он теперь разглядел, совсем еще мальчишке, каких ему вдоволь пришлось насмотреться на войне, — и резко выдернул лезвие. Молодой негр вздрогнул от пронзительной боли, но не издал ни звука.

Тотчас же кровотечение усилилось.

— Принесите мне шнурок, веревку или еще что-нибудь. Необходимо перетянуть артерию.

Кто-то отправился на поиски, однако кровь прибывала так быстро, что Эрл испугался, как бы не опоздать. Он осторожно раздвинул края раны.

— Поднесите сюда свет, чтобы было лучше видно!

Светильник опустили, и Эрл рассмотрел в глубине раны пульсирующую рассеченную артерию. Никакого зажима у него не было, поэтому он погрузил в рану руку и пережал тонкий сосуд двумя пальцами, перекрывая кровь.

— Он должен оставаться в таком положении до тех пор, пока бедолаге не окажут врачебную помощь.

— Раньше утра это не произойдет.