Белый легион: Террор не пройдет! - Илья Рясной

— Смешно, да? — опять начал хорохориться Руслан. — В центр города должен подвезти. Там у меня возьмут. Я ни при чем…

— Руслан… Я тебе гарантирую одно. Ты скажешь нам все, — пообещал «медведь». — Через полчаса…

Руслан криво улыбнулся. Он не собирался говорить ничего. Сердце ухало в предчувствии страшного. Но он должен был держаться… Должен… Он не может опозорить себя. Своих братьев. Свой род! Должен…

— Отдохни пока…

Руслан пошевелил закованными в наручники руками. Разомкнуть бы их, ударом выбить дух из здоровяка, распахнуть дверцу фургона… Но это нереально…

Ему очень не понравились слова «отдохни пока»…

— Куда везете? Куда? — заволновался он.

Но ему не отвечали…

А потом кошмар продолжился. Гордого чеченца вытолкали из машины, как какую-то недостаточно поворотливую скотину. И затолкали в длинную фуру с иностранными надписями на боках. Захлопнулась дверца, отрезая солнечный свет и внешние шумы. Зажглась электрическая лампочка. Внутри было просторно, гулко и жутко. В центре стояло кресло.

От вида этого кресла решимость Руслана сразу ухнула куда-то в центр Земли, в магму, да там и сгорела.

Кресло было хирургическое, с ремнями. Рядом, как в старых фильмах о фашистах, столик с инструментами.

Здесь к тем двоим русским, которые сопровождали его в фургоне, присоединился невысокий, немножко сутулый человек с тщательно зализанными на пробор жиденькими волосенками. Руслан скривился. Даже в своем незавидном положении он не мог скрыть презрения к таким вот червякам, которых можно навсегда задавить одним взглядом. В них нет ничего от настоящих мужчин, кроме привычки носить брюки.

— Руслан, — произнес Глеб, которого Руслан окрестил «медведем». — Я буду говорить коротко и доходчиво. Выбор остается за тобой, но он невелик. Первый вариант — ты сотрудничаешь с нами, помогаешь нам разрешить возникшую проблему. За это мы оставляем тебе жизнь…

— Можешь меня убить, — сквозь зубы процедил Руслан.

— Это второй вариант. Ты отказываешься от сотрудничества. Тогда Доктор, — он кивнул на «червяка», который вежливо улыбнулся, будто его представили на светском рауте, — с помощью нехитрых инструментов и хитрых психотропных веществ — слыхал небось о таких — выдавливает из тебя по капле все. И ты умираешь. В мучениях…

Глаза чеченца полыхали ненавистью и упрямством.

— Я тебя понимаю. Ты боишься не за себя, а за своих близких… Поэтому учти, что вместе с собой сегодня же в могилу ты потащишь свою сестру и отца, которые живут в Подольске.

Руслан дернулся, изрыгая нечто нечленораздельное, но ремни крепко удерживали его. Это было нечестно! Русские так не могут! Чеченцы — могут, а они — нет!

— У нас специфическая организация, — продолжил Глеб. — Ее авторитет основан на том, что мы всегда держим обещания… Мы зачистим всех твоих родственников, которых найдем…

— Ты… Ты грязная свинья. Ты скотина… Я на руку намотаю твои кишки, собака…

— Эмоционально, но не убедительно… Даю тебе три минуты на раздумье. — Глеб посмотрел на часы. — Потом отдам тебя в руки Доктора.

— Ты… Я вырежу всех твоих…

— Время пошло…

В Чечне Руслан привык жить рядом со смертью. Он очень много видел смертей, убийств. Гибли люди от бомбежек, от межплеменной вражды. От солдат федеральных войск. Убивали его братьев и сестер. Он сам убивал… Это было нормально… Он готов был убивать и умирать… Так ему тогда казалось…

Сейчас ему казалось иначе. Он понял, что умирать именно сейчас и именно здесь совсем не готов. Тем более вместе со своими родными… Он боялся смерти. Он хотел жить…

Когда время истекло, он пробормотал:

— Мы все равно сочтемся, собака…

— Итак, ты согласен, — констатировал Глеб.

— Что хочешь знать?

— Начинай сначала…

Руслан поплыл. Биополевой стресс-детектор, который был смонтирован на передвижном оперативном пункте, устроенном в самой обычной на вид фуре, сбрасывал на компьютер диаграммы, и специалист за перегородкой подтверждал — Руслан говорит правду…

Картина получалась следующая. Руслан, немало потрудившийся на благо чеченских террористов, неоднократно снабжал группировки оружием, снаряжением и всем необходимым. Дело было прибыльное. Работал, в основном, по конкретным заказам. На этот раз очень серьезные люди ему заказали партию радиоизотопов. Правда, изотопов не простых. Это было одно из старательно оберегаемых ноу-хау ядерного центра в «Снежанске-11». Группа высокоактивных трансформеров, как коряво обозвали их. Вещества безобидные, но путем нехитрой обработки переходящие в активное состояние. По всем научным парадигмам, такие изотопы вообще в природе существовать не могут. Но факт остается фактом — НПО «Сигнал», держащее две трети производства радиоизотопов в стране, в прошлом году создало это чудо. Одно из его применений — в качестве оружия массового поражения. При распылении над мегаполисом последствия могут быть самые страшные. Попадая в тело жертвы, эти изотопы практически не выводятся и работают как бомба, разрушая организм радиоактивностью. Рак легких, лейкемия, лучевая болезнь… И все в массовых масштабах… Идеальное орудие для теракта.

— Откуда ты узнал, где взять эту дрянь? — спросил Глеб.

— Я одно время занимался рынком изотопов, — пояснил Руслан.

— Вместе с Мирзоевым? — Глеб вспомнил давнее кровавое дельце.

— Да.

Задача Руслана состояла в том, чтобы добыть оружие возмездия. Дальше — не его забота. Планировалось, кажется, что-то грандиозное.

— У нас нет танков и самолетов, — прошипел Руслан. — У нас есть воля к победе. И все средства для этого годятся…

— Давай дальше, философ…

А дальше все просто. Проходит купля-продажа изотопа. Руслан в Москве передает товар и отчаливает на все четыре стороны.

— Кто все это затеял? — спросил Глеб. — Кто получатель?

— Он тебе не по зубам, — буркнул пленник.

— Хотя бы облизнуться.

— Сельмурзаев.

— Тот самый? Депутат законодательного собрания?

— Да…

— Уже интереснее, — Глеб хмыкнул. Как же. Личность известная. Депутат Усман Сельмурзаев, председатель правления банка «Спектр-Интернациональ», а также совладетелец парочки гостиниц и пивного заводика в Москве. — А дальше. Кто исполнитель теракта?

— Не знаю…

— У нас договор, Руслан…

— Я не знаю!

— Врет, — послышалось у Ратоборца в крошечном наушнике. — Все показатели зашкаливают. Похоже, очень тепло…

Ратоборец опять посмотрел на часы и произнес: