Человек войны - Андрей Негривода

– Как ваши успехи, сержант? – Паук сидел за своим столом и в упор смотрел на этого гордеца.

– «Орешек знаний тверд, но мы не привыкли отступать!..» – проговорил парень по-русски и тут же перешел на французский язык: – Эти шесть секунд на «полосе», месье генерал, я сделаю в следующий раз!

– Вы говорили это еще год назад, сержант.

– Если бы я не был инструктором-нянькой, месье генерал, и у меня было бы больше времени на личные занятия, то...

– Ясно! – Жерарди хлопнул ладонью по столу. – И вы, сержант, все еще хотите попасть в батальон «Диких Гусей»?

– Так точно!

Жерарди посмотрел на Андрея, который «изучал сержанта со стороны», словно передавая эстафету.

– Где служил, братишка? – проговорил Андрей тихо.

Сержант дернулся так, словно его долбануло разрядом тока, и уставился на своего собеседника.

– Что молчишь? – улыбнулся Филин. – Французский выучил, а русский забыл? Так, что ли?

– Никак нет, месье капитан... Братишка? А где?..

– Мне повторить вопрос, сержант? – Андрей посуровел для острастки.

– Я из «Аквариума»... «Водолаз»...[2]

– Сколько тебе лет?

– Тридцать семь...

– Не поздно в «Дикие Гуси»?

– Нормально! – улыбнулся сержант. – Я в этом всю жизнь...

– «Водолаз», говоришь...

«...В Афгане был – стопудово! Да и „школа“ видна... В „Аквариуме“ умели учить, особенно если он „водолаз“! Водяной ту же школу прошел, и возраста они одного... Может, даже и служили вместе... Хотя... не факт...»

– Где «понырять» приходилось? Когда? Кем? За Речкой тоже бывал?

Парень улыбнулся одними глазами и хмыкнул:

– Прям передача «Что? Где? Когда?».

– Ты хочешь попасть в «Гуси»?

Парень кивнул головой:

– 86—87-й. 116-й отдельный отряд специального назначения. Газни, Калат, Чарикар. Командир МОГ[3]. Майор.

– Ясно...

Да! Теперь Андрею действительно было ясно, что за «птица» этот сержант-инструктор. Да к тому же подтвердились и его сомнения-предположения – его друг Водяной не мог не знать этого вояку, потому что служил именно в эти годы и именно в этом отряде «водолазов». Филин нашел его однополчанина!

– За Речку поедешь со мной еще разок?

– Да как «С добрым утром!» – улыбнулся вояка. – Интересно же побродить по знакомым местам!

– Как тебя зовут, майор?

– Игорь Фролов.

– А позывной соответственно «Фрол»?

– Был и такой когда-то, – улыбнулся сержант еще раз. – Последний позывной – «Гюрза».

– Что так?

– Кусали мы больно.

– Понятно. – Андрей посмотрел на молчавшего все это время Жерарди и обернулся к сержанту. – Иди, сержант, собирай вещи, раз готов «прогуляться по знакомым местам». Сейчас 17.40... Жду тебя у входа в штаб ровно в 18.00.

Эх, как загорелись в этот момент его глаза!

– Разрешите идти, месье генерал?!

– Идите, сержант! – улыбнулся Жерарди. – Идите готовиться... Если месье капитан берет вас, то с этого момента – он ваш непосредственный командир! Свободны!

Как только за сержантом закрылась дверь, они оба, и генерал, и капитан, улыбнулись, услышав, как забухали по штабному паркету берцы бегущего человека.

– Ну как он тебе, Ален?

– А что можно сказать о грамотном и опытном профессионале, мон женераль? Он мой!

– Да я и не сомневался.

– Когда мы вылетаем, Паук?

– Завтра вечером, в 20.00, взвод лейтенанта Старкова должен присоединиться в Обани к другим подразделениям... В 21.00 в Афганистан вылетают четыре «Геркулеса». Всего – батальон десантников из Аяччо под командованием полковника Ла Грасса.

– Командира 2-го ПДП? – удивился Андрей.

– Полковник уже полгода как переведен в Обань, на должность заместителя начальника штаба, капитан... После афганской командировки он должен получить наконец-то чин «бригадного генерала».

– Ясно. Моя роль?

– Ты подчинен непосредственно полковнику, Ален... Ла Грасс был очень доволен, когда узнал, кто назначен его заместителем по разведке...

– Благодарю, мон женераль!

– Не за что, капитан... Ты уже давно «вырос» до этой должности...

– «Свой» взвод я смогу увидеть, надо понимать, только завтра, в Обани?

Жерарди хитро взглянул на Андрея, потом на свои часы на запястье:

– Отчего же? Свой взвод ты сможешь увидеть через пять минут после того, как выйдешь из штаба. В своей старой казарме.

– Так они здесь? – Андрей вскочил со своего стула.

– Уже примерно час, капитан.

– Разрешите идти, мон женераль?

Паук только улыбнулся:

– Мальчишка. Иди-иди! Поздоровайся с друзьями! О том, что ты вернулся, они еще не знают... Жду тебя завтра в 12.00! Свободен, капитан!..

Сегодня по штабному паркету только то и делали, что бегали взволнованные легионеры.

Сказать, что это была бурная встреча старых друзей – значит не сказать ничего! Андрею были рады все, но особенно его «аксакалы», с которыми он начинал свою службу в Легионе три с половиной года назад, да и те, кто пришел чуть-чуть позже: Стар, Вайпер, Водяной, Джамп, Гранд, Джагглер, Стингер, Флэш, этот неистовый осетин вообще носил его на руках минут пять, братья Кузнецовы – Оса и Тень, его спаситель в последнем задании Дизель, его протеже Кот. Да, в общем, все те, кто его знал раньше!

А уж каким сюрпризом была встреча Водяного и его, Андрея, «новобранца» Гюрзы!.. Оказалось, что старший прапорщик Павел Городецкий был штатным минером с позывным «Гром» в МОГ, которой в Афгане командовал... Да-да! Именно так! Майор Игорь Фролов, Гюрза!..

Такого жизненного поворота, такого сюрприза не ожидал никто, а уж эти-то двое и подавно!..

...Андрей не стал ничего скрывать от своих старых друзей из того, что с ним было, что случилось за весь тот год, что они не виделись – неудобно ему было заниматься «партизанщиной» перед людьми, которым, по сути, был обязан жизнью[4]. С юморком, с анекдотами, а как же иначе? Он рассказал им обо всем... И об охране «богатенького Буратины». И о том, что он, опытнейший снайпер, умеющий «валить цели наглухо» с 1000 метров, не попал в собственное сердце, в упор... И о работе грузчиком после перенесенных трех тяжелейших операций... И о том, как голодал две недели, работая в ресторане...