Разведывательно-диверсионная группа. Кэт - Андрей Негривода

– Поподробнее о людях, Паша, – нам их вытаскивать.

Бывший прапорщик как-то весь подобрался в один миг:

– Докладываю... «Революционеры» считают их своим самым большим козырем, но... Макаки – они хоть и люди, но все равно макаки!.. – бросил в сердцах прапорщик. – Хреново им, капитан, очень хреново!.. Мужиков в яме держат... Да там и мужиков-то нет – одни стариканы да тинейджеры. А баб... Им же, скотам, белого человека унизить – кайф несусветный, а тут еще и девки белые... Короче, хреново им всем...

– Как их вытащить, тезка? – Стар не мог сдержать своих эмоций и влез в разговор. – Как?! Так, чтобы без потерь – им и так уже на полжизни отвалило...

– А знаете, братишки, просто!

– Говори, Паша, говори в темпе – их же, наверное, прямо сейчас!.. Пока мы тут лясы точим!

– Станцию видишь? – Пленный кивнул на свою радиостанцию.

Аппарат был довольно древний и очень знакомый. Стар, бросив беглый взгляд на это «чудо» военной техники, кивнул и тут же сообразил:

– Тональный сигнал?

– Знаешь...

– Так, прапорщик! – Кондор посмотрел на свои часы и сделал нетерпеливый жест. – Один вопрос!

– Слушаю, кэп!

– Ты с нами или нам придется...

– Таскать за собой пленного в такой операции не с руки, – продолжил экс-дозорный с пониманием. – И за спиной оставлять глупо... Так? Так! Понимаю, чего уж там, – сам не один год в этой упряжке... А ведь мог бы и не спрашивать, у «братишки»-то!..

– Обязан, сам знаешь!

– Да уж знаю... Берешь в группу еще одного бойца, а, Краповый? Или мне самому к побережью выбираться придется?

Кондор взглянул на Стара, и тот понял его сомнения:

– А как же твои племяшки-близняшки? Так и бросишь кучу ежемесячного американского «бабла»? И жаба не задавит?

– А земля, майор, она же имеет форму чемодана... – улыбнулся Гром. – Мало ли мест есть, где мои знания приспособить к делу можно?.. Чай, не оставлю малышню голодной-то! А с совестью дружить надо – «чтобы не было обидно и больно...»

– «...За бесцельно прожитые годы...» – улыбнулся в ответ Стар. – Ну, че, кэп? Ставим на «временное довольствие» «куска»?

– Принят!.. – кивнул Кондор. – А теперь, Гром, давай полную диспозицию. И время, время!..

– Есть!.. Значит, так!.. Людей макаки держат в яме, правда, только мужиков, яма у самой реки. С бабами посложнее – большой тростниковый шалаш, размером с нашу взводную ПОБ-30[82]... Они у самого лагеря находятся – черножопым обслуга, видишь ли, просто необходима. Так что они «под рукой».

– Хреново... – произнес задумчиво Кондор. – Вытаскивать заложников из двух мест...

– Да уж – работа усложняется... – согласился Стар.

– Можно упростить. Они всех сами в одну кучу соберут, – выдал новый член их команды.

В ответ на эту фразу оба легионера так и впились взглядами в бывшего прапорщика.

– Просто все, пацаны, – заторопился Гром. – Станция...

– Ты имеешь в виду сигнал? – переспросил Стар.

– Точно! Они очень не хотят потерять этих заложников за здорово живешь, а поэтому... При поступлении тревожного сигнала они все грузятся в плоскодонный катер и отправляются вверх по реке...

– То есть... В твою сторону?

– Ага, в мою...

– А дальше?

– До водопада... И дальше вдоль реки пешком... Потом не знаю – может, в Абуджу, а может, просто в саванну... Возможно, там где-то есть еще один лагерь – не знаю.

– А ты?

– А что я? Перебросят трос, и всех делов! Им же проводник нужен.

– Перебросят? Бросать трос на сорок метров? У вас там что, сплошные Илюши Муромцы?

– Илюш нет... Но есть арбалетчики. У них там вообще кого только нет!.. Со всего мира спецов своего дела собрано!..

– А если трос не бросят? – усомнился Кондор.

– Бросят, Филин, бросят!.. Воюют-то здесь давно – чего только не было!.. Мины сплошь понатыканы, а какие они и где стоят, уже и не помнит никто. Им без меня вверх по реке соваться никак нельзя – себе дороже...

– А вот это уже – дело!

– Ага, дело... Дальше... В катере будет человек десять-двенадцать «конвоиров», все «гуси» – это «пиратская» гвардия... Все опытные до жопы! «Заслуженные отбросы» армий мира. Даже один вьетнамский Зеленый берет есть – мужику за полтинник, а все воюет!.. Короче! Охрана еще та!..

– Ясно! Разберемся... – тихо проговорил Кондор, углубившись в свои мысли. – Сколько отсюда до лагеря? И какой ход катера?

– Километров полста... А катер обычный – корыто натуральное! Да еще больше взвода на борту, в общей сложности!.. Как говорят мореманы, до десяти узлов в час – это предел.

– Значит, идти будут по двенадцать-пятнадцать кэмэ в час...

– Где-то так.

– Ясно... Как их поднять «на крыло»?

– Я – четвертый пост... – ответил, не задумываясь, Гром. – Четыре «тона» и один длинный – это если совсем «пик». Так же и с других, по номерам.

– А если не «пик»?

– Четыре «тона» и ждать ответа с «базы» – обязательно свяжутся. Там с этим строго – сидит один человечек на связи и постоянно слушает.

– Как можно выйти на Задиру, прапор?

И тут Павел Городецкий улыбнулся во все тридцать два зуба:

– Четыре «тона»...

– Не понял!

– А он в виде наказания и сидит на станции... Меня сюда, а его на агрегат – инструктор он, видишь ли, по «спецоперациям» – хоть и в немилости, а далеко от себя не отпускают...

– Хо-ро-ш-шо... – протянул Кондор и задумался.

Какие мысли вертелись в тот момент в голове Андрея, знал только он, но раздумья его затянулись на долгих четверть часа...

– Джамп...

– Я, месье капрал!

– Сообщение Первому...

– До планового сеанса связи еще пять часов, месье капрал.

Кондор бросил взгляд на свои «Командирские» – 14.28...

– Готовить сообщение Первому, солдат!..

– Есть, месье капрал! – Кито завозился около радиостанции.

– Гром...

– Я!