Гаванский шторм - Дирк Касслер

Адмирал Рафаэль Симмис проснулся мгновенно, уловив далекие звуки, и недовольно заурчал.

Полосатый кот весом в двадцать фунтов поднялся с подушки, лежавшей на полу, потянулся и запрыгнул на огромную кровать. Подобравшись к спящему хозяину, он провел усами по его щеке и принялся мяукать.

Сент-Джулиен Перлмуттер проснулся и отпихнул кота в сторону.

– Что случилось, Адмирал?

Кот громко мяукнул в ответ, соскочил с кровати и направился к двери. Перлмуттер понял намек и встал с постели. Его кот не страдал от глупых страхов. Более того, он не раз доказал, что является превосходным сторожем. Однажды он разбудил Перлмуттера, когда тот оставил штрудель в духовке. В другой раз предупредил, когда соседские парни попытались взять его старинный «Роллс-Ройс», чтобы покататься.

Натянув халат и засунув ноги в тапочки, Перлмуттер подошел к двери и остановился, услышав шум, доносившийся снизу. Быстро обернувшись к туалетному столику, он взял свайку с распложенной над ним полки. Полированный металлический стержень был размером с полицейскую дубинку. Свайки использовали еще во времена парусников – для разъединения прядей тросов и дальнейшего сращивания отдельных кусков. Вооружившись, Перлмуттер начал спускаться по лестнице, стараясь двигаться бесшумно – насколько это позволял его немалый вес.

У подножия лестницы Сент-Джулиен заметил свет фонарика, идущий из его кабинета. Он подошел к дверному проему и потянулся к выключателю, когда адмирал Симмис громко мяукнул. Луч фонарика мгновенно метнулся в сторону Перлмуттера и ослепил его.

Сент-Джулиен прикрыл рукой глаза.

– Что здесь происходит? – громко спросил специалист по морской истории.

Он услышал шорох бумаги и снова потянулся к выключателю.

Но свет включить так и не успел – тяжелая книга ударила его в лицо.

Перлмуттер лишь тряхнул головой и вломился в темную комнату с криком:

– Варвар!

Луч фонарика погас, но Сент-Джулиен сделал шаг вперед и нанес мощный удар свайкой. Однако его оружие лишь рассекло воздух, а он сам получил чувствительный тычок в бок.

Историк свободной рукой ухватился за куртку одетого в черное грабителя и рванул его к себе. Противник был почти вдвое легче и извивался, как змея.

Перлмуттер развернул свайку, с силой ткнул ее тупым концом под ребра грабителя, и тот вскрикнул. Сент-Джулиен попытался обхватить его двумя руками, но ночной гость сумел выскользнуть и лягнул хозяина дома по колену.

Перлмуттер отшатнулся и тут же, не желая того, наступил своему коту на хвост. Адмирал Симмис возмущенно завопил и вцепился когтями в пол, в то время как хозяин изо всех сил пытался сохранить равновесие. Но он не устоял и упал на бок, ударившись головой об угол письменного стола, а грабитель бросился к двери и исчез.

Перлмуттер пришел в себя, почувствовав, как кот лижет его щеку. Историк осторожно сел и потер шишку на голове. Через несколько минут пульсирующая боль стала стихать, он встал и включил свет, чтобы оценить размеры катастрофы.

Окно было распахнуто, и Сент-Джулиен решил, что грабитель проник в дом через него. Однако почти все в кабинете оставалось нетронутым. Ценные антикварные предметы оставались на своих местах, как и коллекция редких книг. Все осталось целым и невредимым, за исключением переплетенного в кожу издания «Моби Дика», брошенного в него грабителем.

Перлмуттер проверил ящики письменного стола, но грабитель к ним явно не прикасался. Тогда он принялся изучать бумаги, лежавшие на письменном столе, и обнаружил, что пропало досье на Эллсуорта Бойда и папка с документами, описывавшими гибель «Мэна».

Сент-Джулиен сел и собрался звонить в полицию, когда к нему на колени запрыгнул Адмирал Симмис.

– Ну, Адмирал, похоже, Питт разворошил осиное гнездо, когда заинтересовался гибелью «Мэна» и артефактом ацтеков. Хорошо, что я успел запомнить содержимое обеих папок.

Кот ткнулся головой в руку Перлмуттера, и историк его погладил.

– Я бы сказал, что наши принципы взаимодействия еще следует отрабатывать, но твоя система раннего оповещения просто превосходна! Ты заслужил дополнительную порцию молока, друг мой.

Адмирал Симмис посмотрел на хозяина и довольно замурлыкал.