Акция устрашения - Александр Тамоников

— Я могу быть свободен, или у вас ко мне еще будут какие вопросы?

— Один будет. После акции ты тоже должен был уйти в Чечню?

— Нет!

— Логично! Вижу, ты на самом деле откровенен. Али решил выставить тебя такой же жертвой, как и остальных жителей поселка?

— Вы угадали. С одной поправкой: живой жертвой, возможно, единственной живой.

— А как же особняк, жены, наконец?

И вновь Эдаев ответил спокойно:

— По плану Али Асханова и дети, и женщины подлежат уничтожению. Остаюсь только я, для дальнейшей работы в России. Аманкул не единственный поселок, который приговорен Асхановым к полному истреблению!

Калинин вздохнул:

— Ну, конечно, он же объявил войну за пределами Чечни? Только хер что у него выйдет, понял, Шаид?

— Да, начальник, я это понял, поэтому и сотрудничаю с вами!

— Сотрудничаешь ты не потому, что знаешь об обреченности замыслов Асханова, а единственно ради спасения собственной шкуры! Свободен. И не забывай обо всех, ты слышишь, обо всех самых незначительных изменениях в планах Асханова тут же сообщать мне!

— Не забуду!

— И еще, Шаид, мы начнем операцию с твоего особняка, так что подумай, как по моему сигналу собрать свой бандитский шалман в кучу, чтобы мы могли накрыть его сразу и, как говорится, без шума и пыли!

— Я подумаю об этом!

Эдаев встал, взял пакет с документами на участки и вышел из кабинета. Вскоре его потрепанная иномарка направилась к западной окраине поселка.

Полковник прошел в соседнюю комнату, где перед монитором, подперев рукой подбородок, задумчиво сидел генерал-майор Листошин.

Александр спросил:

— Ну, как встреча?

Откинувшись на спинку стула и закурив, Листошин ответил:

— Нормально. И джигит твой говорил правду. Одно меня обеспокоило.

— Что именно?

— Те тридцать рыл, что обосновались в лесном массиве. Если они до начала штурма будут контролировать «зеленку», то мы роту с севера к поселку бесшумно не проведем.

— Но ведь Шаид будет на месте руководить операцией. Он и отведет северное прикрытие.

Листошин возразил:

— Если Асханов ему позволит. Но гадать не будем. В случае чего подведем роту с фланга, а на уничтожение заслона отправим взвод из состава резерва. Чувствую, Саня, нам еще не раз придется менять тактику, и все устаканится в самый последний момент, а именно в 18.00 пятницы. Но одно ясно: мы не позволим бандитам атаковать поселок!

Офицеры вышли из здания администрации, прошли в проулок, где их ждали «Жигули» седьмой модели, организованные все тем же майором ФСБ Груздевым.

В 15.20 Калинин с Листошиным прибыли на базу. А в 17.00 командир отряда спецназа вызвал к себе в кабинет старшего лейтенанта Волкова, группа которого вертолетом была возвращена на базу.

Вскоре Сергей постучал в дверь отца.

Калинин представил сыну Листошина, о котором старший лейтенант был наслышан.

— Так это вы, товарищ генерал, духов вместе с отцом по горам да ущельям гоняли?

Листошин улыбнулся:

— Было дело. Но гонялись мы не только за духами, были у нас дела и поважнее. Например, выбраться в госпиталь.

Генерал посмотрел на Александра:

— Так ведь, Сань?

Полковник проговорил:

— Ты мне парня не расслабляй! Давай лучше еще раз вместе окончательно определимся по его задаче и составу группы.

Спустя полчаса было решено придать разведгруппе отряда спецназа десантно-штурмовой взвод, порядок использования которого полностью возлагался на Сергея. В кабинет был вызван командир этого взвода, ровесник Волкова, старший лейтенант Юрий Малинин. Офицеры познакомились и отправились вместе в подразделение. Им первым предстояло вступить в игру и начать работу уже завтра, в 21.00 местного времени.