Стреляющие горы - Геннадий Ананьев

Рамзан принялся короткими очередями прошивать топчаны, накрытые одеялами и подушками, чтобы пули не рикошетили от бетонных стен. Пленницы вопили что есть мочи, но после очередных выстрелов кто-нибудь умолкал, и хор надрывавшихся в испуганном крике редел. Но вот Рамзан поднял руку, и наступила тишина. Он выпустил для порядка еще две длинные очереди и вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Прошел через вторую комнату, опять затворил дверь, затем плотнее пододвинул к стене взрывное устройство и, пройдя к концу бикфордова шнура, поджег его. Быстро поднялся по ступенькам наверх и плотно захлопнул за собой люк.

Прогремел взрыв. Рамзан вновь спустился вниз и приколотил горбыли к заранее установленному каркасу перегородки, затем вышел во двор к ожидавшим его боевикам.

— Берем носилки и начинаем таскать землю. Ту, которую рабы выносили и вываливали за забор к горе. Я устроил перегородку, чтобы засыпать меньше пришлось.

— Ого!

— Да, работы много, но сделать ее нужно быстро, до заката. Такова воля шейха, а его воля — это воля Аллаха.

Работа закипела. К вечеру отгороженная часть перехода была засыпана. Пол, где был люк, застелили ковром.

— Теперь, — продолжал распоряжаться Рамзан, — камуфляжки в костер. Устроим его за забором. Пепел забросаем землей из оставшейся кучи.

Когда уже переоделись, один из советников неожиданно спросил Рамзана:

— А где твой напарник? Что-то его не видно.

— Он выполняет задание горного амира.

— Какое, не знаешь?

— Не знаю и знать не хочу. Если тебе это интересно, спроси у Хасана. Он расскажет. Если сочтет нужным.

5

«Уазик» и два крытых грузовика свернули с асфальта на проселочную дорогу, и, не доезжая до горного аула километра два, встретили мальчика. Он вынырнул из придорожного кустарника почти перед самым носом «уазика». Машина резко затормозила и из нее вылез Нуралиев:

— Разве так можно?

Мальчика упрек не смутил — он выполнял серьезное, мужское задание.

— Дядя Керим, вон там, впереди, есть хорошая поляна. На ней можно так поставить машины, что их совсем не будет видно с дороги.

— Молодец! Садись.

— Нет. Я — бегом перед вами.

Не дожидаясь согласия, он припустил по дороге, а у поляны остановился и, подражая регулировщикам, показал, где нужно сворачивать с дороги.

Свернули. Поляна начиналась метрах в двадцати от дороги и уходила вправо, в глубину леса. Действительно, лучшего места для укрытия машин найти было трудно. Начали разгружаться. Проверив оружие, разбились на две группы. Одну повел офицер из группы «Вымпел», вторую — капитан Меркульев.

Темнело быстро. Группа Меркульева обошла аул со стороны гор. Капитан расставил парные секреты, при себе оставил десять бойцов для штурма дома.

— Я готов, — известил Меркульев по радиотелефону старшего первой группы.

— Буду готов через пятнадцать минут. Сигнал к штурму — зеленая ракета.

Ничего не подозревавшие Турок и Хасан в это время ужинали. Хасан всё еще был в камуфляжке, а под рукой держал автомат и подсумки с магазинами.

— Пора бы переодеться, — напомнил Турок.

— Завтра утром.

— И автомат тебе не нужен.

— Нет, почтеннейший. Не осуждай за непослушание, но с оружием я не расстанусь. Оно всегда со мной.

— Хорошо. Пусть будет так.

Дверь в комнату распахнулась без стука, и порог переступил первый советник Турка. Взволнованно доложил:

— Зеленая ракета.

Хасан вскочил, схватил автомат с подсумками и откинул угол ковра, прикрывавшего люк тайного хода из дома к подножию горы. Турок даже не успел рта раскрыть, как Хасан скользнул в переход.

Опешивший было Турок взял себя в руки и распорядился:

— Закрой люк, расстели ковер и — во двор. Прикажи отворить калитку, если постучат незваные гости. Пусть кто-нибудь встретит их, как подобает гостеприимным хозяевам, и проводит ко мне. Сам сразу же возвращайся. Я продолжу трапезу с тобой, как с ближайшим помощником и советником.

Бандиты не подозревали, что дом уже был окружен.

— Штурмуем через забор? — советуется Меркульев с Нуралиевым.

— Попробую сначала постучать.

— Давай.

Нуралиев стучит медным кольцом о медную пластину — калитка открывается почти тут же. Луч фонаря выхватывает из темноты элегантно одетого мужчину в накинутой на плечи куртке.

— Не ошиблись ли, почтеннейшие, домом? Али Хусейн никого сегодня не ждет.

— Не ошиблись. Милиция с проверкой документов. Проводи к хозяину.

Меркульев с бойцами входит во двор следом за Нуралиевым:

— Все двери — под охрану. Александрович и Бабиков — за мной.

Мужчина, открывший калитку, ведет их к комнате Турка. Прежде чем войти, хотел постучать, но Меркульев оттолкнул его плечом и резко распахнул дверь, держа наготове пистолет.

— Кто такие?! — начал возмущаться Турок. — По какому праву вы врываетесь в мой дом ночью и с оружием. Я — миссионер фонда «Всех Святых» Али Хусейн. Я несу слово добра и мира правоверным и помогаю страждущим духовно и телесно.

— Вы задержаны. Дом, между прочим, не ваш, а подполковника Нуралиева. Вот, познакомьтесь с хозяином. О своей же миссии вы расскажете следователям, в руки которых мы вас и передадим.

А в это время Хасан кошачьей походкой крался по тайному ходу. Вот и ступени, всего — четыре. Поднялся и осторожно сдвинул тяжелый щит, присыпанный сверху землей, на которой рос куст. Прислушался. Донесся приглушенный топот, затихший у забора.

Мелькнула мысль: «Кто-то предал! Неужели сам Турок? Ничего, разберусь!»

У крыльца дома раздалась команда: «Всем во двор!» Территория вокруг дома оживилась, послышались голоса пограничников и задержанных боевиков. Тогда Хасан отодвинул щит дальше и ящерицей выполз в кустарник. Вновь прислушался. Тихо. Вернув щит на прежнее место, бесшумным шагом охотника заскользил меж кустов. До спасительного леса — метров тридцать. И тут предательски хрустнула под ногой сухая ветка. Хасан замер, присел за куст, но по нему уже успел скользнуть луч мощного фонаря.

— Стой!

Хасан рванулся вперед, петляя между кустов и деревьев. Автоматная очередь срезала ветки слева от него, другая тоже прошла мимо. Бросок — и он оказывается в густом подлеске, ломится через него уже напролом, словно заяц, убегающий от лисы, перемахивает через поваленные деревья.

А сзади — Османов и Абдуллаев. Именно они, находясь в секрете, засекли Хасана. Подбежали к ёрнику, высветили смятые и поломанные кусты, сквозь которые продирался Хасан. Доложили по радиотелефону Меркульеву: