Объект насилия - Борис Седов

– Прямо сейчас. Вылезай из постельки. Принимай душ. Крась мордашку. И будь готова…

– Как пионерка! – радостно перебила она.

– К одиннадцати за тобой приедет машина. Отвезет ко мне в офис. Там и пообщаемся. Понимаешь, детка, мне нужна твоя помощь.

– Только поэтому ты и позвонил, – разочарованным тоном сделала вывод она.

– В любом случае позвонил бы. Не сегодня, так завтра. Независимо ни от чего. А то, что прошу твоей помощи… просто так совпало, – сказал я, и это было правдой. Не сегодня, так завтра я позвонил бы Катерине независимо ни от чего.

– А помощь?.. М-м-м… – замялась она, похоже, пробуя угадать. – Снова что-нибудь вроде «Цыганской мызы»?

«Цыганская мыза» была просто детской считалочкой по сравнению с экстремальным «Объектом насилия». Но я был уверен: Катя справится. На худой конец, всегда рядом двое опытных телохранителей.

– Вроде «Цыганской мызы», говоришь? Нет, эта игра посложнее. Короче, все расскажу чуть позже, – не стал вдаваться в подробности я. – Так я высылаю машину?

– Конечно! Уже иду в душ.

Я положил на стол телефон. Поднял взгляд на Терентьева. Он смотрел на меня и качал головой.

– Это ли не авантюризм! – наконец изрек наш генеральный директор. – Что это хоть за лялька?

– Катерина. Помнишь, та, что ходила со мной в «Цыганскую мызу»?

Андрей кивнул. Как можно было забыть этот сюжет, вызвавший такой резонанс не только в Питере, но и в стране, и поднявший рейтинг «Подставы» на заоблачные вершины.

– Но почему все-таки не Василиса? По-моему, девочка справляется на отлично.

– Катерина тоже не пальцем деланная, – парировал я. – А Василиса… Василиса… – Мне очень хотелось сказать «Да пошла она…» Но я сдержался. – Василисе я обещал выходной и от обещания своего отрекаться не стану. Пускай отдыхает. – Я взял короткую паузу и добавил зло: – Пускай оттопыривается!

Пускай катает шары в дурацком боулинге, про который она упомянула вчера с таким вожделением, будто поход туда сравни поездке в Майами.

– Надеюсь, ты не ошибаешься… – задумчиво заметил Терентьев.

Я тоже на это надеялся.

– …Надеюсь, с этой Катей ничего не случится. Ничего не случится. С такими-то амбалами-телохранителями!

Погуляет ночку по городу. Найдет приключений на свою аппетитную жопку. Спасет наш рейтинг.

– Все будет о'кей, Андрюша. Не бзди! – сказал я и смело встретил осуждающий взгляд, которым меня обожгла целомудренная и правильная начальница юридического отдела.

* * *

И снова ночь на «электрическом стуле» в монтажке.

И снова нервы, как струны.

Правда, на этот раз я волнуюсь не за Василису, а за шагающую по пустынному Витебскому проспекту Катерину. Светлые волосы распущены по плечам, миниатюрная юбочка еле прикрывает трусики, так и сверкают в свете фар проезжающих мимо машин никелированные каблучки модных сапожек.

Приманка для кобелей, да такая аппетитная, что ни один не найдет в себе сил проехать мимо.

И кобели выстраиваются в очередь. Кажется, ночной Питер просто набит ими! Как Ватикан прихожанами в Пасху.

Все б ничего. Вот только одна загвоздка – все дружно принимают Катерину за простую минетчицу. Впрочем, ей не привыкать. Ведь наше знакомство, сотрудничество, да и не только… короче ведь все началось именно с того, что Катю перепутали со шлюхой менты…

– Алло, красавица, ты на работе? – возле Катерины притормаживает светлый «Сааб».

– Иду домой.

– Уже отработала? Жаль. А сверхурочно?

– Если вы приняли меня за проститутку, должна вас разочаровать: вы ошиблись.

– Тогда позвольте хотя бы вас подвезти?

– Спасибо, я прогуляюсь пешком.

– Небезопасно.

– Я не боюсь.

«Сааб» уезжает. На его место тут же заступает обшарпанная «девятка».

– Эй, крошка! Что ты делаешь ночью в этих трущобах?

– Иду домой.

– Брось! Это скучно. Поехали с нами.

– Нет.

– Зря. Смотри, осторожнее, чтобы не снасильничали.

– До свидания, мальчики.

– Бай!

«Девятка» отчаливает. Дорогущая А-8:

– Девушка, можно вас на секундочку?

– Да, – Катерина охотно сбавляет ход.

– Не хочу вас обидеть. Но… понимаете, жену отправил на дачу. Сейчас совершенно один…

– До свидания, дяденька. Кобели.

Потоком.

Только кобели, но ни одного насильника. Увы!

* * *

Минуло почти полтора часа ночной прогулки по городу. За спиной Катерины осталось километров семь Витебского проспекта. Возле нее остановились и убрались восвояси ни с чем восемь машин с охочими до секса, но не склонными к насилию гражданами. А потенциальными антигероями «Объекта насилия» не пахло и близко.

Но они не могли обмануть наших надежд! Они не могли устроить нам еще одну безрезультатную ночь! Они не могли обрушить нам рейтинг!

И эти подонки нас не подвели!

Они появились на сверкающем «Гранд Чероки». И в отличие от всех остальных – тех, кто останавливался возле Катерины и начинал с ней бесперспективные переговоры – даже и не подумали размениваться на слова.

«Гранд Чероки» проехал метров на десять вперед Катерины и лишь тогда, прижавшись к поребрику, резко затормозил. Три двери одновременно распахнулись. Три гоблина ярко выраженной кавказской наружности выскочили из машины.

Не проявлявшая доселе ни капельки страха Катя на этот раз испуганно остановилась.

Притормозил и Квачков, снимавший эту сцену метров с восьмидесяти.

Данила, сидящий за рулем «копейки», резко дал по газам!

А кавказы уже были возле нашей актрисы.

– Паэхалы с намы. – Это было единственное, что довелось услышать от них в дебюте этой разборки.

Дальше все происходило настолько стремительно, что, как ни спешил Данила преодолеть сто метров, отделяющих его от принциналки, он не успел.

– Не поеду, – дрожащим голоском ответила Катя. И тут же получила сильный удар в лицо.

Ей не дали упасть. Она отлетела прямо в руки одного из насильников, который тут же задрал девушке на спине легкую курточку – так, чтобы плотно спеленать ей голову. Чтобы не кричала; чтобы не дергалась.

Да она и не думала дергаться. Удар оглушил ее.

Ноги подкосились. Руки повисли. Катерина безвольно обмякла.