Брат, вспомни все! - Владимир Колычев

— И замочу.

— А сможешь?

— Смогу!

А мужик непростой. Настырный. И где-то в глубине глаз могильная чернота. Кстати, он за убийство срок мотает. Чистой воды мокрушник. Ни за понюх табака кому-то череп монтировкой проломил.

Ватник испытующе посмотрел на Гирю.

— Ну что?

Отступать западло. Да к тому же собственную жизнь на кон ему ставить без надобности. Достаточно того добра, которое он выиграл у мужика. Пусть отыгрывается. Ценой собственной жизни.

— Вот, эти бабки и его шмотье выставляю, — показал Гиря свою ставку.

— Ну чо, фраерок? — спросил Ватник у мужика.

Тот кивнул.

Гиря смахнул со стола колоду карт, начал тасовать.

— Нет, постой, — остановил его Ватник. — Сначала условия.

— Так мы ж это, типа договорились.

— Условия — это не только ставки. Он посмотрел на мужика.

— Как тебя кличут?

— Скипидар.

— Ну так вот, Скипидар, ты мне скажи, кого ты можешь грохнуть, а кого нет.

— Да мне без разницы.

— Что, и «хозяина» грохнуть можешь?

— Могу.

— И «кума»?

— И «кума».

— А бабу?

— Тоже.

— И пацаненка малого?

— Могу…

В воздухе повисла гнетущая тишина. Даже среди тех, кто мотал сроки за убийства, откровенность мужика резала слух. Сам Ватник был шокирован.

— Тогда какой базар?

Он с презрением глянул на мужика. А затем перевел взгляд на Гирю.

— Никаких тормозов! — отрезал он.

И исчез. Будто ему было противно стоять рядом с таким отморозком, как Скипидар.

Гиря бросил карты. Ему выпало «два лба». Два туза, двадцать два очка — это неплохо. Но есть карта и посильней.

У Скипидара на руках оказалось две карты одной масти. Десятка и туз. Мало… Гиря облегченно перевел дух.

— Не везет тебе, братуха! — ощерился он.

— Суки!!! — заорал как резаный Скипидар. • И, дико вращая глазами, набросился на Гирю. Двумя руками сжал его горло. Только куда ему, задохлику. Гиря сбил его с себя одним ударом, опрокинул на пол.

Толпа уже готова была добить Скипидара. Слишком борзой оказался. Но Гиря не позволил.

— А ну отвали! — рыкнул он.

И сгреб мужика в охапку. Вернул его на месте. Пару раз сделал ему «наушники». Ладонями ударил по ушам. Мужик успокоился.

— Я знаю, мурло, кого ты грохнешь…

— Ну?..

— Завтра скажу.

В эту ночь Гиря долго не мог заснуть. Прокручивал в голове годы, которые провел за решеткой.

Уже скоро семь лет, как он здесь. А еще ему мотать целых четыре года. Одиннадцать лет отмерил ему суд за убийство одной соски. Он должен был грохнуть эту тварь. Слишком много она узнала.

А узнала она, что это Гиря, а не кто-то другой, оказался стукачом. Это он сдал своих боссов — Кэпа и Горбыля. Это он подставил Никиту Брата…

Никита Брат. Боец из их боевой «бригады». Гиря его невзлюбил с первого дня. Слишком много брал на себя этот недоносок. Поэтому он с удовольствием отправил его под ментовский пресс. Возможность такая представилась. Менты сделали так, что вышло, будто это Никита сдал им Кэпа и Горбыля.

Но этот гад выкрутился. Добрался до Гири. Выбил из него показания. А потом сам натравил на него ментов. Его взяли как раз в тот момент, когда он закапывал труп девчонки.

Все беды из-за него, из-за этого ублюдка Никиты Брата. Он обставил Гирю по всем статьям. Упек его за решетку. А сам живет себе припеваючи. Недавно с воли весточка пришла. Говорят, у этого гада свой потрясный отель. Миллионами козел ворочает. Как сыр в масле катается. А Гиря из-за него здесь, на зоне, тухнет.

Пора сводить с Никитой счеты. Давно пора. Вот на него и пойдет «торпеда» с прикольной кликухой Скипидар…

Не так просто к Никите подобраться. Наверняка у него есть телохранители. Но вдруг у Скипидара что-нибудь да получится?

Да, надо было узнать, когда у этого урода срок заканчивается…

Нестерпимо захотелось покурить. Гиря встал, сунул ноги в тапочки, дотопал до умывальника. И нос к носу столкнулся с Ватником.

— Не спится? — с усмешкой спросил блатарь. В зубах у него дымилась папироса.

— Да курнуть надо…

Гиря достал из-за уха сигарету. Закурил.

— Не нравится мне Скипидар, — будто между прочим сказал Ватник. — Какой-то левый он…

— Ага, дебил, в натуре…

— Может, и дебил. А может, и нет. Не нравится мне он. Надо его убирать…

— Э-э, ты чего? — напрягся Гиря. — Он же мой должник!

— Ну вот пусть должок и отработает… Только вопрос у меня: где должок, здесь или на воле?

— На воле. Козел мне один конкретно задолжал.

— Это даже хорошо, что на воле. Пусть убирается отсюда к чертям собачьим.

Гиря напрягся еще больше. Как это, пусть Скипидар убирается? Не может же он взять да выйти за ворота КПП.

— Завтра спрошу, когда у него «звонок».

— Не надо ждать «звонка», — покачал головой Ватник.

— Как это не надо?

— А мы ему путевку на волю выпишем.

— Как?

— Очень просто… Или ты думаешь, так трудно ноги отсюда сделать?

— А что, нет?

— Запомни, если задело берется Ватник, то нет ничего невозможного.

— А ты что, возьмешься?

— Может быть…

— Зачем тебе это?

— Я же сказал, не нравится мне этот Скипидар. Трупами от него смердит.

Можно подумать, Ватник — кисейная барышня. Да на нем самом крови достаточно. А от Скипидара он хочет избавиться, потому что тот отморожен по полной программе. Ватник уберет его, и тем самым авторитет его среди братвы еще больше возрастет. Ему ведь воровская корона нужна, спит и видит, как бы ее заиметь…

Может, Гиря в чем-то и заблуждался. Может, у Ватника были другие причины избавиться от Скипидара. Но какая разница? Главное — Скипидар вырвется на волю. И очень даже может быть, доберется до Никиты…

* * *

Нечистоты с бульканьем перемешивались в цистерне. Фекалии, моча, всякая блевотина — все это вперемешку лезло в рот, глаза, забивало уши. И лицо не утрешь. Все руки в дерьме. От невыносимой вони мутнело сознание. Но Скипидар терпел. Терпел на пределе всех своих сил.

Говновозка остановилась у ворот контрольно-пропускного пункта. Сейчас дежурный офицер заглядывает в кабину, осматривает днище машины. Но наверняка не полезет открывать крышку люка. Еще чего, руки марать…