Разведывательно-диверсионная группа. «Тюлень» - Андрей Негривода

– Р-разрешите?!! – раздался голос за дверью палаты, где лежал Барракуда.

А сама дверь уже была распахнута настежь, и в нее уже входили военные моряки в полной парадной форме.

– А мы вовремя! – проговорил Петрович, оборачиваясь к своим спутникам, оценив за одну секунду «ситуацию на столе». – Ну что, товарищи офицеры, еще есть порох в пороховницах – знаем, куда и когда прийти!..

И тут же пресек попытку Сергея вскочить по стойке «смирно»:

– Вольно, мичман!!! И не скачи тут, как озабоченный кузнечик, – к тебе боевые соратники в гости пришли, а не «большие начальники»!..

– Но, тащ вице-адмирал...

– Петрович! Только так, или будешь наказан!.. Как три года назад в Анголе, и не иначе!..

– Но, тащ контр-адмирал, тогда был каперангом...

– Для тебя, мичман, я все тот же Дьявол!

– А?..

– Только Еж! – улыбнулся капитан второго ранга Остафьев. – И Атас!

– Есть, тащи офицеры...

– Отставить! – рявкнул Петрович. – Мы сейчас просто мужики, которые пришли навестить своего раненого боевого товарища... Как старший по званию, приказываю забыть на сегодня все воинские звания!.. Вопросы?! Предложения?! Замечания?! Есть?!! Нет!!! Принято единогласно!!! Сегодня будет не только «Есть!», но и «Пить!»!!!

– Так точно, тащ вице-адмирал! – рявкнули одновременно шесть глоток так, что у Сергея на секунду заложило уши и даже закружилась голова.

– Ну... Раз это приказ... – улыбнулся Сергей. – Тогда прошу к столу!

– Так! Товарищи «бурсачи»! А где там у нас наш «военно-морской» НЗ? Моряки и гусары с пустыми руками в гости не ходят!

– Все с нами, Петрович! А как же без этого? – забалабонил Кристалл и выволок из-за двери картонный ящик из-под небольшого телевизора. – Отмечать так отмечать! По-флотски!!!

На столе начали появляться всяческие деликатесы типа сырокопченой колбасы, черной и красной икры, балыки из красной рыбы и «тэ дэ» – сразу было видно и понятно, что на этом «банкете» присутствуют адмиралы – такие вещи были доступны только высшему флотскому комсоставу... А в самом конце, когда вся эта «поляна» была уже накрыта, Петрович извлек из своего кожаного портфеля четыре бутылки двадцатилетнего коньяка «Белый аист», пить который пока даже Дьяволу было «не по чину» – в те времена этот напиток имел еще и второе, неофициальное название «Кремлевский»...

Татьяна смотрела на все это с совершенно «квадратными» глазами, а Петрович тем временем извлек из своего портфеля красную кожаную папку и принял серьезный, официальный вид.

– Сначала официальная часть, товарищи моряки! – произнес он. – Кх-м!.. Указом Президиума Верховного Совета СССР мичман Губочкин за проявленные мужество и героизм при оказании помощи терпящим бедствие, а также за проявленные при этом высокие профессиональные качества награждается орденом Красной Звезды!

Тюлень, который стоял перед адмиралом по стойке «смирно!», в госпитальной пижаме, с забинтованной головой, только и произнес:

– Служу Советскому Союзу!

– Поздравляю! – Петрович крепко пожал руку Сергею. – А вообще-то... Я, если честно, на такое не решился бы... Ну, что, моряки, поздравляйте героя и к столу – такие события на Руси обмывать положено!..

Сергея тискали минуты три, поздравляя, а потом Кристалл извлек откуда-то фотоаппарат и сфотографировал всех вместе...

Тюлень еще многие годы потом смеялся, разглядывая эту фотографию, – все на ней были в парадной форме, и только он один был в пижаме, с прикрученным к ней орденом, и забинтованным лицом, так, что даже и не понять, кто это среди военных моряков. Кристалл, правда, очень скоро исправил эту свою «ошибку», сфотографировав всех еще раз после того, как Сергею сняли бинты...

– Ф-фи-фи-фи-у-у-у! – присвистнул тогда Скат. – Ни хрена себе!..

Да уж... Зрелище это и в самом деле было не для слабонервных...

Лицо-то ему, как сказал сам Тюлень, «в кучу собрали» – полковник потрудился на славу, только вот сами швы едва-едва начали заживать... Отекшее после операций, с синяками, все перемазанное йодом, со множеством тонких красных рубцов, лицо мичмана было похоже на перезрелую дыню...

– Да нормально уже... – Сергей даже застеснялся немного от тех молчаливо-пристальных взглядов, которыми рассматривали его боевые товарищи. – Мужика шрамы украшают... Вон, у жены моей спросите! Она меня такого еще больше любить будет!..

Ответом была тишина, которую нарушил Дьявол:

– Давайте, моряки, выпьем за наших русских боевых пловцов – самых отчаянных мужиков в любых водах!.. За тех, кто никогда не опускает руки, потому что наш девиз: «DUM SPIRO SPERO»[32]!!!

...А потом все действительно превратились из адмиралов, офицеров, мичманов и курсантов в обычных мужчин, которых объединяли служба на флоте и совместные боевые походы – здесь находились боевые однополчане... Им вместе было весело и комфортно...

Тот «банкет» продлился до самого вечера, совершенно обалдевшие молоденькие морячки-первогодки, водители обоих адмиралов, видели, как их большие начальники, сидя в парке на скамейке в обнимку с курсантами, пели во весь голос песни... Вот после этого-то и «загудела» Одесса о том, что начальство иногда умеет быть не особенно строгим...

А адмиралам было совершенно наплевать! Они вспоминали свою боевую юность и орали во все горло:

...Если радость на всех одна, то и печаль одна!

Море встает за волной волна, а за спиной спина...

Здесь у самой кромки бортов друга прикроет друг —

Друг всегда уступить готов место в шлюпке и круг!..